Рortarede de info
26 сентября 2018 г., 21:23
Кто рано встает — тот спать ложится вовремя. Но, он — Федор Смолов, который добрался до кровати, в третьем часу ночи. Его вины в этом, конечно, не было! Это Миранчукам было вчера просто жизненно необходимо посмотреть футбольный матч далеких от них Баварии и Ромы, или даже не Ромы? Да плевать, кто там играл, Федора это в принципе не интересовало. Но его предложение вместо игры Баварии выпить по бокалу баварского пива было отвергнуто сразу. Итог был предсказуем, утром Федор с трудом разлепил глаза и поплелся в ванную, мысленно, но с кайфом, придушив близнецов.
Вообще, за последний год во всех его проблемах были виноваты именно они.
Антон и Леха ворвались в его жизнь ураганом под кодовым именем «Миранчуки», перевернули все с ног на голову, и, кажется, были вполне довольны результатом. А Федору теперь все по местам расставить надо, вернуть хоть какой-то порядок в свою жизнь. Но, увы, пока не выходило.
Всего год назад Федор был уверен, что очень скоро женится и обзаведется парочкой симпатичных Смолончат. Их роман с Викторией развивался стремительно, и вскоре они заслуженно получили звание самой красивой пары в компании.
Все изменилось за полгода. А может и еще быстрее. Леша и Антон работали в «Сapitalleacom» уже год. Внимание Федора они привлекли сразу, но, справедливости ради, близнецы привлекли внимание абсолютно всех одним фактом своего появления. Но даже несмотря на общие интересы, что у них были, в первые месяцы общение ограничивалось только рабочими вопросами, которые вполне успешно решались парой коротких сообщений.
А потом был новогодний корпоратив.
Александр Ерохин никогда не жалел средств на развлечения своих сотрудников. Если лето — то обязательно рыбалка, турбаза и шашлык, а зимой лыжи, горки и конкурс на самого большого снеговика.
А новогодние корпоративы заслужено считались самым ярким событием уходящего года. На них Александр никогда не экономил.
Новогодняя вечеринка 2017 года стала особенной для «Сapitalleacom». До этого директор, который раньше ограничивался лишь официальным поздравлением в офисе, сам приехал в ресторан. Причину его поступка и искать не надо было, все и так давно знали, что в начале декабря от директора ушла жена. И не просто ушла, так еще и оставила ему совсем маленького сына. Точных причин никто не знал, возможно, послеродовая депрессия, а может и кто-то на стороне появился, хотя последнее подвергалось сомнениям. По мнению всех девушек коллектива, ни одна женщина, находящаяся в здравом уме, Александру Юрьевичу изменять не станет. Его Виктория, которая намеренно держалась в ту ночь поближе к директору, видимо, тоже считала себя женщиной разумной.
Какими бы ни были истинные причины, Александр вместе со своими сотрудниками вполне неплохо проводил время.
Ближе к полуночи Федор, который к этому времени был уже немного пьян, выбрался на воздух. К толпе курящих на крыльце он не присоединился, а специально выбрал себе местечко чуть подальше, за углом. Тогда его покой впервые был нарушен Миранчуком.
— Привет. Федь, а ты чего тут один?
Пара мгновений ушло на то, чтобы сфокусировать взгляд. Вместо привычных двух секунд потребовалось целых пять, чтобы понять кто именно из двух братьев перед ним.
Ничего, это простительно, все же Смолов был пьян. Быстрый взгляд на шею, чтобы найти родинку, оценка стрижки и быстрый взгляд в глаза напоследок.
— Антон. — не предположение. Факт.
Парень в ответ кивнул, не сдерживая улыбки. Видимо, польстила лёгкость, с которой Федор безошибочно назвал его имя.
— Да ничего, вот… — Федор затянулся, вдыхая в легкие раздражающий Антона дым, и прислонился спиной к стене, — надоело просто, шум этот…толпа.
Антон знал, что Федор лукавит. Он давно был наслышан, что Федор Смолов — любитель зависнуть в клубе в пятничный вечер. И в его глазах ясно читался вопрос: «Из-за Лопыревой?», который тактично не был задан. Миранчук молчал и уходить не собирался. Смолова молчаливое присутствие парня совсем не напрягало, хотя всего пару минут назад он искал уединения.
— Ты сам-то что тут делаешь? Где Леху потерял? — Федор первым нарушил тишину, потушив сигарету ботинком.
— А я за тобой вышел. — убийственная честность Антона застала Федора врасплох.
