Шизофреник

Вы знаете как тяжело любить шизофреников? Каждый день я испытываю усталость. Я устаю от того, что он видит то, что не видит никто, от того, что всю ночь он может видеть глюки. Я устаю от взглядов окружающих, от их осуждения непонятно чего, ведь разве он виноват в своем диагнозе? Мне так тяжело. Все эти осмотры, больницы, таблетки. Я устал жить рядом с этой болезнью. Тяжело приходить с ночной смены, желая выспаться, ведь утром вставать в универ, либо опять на работу, а вместо сна видеть его, захлебывающегося своими слезами от того, чего даже не существует, а потом всю ночь не спать, слушая всхлипы и тихие извинения. Меня выматывает постоянное напряжение, ведь любой предмет, напоминающий ему о галлюцинациях, может вызвать истерику или приступ агрессии. И если родные и друзья все понимают и принимают, то объяснить прохожим, что все в порядке бывает затруднительно. Еще хуже, когда начинается обострение, и его запирают на стационарное лечение, где просто накачивают успокоительным, после чего он даже имени своего не может вспомнить, а только плачет и просит забрать его. В такие моменты мое сердце разрывается, мне очень больно, но забрать его невозможно, ведь еще ни одно обострение вне больницы не проходило гладко. Мне больно и тогда, когда он рисует этих монстров трясущимися руками, после чего может просидеть на полу, разговаривая со своими галлюцинациями весь день, игнорируя даже мои попытки накормить его, либо пересадить хотя бы на ковер. Я не могу без тревоги смотреть, как он раз за разом пытается учить конспекты из института, несмотря на то, что его явно отвлекают «друзья». То, что после неудачных попыток он просто молча ложится рядом со мной, а когда я спрашиваю, что он учил, то просто рисует, рисует непонятные лица и тени, а после просто берет меня за руку, засыпая. И когда я смотрю на его руку, то меня это ломает. Я вижу тонкое запястье и длинные пальцы, бледную кожу, ярко-голубую карту вен и множество шрамов, эти белесые рубцы что-то рушат в моем сердце каждый раз, когда я их вижу. И я думаю, что рано или поздно сломаюсь, не выдержу. Ведь жить с шизофреником очень тяжело. Но… Мне так тепло, когда я вижу на пальцах разводы краски и карандаша. Я так счастлив, когда ночью он засыпает в моих объятьях после кошмаров, когда утром он делает мне кофе. Я обожаю его рассказы про веселые галлюцинации, например, про гномов, которые почему-то принимают меня за своего, а так же про бабочек на наших обоях. Его картины могут быть невероятно красочными, такими, которые обычные люди просто не могут придумать. Когда он их рисует, то становится просто восхитительно красивым, даже можно сказать завораживающим. Медленные и четкие движения руки с карандашом или кистью, прямой и сосредоточенный взгляд. Он хрупкий и чувствительный, его может задеть любое грубое слово, он нежный и милый, но в тоже время страстный и ненасытный. А еще он безумно сильный. Я люблю его. Всего. Даже его болезнь я люблю, как бы тяжело не было, ведь без этого диагноза это был бы уже не Джерард. А без Джерарда не было бы и меня, Фрэнка. Шизофреника любить тяжело, но меня это не сломает, я просто буду продолжать успокаивать его ночью, читать ему параграфы по истории искусств, держать за руку и показывать средний палец всем, кто считает его «странным». Ведь я так люблю все в нем, даже его шизофрению.