Deja vu

      На Тэхёна как будто выливают ведро холодной воды, а сверху ещё присыпают снегом. Блондин широко распахивает глаза, то открывает, то закрывает рот, как выброшенная на берег рыба. Тэхён никак не мог предположить самого худшего в сегодняшнем инциденте, что Чонгук может всё узнать. Тэхён молча сидит на коленях парня, смотрит прямо в глаза Чонгука и понимает, что не в силах соврать, да он и не хочет врать. - Чонгук... - Тэ наклоняется, хочет вцепиться в парня и не отпускать его никогда, но тот ловко убирает его руку, когда Тэ хочет коснуться его кожи. - Он поцеловал меня, но я оттолкнул его. Сказал, что теперь не хочу иметь с ним ничего общего. Я просто... Я не хотел портить с Лиёном отношения, я просто думал... - на этих словах Тэхён начинает плакать, потому что безразличные глаза Чонгука пугают его. Брюнет смотрит на Тэ с таким презрением и холодом, что хочется выть. - Я думал, что мы сможем быть друзьями, но когда он попытался поцеловать меня... Я понимаю, что нужно было оттолкнуть его раньше. Прости меня. Чонгук? - Тэхён обнял Чонгука за шею, но парень даже не двинулся и только когда Тэхён начал захлёбываться слезами, Чон решил встать с дивана. Тэхён крепко вцепился в него, повис на нём, придерживаясь бёдрами, не давая сдвинуться с места. - Тэхён! - властно и громко кричит Чон, пытаясь снять с себя парня. Тэ послушно отцепляет ноги, но хватает руку Чона, когда тот просто разворачивается и направляется к выходу. - Куда ты? Ты что просто уйдёшь? - кричит Тэ. Чонгук вырывает свою руку и останавливается только перед самой дверью. - Скажи, когда разберёшься с самим собой и наиграешься с Лиёном. - отвечает брюнет и покидает кабинет, громко хлопая дверью.       Тэхён задыхается от слёз ещё сильнее. Он просто чувствует, как слезинки катятся по щекам и замирают где-то на подбородке прежде чем упасть вниз. Тэхён трёт своё лицо, подходит к стене и медленно по ней скатывается, хватая себя за волосы. Что он сегодня натворил? Тэ понимает, что не может сейчас просто сидеть с мыслью, что Чонгук его ненавидит, ведь он сам ненавидит себя ещё больше. Он разрушает их отношения, он делает больно и Чонгуку, и Лиёну, и самому себе, хотя давно мог со всем разобраться. Но Тэхён просто слабак или слишком добрый, раз заботится о чувствах других людей. Чонгук ревнивец, он хочет, чтобы Тэхён принадлежал только ему, и он устал от игр и лжи и почему-то только сейчас Ким это понимает. Но он не имеет понятия, как будет вымаливать прощения у своего парня, ведь тот обижен и зол не на шутку. А если Чонгук захочет с ним расстаться? Об этом Тэхён даже думать боится.       Ким поднимается с пола, стирает слёзы рукавом пиджака и идёт к сейфу, чтобы достать недавно подаренную ему бутылку дорогого коньяка. Руки трясутся, поэтому значительная часть просто льётся на стол, но всё же блондин заполняет стакан и одним резким движением вливает всё в себя. Сейчас ему нужно просто успокоиться, чтобы дожить до вечера, а потом он поедет домой и будет делать всё, чтобы Чонгук его простил.       