С такой легкостью он признался в этом тому, с кем последние пару месяцев общался практически исключительно по переписке!
Федор уже открыл рот, чтобы ответить, только вот в голову ничего не пришло!
— А Леха там остался, — продолжил Антон, спасая Смолова от глупого положения, — с Соней, кажется.
Федя понятия не имел, кто такая эта Соня.
— Давай вернемся, — он хлопнул Антона по плечу, уверенный, что этого было вполне достаточно, чтобы показать ему свою благодарность. Просто за то, что он и правда пошел за ним.
В ресторане все так же громыхала музыка, и становилось все веселее. Даже конкурсы начались! Федор вспомнил старый мем: «хороший тамада», Антон отозвался так, как он и рассчитывал: улыбкой с окончанием: «и конкурсы интересные».
Взгляд Смолова остановился на Лопыревой, что наклонившись к Ерохину ближе, чем это принято при разговоре в статусе «директор-подчиненная», что-то увлеченно ему рассказывала, при этом улыбаясь и покручивая тонкими пальцами ножку от фужера с шампанским. Уж кто как, а он-то эту улыбку знал, и взгляд, сбивающий с ног, тоже! Но как бы Федя не злился на нее, каким бы дураком себя не чувствовал под понимающими и сочувствующими взглядами коллег, которые уже успел на себе почувствовать, он признавал, что Вика была и будет самой красивой девушкой их фирмы.
Только вот Александр Юрьевич совершенно не реагировал на ее близость и совсем не замечал, как ее белокурый локон касался его плеча, стоило ей склонить голову чуть ниже. А Смолов стопроцентно точно мог сказать, какой аромат звучал на ее коже в тот вечер и какой именно реакции она ожидала от сэра Александра.
— Федь, а давай мы…. — Антон не успел до конца озвучить идею, что пришла ему в голову, из-за налетевшего со спины Лешки.
— Вот ты где! — Алексей Миранчук повис на плечах брата и поднял удивленный взгляд на Федора, словно только что заметил его.
Для Леши стало неожиданностью, что Антон оказался в его обществе, и, кажется, больше по-детски расстроен, что без него.
— Где ты Соню потерял? — глаза Тохи засмеялись при упоминании ее имени. Видимо, эта девушка была главной причиной подколов в сторону Леши от брата.
— Домой собирается. — Леха отпустил плечи брата, и взял со столика два фужера, протянув второй Смолову.
— А как же проводить даму? — Антон не унимался, явно рассчитывая на ответную реакцию от Леши.
Для Феди не осталось незамеченным, как парень напрягся. Он был уверен, что поднятая Антоном тема его отношений с неизвестной Смолову Соней, Леше не особо приятна, и обсуждать ее сейчас он явно был не настроен.
— Если вы оба свободны, то мы можем и задержаться, верно? — это предложение у Феди родилось спонтанно, просто ему показалось, что в эту ночь они вполне могут и повеселиться.
— Я точно не тороплюсь домой! — Антон засиял как лампочка на новогодней елке, а Леша ограничился поддерживающим идею кивком.
В ту ночь они и правда повеселились. Еще нескольких фужеров шампанского, и конкурсы правда оказались веселыми и интересными, коллеги стали уже друзьями, а Александр Юрьевич не только самым красивым, но и самым добрым и понимающим директором из всех, что могла подарить Федору судьба. Жаль, что лично он так и не смог ему в этом признаться, Антон с Лехой силой вывели его на воздух, когда Федя уже шел с этой целью к Александру, за что оба брата были повалены в мягкие сугробы искрящегося от фонарей снега. К этой возне присоединились многие, Черышев почти за руку вывел за собой упирающегося Дзюбу, а вот Зобнина и Лунева и звать не пришлось, сами выскочили в числе первых.
Акинфеев к этой детской забаве не присоединился, а лишь изредка кидал в кучу снежного боя свои снаряды из снега.
И никто не видел, как из-за окна ресторана за ними с улыбкой наблюдал Александр Ерохин.
С той ночи в ресторане прошел год, и за это время Смолов и Миранчуки практически не расставались. Во время рабочего дня отправляли друг другу сообщения, на обед ходили исключительно втроем, Федя подвозил их домой вечерами, а утром заезжал за ними по пути на работу.
