Одна комната на двоих

Ночь       Милас посмотрела на часы и они показывали 1:27 «Да когда же она пойдет спать» Ксения выбрала не самую легкую стратегию — ложиться спать лишь после того как это сделает Горохова. Она боялась, что Аня зайдет именно в тот момент, когда её подсознание решит выговорить это имя вслух. Конечно, есть вероятность того, что Горохова это не услышит, либо не предаст значения и тогда репутация «аля сильная и независимая женщина» — не рухнет. Но не надо исключать тот факт, что на Горохову может напасть бессонница и что тогда делать? Всю ночь не спать? Нет, это не выход. Спуститься вниз и ночевать там? Тоже не выход. Что тогда о ней подумают? «Как дико хочется спать. Может пока пресс покачать, чтобы сон разогнать. Хм. А это идея»       Почему ей не пофиг на это? Ну, просто у нее не будет ответа на вопрос: «как это понимать?» У неё нет оправдания. Почему это происходит? Она не знает. Она испытывает какие-то теплые чувства к Гороховой? Она не понимает. Почему она цепляется за неё и вытаскивает на словесные разборки — она не знает. Просто так хочется вот и всё. Столько много вопросов «почему». Также и подсознание, просто потому что ему хочется, вот оно и воспроизводит в её снах образ Гороховой. «Семнадцать.       Восемнадцать. Девятнадцать.»       — Блять, да где же она? — запыхавшимся голосом проговорила Милас, принимая сидячее положение. Только поднявшись на ноги, чтобы выйти покурить, открылась дверь и вошла Горохова собственной персоны.       — Ой, я думала ты уже спишь. — Невинно сказала Аня.       Милас ничего не смогла сказать, лишь наградила её злым взглядом и вышла из комнаты. Взглянув на часы, она увидела, что время уже два часа ночи. «Чертова Горохова, я так долго не протяну».       Выкурив пару сигарет, надеясь, что за это время Горохова провалится в царство Морфея, Милас вернулась в комнату. Остановившись возле двери, она прислушалась и услышала, как её соседка сопит. «Значит, уснула, слава Богу». Пробравшись на цыпочках, Милас забралась под одеяло, надеясь быстро уснуть и не спалиться во сне. Утро       — Милас, блять, выключи будильник. Чертов звук будильника вновь разбудил Аню, а Милас просто не могла найти силы разлепить глаза и встать. Ей не хватило каких-то пару часов сна, которые она потратила в ожидании прихода Гороховой. «Нееет, так дела не пойдут» с этой мыслей она дотянулась до будильника и отключила его.       День прошел просто на волне раздражения. Какие-то подколы девок, на которые нет сил отвечать; какие-то испытания, на которые хочется забить и уснуть. Сон — вот о чём она мечтала целый день и вечер. Единственное что её радовало так это то, что она не замечала на себе пристальный взгляд Гороховой, в котором читался бы вопрос: «Милас, какого черта ты ночью произносишь мое имя?»       Первая, ну так скажем, официально первая совместная ночь в одной комнате прошла более успешно. Но надолго ли?       Милас посмотрела на часы, время показывало 0:37.       — Блять, — простонала она в подушку.