Когда дело клонит часам к десяти вечера, Тэхён, протерев глаза, встаёт из-за рабочего стола и собирается поехать домой, но внезапный голос секретарши его отвлекает. - Мистер Ким, к вам ваш отец. Впускать? - мило лепечет Соль. Тэхён замирает на месте и чувствует, как его сердце начинает колотиться в два раза быстрее. Этот день его определённо добьёт, но всё же Тэхён впускает отца. Блондин отходит ближе к столу, чтобы сохранять приличную дистанцию, когда мужчина входит в его кабинет. Медленно и неуверенно. Тэ замирает, одной рукой держится за кресло, чтобы случайно не упасть от шока. - Здравствуй, Тэхён. - спокойно начинает мужчина. Выглядит он как и всегда отлично, но всё же неуверенно мнётся у входа, не решаясь подойти ближе. Что это? Тэ, кажется, замечает слёзы в его глазах, но всё же молчит, хотя мужчина ожидает от него хоть какой-нибудь реакции. - Я пришёл извиниться за своё поведение, сынок. - он продолжает неуверенно и тихо это говорить, видно, что мужчине неловко. - Я тогда был слишком зол на тебя. Я думал, что поступаю справедливо с тобой, ведь ты отказался от семейного наследия. - Как видишь, я всё равно вынужден иметь к этому отношение, хоть мне и неприятно. - перебивает его Тэхён. - Да. Я очень рад, что ты всё-таки во главе компании. Ты ведь знаешь, что я всегда этого хотел, но сейчас просто хочу сказать, что горжусь тобой. Ты не хочешь заниматься бизнесом, потому что талантлив в другом. Я только сейчас это понял. Я очень надеюсь... Надеюсь, что ты сможешь простить меня, сынок. Знаю, что не заслуживаю этого. - мужчина молчит. Придя к сыну, он конечно же надеялся на его прощение. В тот день, в больнице, он как будто с цепи сорвался и в какой-то момент даже возненавидел Тэхёна. Особенно из-за Чонгука. - Я не знаю, что сказать. А как же Чонгук? Тебе уже не противно, что твой сын "шлюха"? - цитирует Тэ, и мужчине становится больно от своих же когда-то сказанных слов. Он проклинает тот день, когда прокричал всё это. - Нет. Я не знаю Чонгука. Он хорошо и грубо играет, он расправляется с конкурентами, но я не знаю, какой он с тобой. Если ты его любишь, если он заботится о тебе, то... Я буду счастлив за вас. Я знаю, что мой сын не может сделать плохой выбор - Тэхён опускает глаза и чувствует, как слезы снова скатываются по щекам. Ему больно только от упоминая имени Чонгука, и он не перестаёт ни на секунду думать о том, что сегодня между ними произошло. - Спасибо, папа. - Тэ сокращает расстояние между ними и прижимается к сильному мужскому плечу. Отец заключает его в крепкие объятия, и оба плачут. Тэхён чувствует, как его тело подрагивает, ведь ему сейчас в два раза больнее. Но он понимает, что огромная стена между ним и отцом, наконец, рухнула. ***       Блондин на цыпочках проходит в спальню, аккуратно открывая дверь, чтобы не разбудить Чонгука, но та как назло скрипит. Сейчас уже три часа ночи и нужно сказать, что Тэ очень рад, что они с отцом так долго разговаривали и что завтра, выспавшись и успокоившись, блондин сможет всё объяснить Чонгуку. Тэ аккуратно снимает обувь, стягивает кофту и брюки, заползает под одеяло. Пару секунд он смотрит на безмятежное лицо Чонгука, на его влажные приоткрытые губы, на разбросанные по подушке волосы, прислушивается к мерному дыханию. Тэхён целует его в губы осторожно, почти не касаясь, чтобы не разбудить, и кладёт свою голову на его вздымающуюся грудь, зарываясь в одеяло. Тэхён гладит торс Чона, нежно пальцем вырисовывая узоры на кубиках пресса, потому что сна нет ни в одном глазу. Он был так напряжён весь день, но сейчас ему очень тепло и уютно, и Тэхён жмётся к Чонгуку ещё ближе, а тот рефлекторно обнимает его и прижимает к себе, зарываясь носом в светлые волосы. И хоть Тэхён и понимает, что это срабатывает скорее на уровне привычки, но всё же ему становится немного легче.