Именно после корпоратива отношения Феди и Виктории завершились сами собой, без разрывов и упрёков постепенно сойдя на нет. Смолов так и не смог смириться с ее демонстративным равнодушием в его сторону и явной заинтересованности в Александре Ерохине, которую она всем в ту ночь показала, да и времени свободного у самого Феди оставалось все меньше. Миранчуков было двое, а следовательно и времени они требовали от него в два раза больше.
Но несмотря на столь близкую дружбу и круглосуточное общение, временами заводить романы это им не мешало, но о серьезных отношениях никто задумываться не спешил. Возможно, причиной было то, что им было хорошо именно втроем, они могли до вечера пинать мяч во дворе, а потом всю ночь смотреть кино, валяясь на разобранном диване в квартире Миранчуков. Каждый из них в равной степени этими отношения дорожил, и рушить их появлением постоянной девушки не хотел…
Спустя почти год Федор стал замечать, что несмотря на то, что оба брата ему дороги, в его мыслях все чаще появляется Антон, и только потом уже Леша:
«Интересный, видимо, фильм, надо позвать Антона», «Не забыть купить билеты в клуб, завтра же идем с Тохой», «Надо скинуть этот трек Антону, в его вкусе»…
Федя все реже вспоминал о Леше, когда планировал куда-то пойти вечером. В его мыслях все чаще был он и Антон. Вдвоем. Это чертовски пугало, поэтому в последний момент он всегда покупал билеты в клуб на всех, и в кино они неизменно шли втроем.
Эти отношения давно казались ему неправильными, болезненными. Ненормально это, засыпать на диване меж двух парней, а, просыпаясь утром, поднимать свою голову с теплого плеча Антона, при этом осторожно, боясь разбудить, убирать с себя ногу Леши. Отношения 2+1 не те, что могли бы его устроить, но Федя знал, что оттолкнув от себя Лешу, он оттолкнет и Антона. А допустить этого он никак не мог.
Федор уложил волосы и, в последний раз посмотрев на свое отражение в зеркале перед выходом, остался вполне им удовлетворен. Миранчуки уже двадцать минут как ждали его, о чем и сообщили Феде двумя сообщениями, причем каждый со своего номера.
Забирать братьев по пути давно вошло в привычку, и ему это нравилось, несмотря на приличный крюк, что приходилось ради них делать. Их болтовня действовала на него так же, как и утренний кофе, за которым они тоже всегда заезжали в ближайший к офису макавто. Федору не обязательно было участвовать в их разговоре, достаточно просто слушать, временами кивать Леше и улыбаться в ответ Антону. И было действительно хорошо просто чувствовать их рядом.
Только совесть болезненно скребла крысиными когтями по Фединой душе оттого, что он, украдкой смотря на отражение Антона в зеркале, в сотый раз понимал, что хотел бы ехать с ним вдвоем, слушать только его комментарии о вчерашнем матче, что они так долго смотрели.
— Федь, а ты слышал, что сегодня к нам приезжает чувак из Бразилии? — Леша допил кофе и теперь был готов обсудить все насущные вопросы.
— Да, слышал мельком, я-то к этому отношения особо не имею. Но если позовут на знакомство, то пойду. — Федя свернул на дорогу, ведущую к стоянке.
— Интересно, это правда сын заказчика? Или слухи? — Антону было интересно не меньше, чем и Леше.
Обычно команда разработчиков в составе пяти — семи человек улетала сама к клиенту, а сейчас совсем наоборот.
— Вот сегодня и узнаете! — Смолов заехал на стоянку, — вы с новеньким познакомились? — припарковав машину, Федор строго предупредил, — мусор после себя не оставляйте!
— Нет, с ним вчера Артем не встретился даже. Не то практикант у нас не очень, не то готовились бразильца встречать! — Антон собрал все картонные стаканы, и выкинул в контейнер у входа в офис.
— С Дзюбой не встретился, зато с Ерохиным пообщался, — усмехнулся в ответ Смолов, пропуская близнецов перед собой в лифт.
— А ты-то откуда знаешь? — Леша удивленно посмотрел на Федю.
— Видел, как он на него вчера в холле налетел. Я думал, сбежит от ужаса. Но, по-моему, Ерохин понял, что это новенький, — поделился своими догадками Федор.
— Повезло парню, сразу на директора нарвался…. — двери лифта открылись на двадцать пятом этаже и Антон на прощание махнул ему рукой.
— До связи, — кивнул в ответ Смолов и отправился на этаж выше.
Вика догнала его в коридоре, когда он уже держался за ручку двери.
