Больше не одинок

После длительной борьбы с желанием медленно вскрывать свою черепную коробку Намджун пялился на обнаженного парня, что сидел на полу и пытался прикрыться. Ким, будто рыбка на суше, ловил воздух ртом и пытался разложить ситуацию по полкам. Перед ним Юнги. Тот самый обожающий консервы и рыбные пирожки Юнги, с которым он познакомился в магазине и который носил точь-в-точь такую же одежду, что и Ким. Тот самый Юнги с белоснежной кожей, с которым он собирался познакомиться поближе. Вот. Познакомился. Можно сказать, что даже слишком близко. Парень испуганно и затравленно смотрел из-под слишком длинной чёлки. В Намджуне пробудились два чувства: позаботиться и устроить разбор полётов. Спустя несколько минут раздумий победило первое. Ким взял мягкий плед, что находился в груде подушек на диване, и накинул его на худые плечи оборотня. — Спасибо, — на грани слышимости произнес Юнги. Нам сел напротив парня на журнальный столик, жалобно пискнувший под его телом, и окинул его заинтересованным взглядом. Он попытался разозлиться на Юнги, но один грустный взгляд глаз-полумесяцев сбил всю спесь. — Значит, оборотень, — подытожил мужчина, получив утвердительный кивок. — Почему я? — В смысле? — удивленно выпалил оборотень. Ким наклонился вперед и, упершись локтями в колени, сложил ладони в замок и подпер ими подбородок. — Почему именно я? — более грубо повторил Намджун. Юнги плотнее укутался в плед и, несколько раз поерзав для удобства, наконец-то принял нужное ему положение. Он склонил голову набок, из-за чего волосы густой копной перевалились на одну сторону. Юноша выглядел тепло и уютно. Намджун подумал, что именно так должен выглядеть его любимый человек. ЧЕЛОВЕК, но не оборотень. Ему и одного по горло хватит на работе. Осознание того, что он столько месяцев прожил с оборотнем-котом под одной крышей, мощно ударило по сознанию мужчины. Эта ситуация выбила его из привычной колеи и перевернула все вверх тормашками. — Ну… — Ну? — вторил ему Намджун. — Ты единственный, кто меня подобрал, — приложив указательный пальчик к губам, произнес Мин. — И… Все? — Еще ты не переступил через меня и даже не наступил на хвост. А забрал к себе и дал крышу над головой. Оборотень выдавил из себя подобие улыбки, из-за чего Нам скривился. — Во-первых, — если бы я знал, кто передо мной, ты бы вмиг вылетел на улицу, — начал Ким, поднявшись со своего места. Он подошел к Юнги и присел на корточки напротив него. — Во-вторых, ты, наглая морда, растранжирил мою заначку. Ты хоть знаешь, как тяжело мне приходилось, когда «Золушка»… — Мелкий шлюх, — поправил Намджуна оборотень, которому стало немного стыдно. Юнги все слышал и даже насмехался над ним и его друзьями, пока те чесали ему бока и живот. — Пусть даже и так, но это не меняет того факта, что ты обманул меня, чтобы жить припеваючи, — огрызнулся мужчина. — Ах так, да? Я жил припеваючи? — доброжелательный настрой оборотня моментально улетучился, а взамен вспыхнула обида и ярость. — Я вычистил твою квартиру, которая была похлеще помойки, перестирал гору грязного белья и каждый день готовил тебе еду. И вот твое спасибо?! Слова парня ошарашили Кима. — Ты жил в моем доме, ел мою еду и пользовал… Да ты почти изнасиловал меня! — Ким вспомнил момент, когда он напился и ему привиделся, как он подумал, его Мелки… Юнги. — Блять! Щеки Нама вспыхнули пунцом. — Я? Да это ты свои лапищи ко мне притянул и облапал за все, что только можно! — взорвался криком Юнги. — Ты — насильник, неблагодарный хрен и чёртов жмот! Удар под дых. Пускай Ким не самый чистоплотный в этом мире человек, но под описание оборотня он не подходит. — Если я такой хреновый, тогда вали на помойку, раз тебе здесь не нравится! Юнги поднялся с насиженного места и босиком пошлепал к входной двери. Он почувствовал себя мерзким и использованным. Оборотень должен был сразу раскрыть себя и нормально поговорить с Намджуном. Возможно, он бы принял его и жили бы они в мире и счастье, но… Что есть, то есть. — Нет! Я сам уйду! Мужчина сразу понравился Юнги, как только он увидел его на лестничной площадке. Еще никто и никогда не смог вызвать у оборотня шквал теплых и нежных эмоций, как это сделал Намджун. Как только мужчина взял его на руки, Юнги ощутил себя в безопасности. Он порадовался тому, что больше не одинок и о нем будет кому позаботиться. Сейчас же все его чувства были растоптаны, надежды разбиты, а яркая картинка будущего изрезана на мелкие кусочки. — Ты пойдёшь в таком виде? — в спину выкрикнул Намджун. Он хотел сорваться и остановить засранца, но его слова будто металлическими осколками вонзились глубоко во внутренности. — С чем пришел, с тем и уйду. Дверь громко хлопнула, разнеся по всей квартире еле ощутимый ветерок. Вот и все. Намджун плюхнулся на пол, туда, где несколькими минутами ранее сидел Юнги, и закрыл лицо ладонями. Он потер кожу, громко вздохнув. Время, когда он был одинок, вернулось вновь, но мужчина прогнал эти печальные мысли. Ему нужно все обдумать и решить, как двигаться дальше.

