Безопасность

      В течение своего первого года обучения в Академии Элвин Ким представлял себе множество вариантов, которыми могла быть прервана его карьера в Звёздном флоте.       Быть убитым в войне с Клингонской империей — вариант, на который он ставил какое-то время. Затем клингоны стали воевать с ромуланцами; обе стороны практически оставили Федерацию в покое.       Другим главным претендентом была какая-нибудь странная космическая болезнь. В космосе должно было быть много того, о чём врачи Звёздного флота просто не знали, не говоря уже о том, как это лечить.       Спустя несколько месяцев после того, как Элвина назначили на уединённый, сверхсекретный форпост, его разум переключился на менее смертельные варианты окончания его карьеры. Например, жить где-то в небольшом уединении. Или с возможностью гулять в лесу. Или создать семью.       Было много вариантов, которые видел Элвин, как могла закончиться его карьера.       Быть убитым многовековыми суперлюдьми после неудачных переговоров о заложнике никогда не попадало в этот список.       Элвин сидел на полу, прислонившись к задней стене командного центра. Его мучители наконец позволили ему сесть, но он не рисковал расслабляться… даже если бы его пульсирующая рука позволила ему.       Вместо этого Элвин уставился на панель связи. Он не знал точно, что произойдёт, когда истечёт срок Хоакина, но знал, что его единственный шанс выжить в ближайшие несколько минут зависит от этой единственной технологии.       — Чего они ждут?!       Элвин съёжился; ему захотелось раствориться в стене. Разъярённый крик принадлежал его самому непредсказуемому мучителю, Хоакину, который ходил по комнате, как койот в клетке. Его настроение менялось от смеха над какой-то извращённой шуткой до смертоносной ярости за наносекунду.       Элвин не сомневался, что Хоакин выполнит свою угрозу… будет пытать его до смерти… если капитан Кирк не даст аугментам то, что они хотят. Однажды Хоакин уже был близок к этому, когда они нашли Элвина в той камере…       И, учитывая угрозу, которую эти люди представляли для Федерации…       Он просто надеялся, что кто-то другой вмешается и сделает это быстро.       Хотя шансы были невысоки.       — Успокойся, Хоакин.       Зулейка возилась с фазером около двери.       Казалось, она нашла оглушение забавным. Элвин потерял счёт, сколько раз она наставляла фазер на него и…       Он не оценил её чувство юмора.       Хоакин остановился и повернулся к ней.       — Прошло пятнадцать минут! — прорычал он. — Мы не должны были давать им столько времени! Возможно, на нас вот-вот нападёт армия!       — Даже если так, — улыбнулась Зулейка, — мы справимся. В этой комнате есть только один вход и выход, и он через эту дверь. Если армия попытается прорваться сюда, мы перебьём их. Проще простого.       С командирского места раздался смех. Харульф развернулся в своём кресле, играя с окровавленным ножом, и другие аугменты посмотрели на него.       — Проще простого? — спросил тот. — Зулейка, эти люди овладели звёздами. Их технологии превосходят всё, о чём мы могли только мечтать. Мы едва начинаем понимать, как этим пользоваться. Откуда мы знаем, что они не могут пройти сквозь стены или просто бомбардировать нас из космоса?       — Вот именно! — крикнул Хоакин. — Несколько бомб — и им больше не придётся беспокоиться о нас. Я бы так и сделал.       — Но ты забываешь, — подала голос Зулейка. — У нас есть один из их офицеров. Они хотят его вернуть. Если они забомбят нас, он умрёт вместе с нами. Если они собираются атаковать, они сделают это старым добрым способом. Нашим способом.       Харульф закатил глаза.       — Будь реалисткой. Генетически мы можем превосходить этих людей, но наша психология не так уж далека от их. Если бы у вас были три грязные бомбы, угрожающие вашему народу, но устранение этой угрозы также неизбежно убило бы полезного подчинённого, вы бы уничтожили их?       — Конечно, — кивнул Хоакин.       Улыбка Зулейки исчезла.       — Моментально. Подчинённых можно заменить, не важно, какими полезными они могут казаться. Позволить бомбам взорваться и убить много других людей ради спасения одной жизни — это заставит мой народ ненавидеть меня, что может привести к восстанию.       — Вот именно, — кивнул Харульф. — И в данной ситуации, мы — такие бомбы. Эти люди заключили нас в тюрьму; допросили. Лейтенант Ким — уже сопутствующий ущерб, и они это знают.       Хоакин сверкнул глазами.       — Если это так, то почему мы не мертвы?       — Может быть, у корабля нет огневой мощи? — предположила Зулейка. — Капитан рыболовного судна всё ещё капитан. Откуда нам знать, что этот «Энтерпрайз» достаточно мощный, чтобы быть угрозой?       — Почему бы нам не спросить нашего друга? — улыбнулся Харульф. — Лейтенант?       Сердце Элвина заколотилось, когда все три аугмента посмотрели на него. Его глаза расширились, когда они приблизились, в мольбе просто оставить его в покое.       …Как будто это сработало бы.       Хоакин первым добрался до него; схватил за горло.       — Может этот «Энтерпрайз» уничтожить нас с орбиты?       Элвин энергично закивал.       — «Э-Энтерпрайз» один из самых передовых кораблей в Звёздном флоте. Его оборонное оружие может легко уничтожить весь этот объект.       — Оборонное оружие? Что это значит?       Хоакин поднял кулак.       — Это исследовательский корабль, — выпалил Элвин. — Они ищут новые формы жизни; новые цивилизации… проводят научные исследования, дипломатические и гуманитарные миссии. Он может сражаться с любым кораблём, но капитан Кирк использует этот путь только в крайнем случае.       — Значит, этот капитан Кирк мягкий, — усмехнулся Хоакин. — Хорохорящийся трус, командующий группой учёных и философов, которые слишком трусливы, чтобы нанести удар.       — Не обязательно, — заметил Харульф.       Аугмент положил руку Хоакину на плечо; наклонил голову. Тот свирепо посмотрел на него, но отпустил шею Элвина и отодвинулся. Харульф сел перед Элвином. Блеск его ножа приковал его внимание…       — Этот капитан выглядит слишком молодо, чтобы командовать самым передовым кораблём в вашем флоте. Скажите нам, лейтенант: как Кирк стал капитаном этого… исследовательского корабля?       Элвин сглотнул. Они ему не поверят. Они с трудом верили в инопланетян, хотя видели тело вулканца — члена его экипажа…       …Его экипаж был мёртв…       Харульф вздохнул; взмахнул ножом.       — Зулейка, как насчёт ещё одной демонстрации этого оглушения?       Она усмехнулась; подняла фазер.       — Нет! — отпрянул Элвин.       Не снова… Он не сможет выдержать снова…       — Он спас Землю! — заговорил Элвин. — Было нападение. Вулкан, родная планета одного из наших союзников, была уничтожена… как и большая часть нашего флота. Капитан «Энтерпрайза» был взят в плен, а первый офицер… Кирк взял всё на себя. Он спас своего раненного капитана, привёл команду к победе и предотвратил уничтожение Земли, как это было с Вулканом. Он герой…       Капитан Кирк и экипаж «Энтерпрайза» были вдохновением для многих людей в Звёздном флоте. Увидев этого человека на экране, Элвин впервые за несколько дней почувствовал луч надежды. Если кто-то и мог вытащить его отсюда живым… это был «Энтерпрайз».       — Герой, — повторил Харульф. — Который спас всю Землю… Спасибо, лейтенант. Хорошо знать больше о нашем враге.       Аугмент несильно похлопал Элвина по щеке; встал; отвернулся.       — Я думаю, в этот раз тебе лучше дать мне поговорить с этим капитаном, Хоакин, — сказал Харульф. — Человек, который спасает мир, а потом удовлетворяется скудным повышением вместо почестей, которых такой поступок действительно заслуживает… Он либо дурак, либо гений. Создающий наследие, которое сделает его бессмертным… Грубая сила не сработает с таким человеком, как Кирк. Нам нужен тактический ум, чтобы договориться с этим…       — Ни за что! — закричал Хоакин. — Ты здесь не главный, Харульф, независимо от того, как сильно тебе хочется им быть. Я — личный телохранитель Хана Нуньена Сингха. Я буду лидером в его отсутствие.       — Хоакин, мы даже не знаем, жив ли Хан, — вставила Зулейка. — Харульф прав. Мы не можем рисковать остаться в этом богом забытом месте, потому что ты не можешь контролировать свой характер.       — Хан жив, — прорычал Хоакин. — Если какой-то самозванец бегает вокруг, используя его имя… это не значит, что он мёртв. Скорее всего, он в тюрьме, как и мы, и нам нужен корабль, если мы хотим его освободить.       — Тогда мы должны использовать мой план, — потребовала она. — Когда они снова свяжутся с нами, мы скажем, что сдадимся мирно. Дождёмся, пока они посадят корабль, чтобы арестовать нас, а потом нападём из засады. У нас достаточно оружия. Если некоторые из них выживут с минимальными травмами, мы сможем заставить их пилотировать корабль для нас, пока сами не научимся. Если нет, тогда наша игрушка проживёт немного дольше. Это наш лучший вариант.       — Это не сработает! — крикнул Хоакин. — Я знаю охрану. Ни один достойный охранник никогда не попадётся на такую очевидную уловку.       Элвин молча смотрел на аугмента. Эти споры продолжались последние несколько дней до прибытия «Энтерпрайза». Если бы только они вступили в настолько большой спор, чтобы…       Панель коммуникации начала светиться.       — Ты хорошо угрожаешь, Хоакин, — усмехнулся Харульф. — Тем не менее твой характер может сделать наше единственное преимущество спорным.       — Что ты имеешь в виду?!       — Если этот Кирк такой, каким я его считаю, он не отступит перед лицом твоего истеричного гнева. И если ты убьёшь лейтенанта Кима, он просто оставит нас здесь, как уже угрожал.       — Мальчики, — спокойно позвала Зулейка.       — Что? — огрызнулся Хоакин.       Она указала на панель. Другие аугменты обернулись.       — Они вызывают нас. Нам нужно принять решение. Прямо сейчас.       — Я говорю с ними, — жёстко сказал Хоакин. — Я говорил с ними раньше и уже зарекомендовал себя как лидер в их глазах.       Харульф поднял руки.       — Отлично. Но если ты не сможешь сохранять спокойствие…       — Я спокоен! — рявкнул Хоакин.       Разгневанный аугмент бросился к Элвину; потащил его к панели связи. Его рука снова обвила шею Элвина; сжала её.       Элвин съёжился от хватки, но не мог вырваться. Он понятия не имел, почему Хоакину нравилось это делать, но это было больно, и он ненавидел это.       …К сожалению, Элвин понимал, что на самом деле это было достойное описание последних дней его жизни…       — Соедини нас.       Элвин протянул здоровую руку к панели управления и ответил на приветствие «Энтерпрайза». На экране появился капитан Кирк.       — Хей, Элвин, — тепло улыбнулся тот. — Рад видеть тебя. Как ты?       Прежде чем Элвин смог ответить, Хоакин оттащил его назад; поставил на колени.       — Он в порядке, — сказал аугмент. — Не хуже, чем когда вы видели его в последний раз. Вы отправляете корабль?       Улыбка капитана исчезла.       — Вы отпускаете Элвина?       — Мы уже сказали вам: мы отпустим нашего заложника, когда будем в безопасности.       — Я предпочёл бы сейчас, если вам всё равно.       Хоакин вскипел.       — Мне не всё равно. Вы держали нас здесь против нашей воли, а теперь, когда у нас есть один из ваших людей, вы хотите занять высокую моральную позицию? Неприемлемо. Он останется с нами… по крайней мере, сейчас.       Элвин закрыл глаза. Он должен был верить, что капитан Кирк вытащит его отсюда…       — Ясно… — вздохнул Кирк. — Тогда… похоже, мы зашли в тупик. Прощайте.       …Что?       Элвин открыл глаза. Уставился на Кирка. Выражение лица капитана было невозможно прочесть.       Хватка Хоакина ослабла.       — …Что?       Кирк вскинул руки.       — Ну, если вы не собираетесь отпускать Элвина и если я не даю вам корабль, пока это не произойдёт — а я не дам — тогда я забираю мой корабль и ухожу. Так что вы здесь застряли.       Нет. Нет-нет-нет-нет…       — Ты правда думаешь, что я поверю, что вы оставите нас здесь? — рассмеялся Хоакин. — Ты разобьёшь бедное сердце Элвина. Он рассказывал нам, какой ты великий человек. Он считает тебя героем.       — Я польщён, — ответил Кирк. — Но лейтенант Ким должен помнить руководство Звёздного флота. В разделе 6С подробно описываются обязанности захваченного офицера Звёздного флота. «Нужды большинства» и прочее.       Элвин не мог поверить в это. Он был брошен волкам на…       Стоп.       Раздел 6 посвящён правилам выживания. Раздел 6С в частности был…       О.       — Я говорил тебе, Хоакин, — принялся ругаться Харульф. — Я говорил тебе, что нам нужно было, чтобы я контролировал ситуацию. Теперь мы останемся…       — Заткнись, Харульф! — огрызнулся тот.       — Проблемы в раю? — спросил Кирк. — Знаете, если бы кто-то другой захотел отпустить Элвина, я был бы более чем счастлив остаться здесь, пока…       — Хватит!       Хоакин снова сжал шею Элвина; Элвин поморщился.       Он не был хорошим актёром. Он не справится…       — Это ваш план, капитан? — прошипел Хоакин. — Обратить нас друг против друга?       — Не совсем, — пожал плечами Кирк. — Хотя если это сработает, меня это устроит. Если кто-то хочет покинуть луну, тогда ему лучше действовать быстрее.       Это был сигнал? Он должен был действовать быстрее? Единственное, что он действительно мог сделать, что, как он думал, Кирк и хотел, было…       — Никто здесь не сдастся такому тощему ребёнку, как ты, — заявил Хоакин. — Если ты хочешь, чтобы Элвин выжил, тогда тебе лучше прекратить…       К чёрту. Какие ещё варианты у него были?       Элвин зажмурился, а затем позволил своей раненой руке хлопнуть по панели управления.       Его зрение затуманилось от боли. Он покачнулся; расслабился.       — Какого чёрта?       Хоакин потряс его. Элвин оставался вялым, будто терял сознание.       Аугмент отпустил его шею, и он со стоном упал на пол.       Ему лучше было понять это правильно…       — Похоже, Элвину нужна немедленная медицинская помощь. — Голос Кирка парил где-то над ним. — Сдавайтесь прямо сейчас или она вам тоже понадобится.       — Если ты так сильно хочешь взять нас, приходи и бери!       — А как вы думаете, почему я говорил с вами об одном и том же так долго? Мой десант должен прорваться через потолок прямо… СЕЙЧАС!       Элвин услышал, как аугменты нырнули в укрытие от надвигающегося нападения. Он был оставлен, забыт под панелью управления.       Элвин открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как белые огни окружают его. Он услышал удивлённый крик Зулейки; увидел, как она направила на него фазер.       Он моргнул и тут же оказался на транспортаторной площадке, окружённый кольцом фазеров.       — Он чист! — послышался женский голос. — Сканирование было верным. Он не аугмент.       Фазеры исчезли. Его аккуратно подняли с площадки и положили на носилки. Вокруг него плавали голоса.       — Ставьте канистру на площадку. Мы должны вырубить этих аугментов!       — Да, дружище. Мы сделаем это. Ещё секунду и… Она там! Газ начал распространяться. Мы отличная команда, лейтенант Капкейк!       — Я говорил тебе не называть меня так!       — Чапел — доктору М’Бенге: ваш пациент уже в пути. Я останусь здесь, чтобы убедиться, что аугменты должным образом выведены из строя.       — Принято. Мы ждём его.       Кто-то воткнул ему в шею гипо, и всё его тело онемело.       Элвин улыбнулся, осознав три вещи.       Первая: его кошмар закончился.       Вторая: скоро он будет дома.       И наконец…       — Раздел 6С, — пробормотал он. — …нападение медведя.       …Капитан Кирк был абсолютным безумцем в самом лучшем смысле этого слова.