— Через двадцать минут в конференц зале! — обрадовала она Федора, окинув его быстрым оценивающим взглядом, — отлично выглядишь, но руки все же прикрой.
Смолов хотел уже возразить, что никого из коллег он своими татуировками не удивит, а ради забугорного гостя париться в пиджаке летом он не намерен, но Лопырева уже скрылась за дверью соседнего кабинета.
Татуировки, которые покрывали процентов восемьдесят тела Федора, не были чем-то необычным и удивительным для сотрудников «Сapitalleacom», и понятие «дресскода» было для всех весьма размытым и условным. За исключением, разве что, самого директора и его заместителя, которые всегда появлялись в идеально выглаженных костюмах и при галстуках. А для таких случаев, как незапланированное собрание или встреча особо важной персоны, у всех мужчин в шкафу предусмотрительно висел пиджак.
Конференц зал постепенно наполнялся сотрудниками, Федор же был уверен, что желающих поприветствовать гостя так много лишь по причине того, что это дает законную возможность временно оторваться от кодов и цифр.
Виновник собрания был определен сразу, да и как тут ошибиться? Бразилец сидел по левую сторону от Александра Юрьевича и с нескрываемым смущением осматривал собирающуюся толпу.
— И это ради него нас всех сюда согнали? — голос раздавшийся над ухом Федора был ему хорошо знаком. Даже оборачиваться не требуется, чтобы безошибочно определить его владельца.
— Похоже на то, по крайней мере, других новых лиц я не вижу. — ответил он Леше.
— А я думал, он будет старше, — рядом с ними остановился Черышев в сопровождении практиканта, — но это даже хорошо. С молодым-то попроще будет.
— А часто у вас так? — парень, которого, как вспомнил Смолов, зовут Александр кивнул в сторону стола, — Ну, что приезжают…
— Нет, чаще нас самих отправляют. А это, можно сказать, исключение из правил, — ответил ему Денис, — на командировочных экономят что ли?
— Либо нас оценивают, — предположил Федор, повернувшись к Александру, — Головин, верно? Ты приходил ко мне перед практикой.
— Да, Федор Михайлович…
— Можно просто Федя, хорошо, Саша? — предложил Смолов, и в ответ получил одобряющий его предложение кивок практиканта.
На плечо Смолова опустилась ладонь Антона Миранчука, намеренно прерывая его обмен любезностями с Головиным и призывая повернуться уже в сторону Ерохина, который уже поднялся со своего места, привлекая внимание и прерывая посторонние разговоры.
— Спасибо всем, кто отвлекся от работы, чтобы лично поприветствовать представителя «Рortarede de info», — Александр указал на бразильца, который поднялся вслед за их директором, — Марио Фигейра Фернандес.
— Ох, не стоит благодарности, Александр Юрьевич… — шепотом отозвался Федя, верно рассчитывая, что его услышат только стоящие за его спиной Миранчуки и Головин.
Черышев же внимательно наблюдал за гостем, который на чистом английском языке благодарил их руководителя. И, как заметил Смолов, Денис был не единственным кто резко заинтересовался происходящим. Виктория Лопырева глаз с Фернандеса не спускала. Это нисколько его не удивило, скорее было ожидаемо. За Лопыревой давно ходит слава любительницы «кого помладше» и Федор сам был тому наглядным подтверждением. Если Виктория Лопырева поставит себе цель, то не остановит ее ни возраст избранника, ни ее скромное владение английским языком. "Язык любви без слов понятен" — так она считала.
— А этот мужчина что, директор? — Саша выдал мучающий его последние пару минут вопрос, обратившись к Феде.
— Да, это наш Александр Ерохин, — подтвердил его подозрения Смолов, — удачно ты влетел, а?
Смолов пожалел, что напомнил ему об этом почти сразу, Головин в ответ просто не знал куда глаза спрятать. Он старался не смотреть в сторону директора, но это получалось у него очень плохо. Почти каждые десять секунд он поднимал взгляд на Ерохина и тут же отводил его в сторону окна, показывая, что крыши соседних домов, ему намного интереснее.
Пожелав всем хорошего дня, Александр Юрьевич отпустил всех кроме Артема Дзюбы и Дениса Черышева на рабочие места. Последний был удивлен таким поворотом событий, но против явно не был.
А Головин, выбежал из конференц зала в первых рядах, чем вызвал усмешку со стороны Феди.
— Ну что, по кофе, пока начальства у вас нет? — предложил он Миранчукам, и те ожидаемо согласились.