***

— Ты настоящий еблан, — констатировал факт Хосок. После сорока минут нытья о том, какой Юнги ужасный и как он по нему скучает, напрашивались выводы: Намджун очень сильно привязался к оборотню, и, возможно, где-то глубоко в его душе зародилась сильная симпатия. Три дня без Юнги обратились настоящей пыткой: Намджун был сам не свой, он ничего не ел, полноценный сон превратился в легкую полудрему с десятком подъёмов за ночь, часто срывался на работников и даже послал Хо вместе с Тэ к лунным кроликам. Квартира превратилась в настоящую свалку с горой грязной посуды, которая почти покрылась плесенью, и кучей мусора. Чистых вещей в шкафу не сыскать, а весь запас холодильника, заботливо пополненного Юнги, в мгновение ока опустел. Желание что-либо делать испарилось, как облачко пара над чашкой с кофе, к которой Тэхён не рискнул прикоснуться. Мало ли, какие микробы могли обитать в стеклянной ёмкости, которую лениво прополоскали под слабой струйкой воды. — Угу, — вставил свои пять копеек Тэ. — Ты нахрена его выгнал? — не дав ответить только что открывшему рот Намджуну, Хо продолжил. — Ну и плевать, что оборотень. Он для тебя столько сделал, что даже годовой зарплатой не смог бы ему отплатить. — Он жил у меня и, заметь, за мой счет. Ким прекрасно понял, что он вылил все свои эмоции на Юнги, но вместо этого должен был поговорить с ним и выяснить, что заставило его таким образом найти себе жилье. Возможно, он был сиротой или же у него отняли дом или квартиру. Просто так оборотни не валяются на лестничных площадках и взглядом не вымаливают помощи. Взять к примеру Кюн Сана: он работает, хотя тоже оборотень, старается и, кажется, имеет хорошие отношения с родней, о чем свидетельствовали огромные ланчбоксы с обедом и перекусом. — Он все же прав. Ты — неблагодарный хрен и чёртов жмот, — процитировал оборотня Чон. — После Джина ты стал похожим на хренову улитку, а этот парень смог тебя расшевелить, да еще и позаботился, чтобы ты не сдох в своей богом забытой конуре. Тэхён уставился на своего парня глазами-блюдцами, так как не всегда можно увидеть его в гневе. Чаще всего его из себя выводил Намджун, ну, а он уже шел вторым номером. — Ты преувеличиваешь, — огрызнулся Ким. Он сидел перед другом, как обиженное учителем чадо перед строгим родителем. Если не учитывать финансовую сторону ситуации, Хосок прав. Он не должен был так поступать. Юнги этого не заслужил. Чон намотал несколько кругов вокруг дивана, а затем с хитрой моськой сел рядом с поникшим другом. — Я знаю, что мои слова могут показаться чушью, но Намджун, — Ким поднял глаза на Хо, — если он тебе правда нравится и ты не против с ним попробовать, то… — Пиздуй на помойку и притащи кота обратно, — закончил за него Тэхён. На его лице засияла квадратная улыбка, от которой у Хо свело скулы. — Можно сказать и так, но ты, — Чон пульнул в парня намджуновским тапком. — Такой момент запорол, сволочь.