Прислуга

Ночь обещала быть дождливой. За стенами дворца крепчал ветер и падали первые капли. Слуги топили камины, чтобы гостиные и покои королевской семьи стали светлее и теплее. Локи в кресле сладко потянулся. Гостиная была очень уютной в отличие от тронного зала отца. Тут не было постных лиц дворцовой знати. Но самым весомым аргументом было то, что здесь почти не появлялся назойливый брат. Вечера он предпочитал коротать с друзьями: пить медовуху и есть жирных кабанчиков. Локи, напротив, сидел в одиночестве, а скуку разбавляли книги и меланхоличные раздумья. Каким бы надменным одиночкой не казался молодой бог, он всё равно иногда хотел общения. Увы, общаться было не с кем. Локи подумал, что было бы неплохо что-нибудь почитать и налить себе горячего пунша, если тот сварили. Поднявшись, он направился в библиотеку. По пути услышал весёлый хохот брата, доносившийся из столовой. Он тратил лучшие годы на спиртное и заигрывание с девками-служанками. И кто ещё из братьев бог озорства и коварства? — Даже не верится, что мы братья, — заметил Локи, как будто случайно обронив мысль, когда из-за дверей показался Тор. — Не порть мне настроение своей постной миной, — отмахнулся громовержец и направился в свои покои. Несколько служанок, хихикая, высыпало из-за тех тех же дверей и отправилось делать свою работу. По крайней мере, принц на это очень надеялся. Хмыкнув, он пошёл в библиотеку. Возвращался оттуда он в приподнятом настроении и с толстой книгой о мистических тварях в руке. Он любил её с детства. И в те времена, когда Тор чесал затылок, не зная ответ на урок, Локи переполнялся гордостью и злорадством, потому что знал всё на свете — так ему тогда казалось. Локи замер перед массивными дверями гостиной, вырезанными из цельного дерева. Из-за них слышался задорный девичий смех. Служанки. Принц сам не знал, почему остановился. Пожалуй, он бы не признался сам себе, что смутился. Он знал, как девушки сходят с ума по Тору, а его как будто не замечают. Локи ничуть не нуждался в их любви и чувствах. Просто ему казалось это несправедливым: глуповатый и страшно заносчивый пустозвон-брат и он — Локи. Вот он и встал столбом у дверей. Принц был уверен, что девушки обсуждают громовержца, и оказался прав. Отчётливо слышался их разговор: — Он смотрит только на меня, когда шутит! — томно и весело говорила одна из служанок. Женщины! Локи с усмешкой представил, как девушки собрались в кучу и готовы сорваться на уборку в любой миг, если вдруг кто-то войдёт. — Просто он считает тебя самой легкодоступной! — не осталась в долгу другая. — Да у тебя грудь через вырез вываливается! — Ты просто мне завидуешь! Несмотря на неловкость Локи чуть не засмеялся. Подслушивать под дверями принцу совсем не к лицу, но это так весело! — А какие у него сильные руки… — Мне больше нравятся его золотистые волосы! Девушки продолжали спорить, совсем забыв о приличиях. Локи собрался было распахнуть дверь, чтобы пресечь женские разговоры и напомнить о себе, как вдруг услышал голос девушки, которая всё это время молчала. — Да как вы можете трещать о Торе, когда есть младший принц? Локи опешил. Более того, он отчётливо представил, как эта девушка жалеет о сказанном и как краска заливает её лицо. Он знал эту служанку. Её звали Ная, и она как будто преследовала его. Всегда спешила убрать его покои, бросала на него частые взгляды, но, стоило ему повернуться, она тут же делала вид, что разглядывает узоры на мраморном полу. Но одно было неизменно: она старалась быть поближе к младшему принцу. Это было так очаровательно, когда Ная за него заступилась, что Локи не смог удержать улыбки. «Значит, она в меня влюблена. Впрочем, это было очевидно». Девушки тем временем пришли в себя после её слов и злобно расхохотались, как будто любить Локи было чем-то мерзким. — Так она в него влюблена, девочки! Ная влюблена в Локи! Замарашка и принц! — эти слова принадлежали той самой девушке, которая была любимицей Тора, и у которой грудь вываливалась через вырез платья. Девушки громко засмеялись. Пожалуй, слишком бесстрашно для прислуги. — А вы видели, как она смотрит ему вслед каждый раз, когда он куда-то идёт? — подхватила другая. — Они будут замечательной парой, потому что оба всё время молчат! — Он как раз скоро вернётся, откроешь ему свой секретик! Не откроешь, мы поможем! — сказала первая служанка, и в её голосе было столько злорадства, что даже принцу за дверями стало не по себе. Локи испытал странное чувство. Ему стало жаль кроткую скромную Наю. Пожалуй, это был первый раз в его жизни, когда он возжелал справедливости для другого аса. Он толкнул двери свободной рукой. Служанки бросились врассыпную, сделав вид, что убираются несколько минут. Стало тихо. Только венички из птичьих перьев весело шелестели на столах и полках. Войдя, Локи успел увидеть лицо Наи прежде чем она отвернулась мешать дрова в камине. Она была сильно смущена, а щёки залились румянцем. Она была привлекательной девушкой: с тёмными вьющимися волосами, которые прятала под чепчик, добродетельным лицом и тёмными глазами, которые она всё время отводила в пол. Локи считал её излишне беззащитной и робкой. — Пошли вон, — сказал принц. Девушки посчитали его надменным — не чета обаятельному Тору. Но Локи было ни к чему их обожание. — Ная, останься. — Принцесса, твой принц пришёл! — сказала одна из них тихо, но так, чтобы это услышала не только Ная, но и Локи тоже. Девушки поклонились, захихикали и вышли из гостиной. Ная испытала невиданный стыд — она чувствовала, как лицо, голые ключицы и шея наливаются краской. Она была в смятении. Ная понимала, что принц слышал их разговор, и это казалось ей страшнее самого страшного Рагнарёка. Она всегда была сама не своя рядом с Локи. А сейчас они и вовсе остались наедине, и сложно было предугадать, что ей за это будет. Локи с усмешкой наблюдал, как Ная пытается поднять упавший веничек непослушными руками. Она торопилась скрыться с его глаз, словно совершила самый мерзкий грех, когда влюбилась в него. Локи оставил книгу на столе и позвал Наю по имени. Девушка повернулась к нему лицом и замерла с опущенным взглядом. — Почему ты так смущена, Ная? — она молчала. — Я слышал ваш разговор. Я тебе нравлюсь? Это было мягко сказано. Не зная, как поступить, что сказать, и что ей за это будет, девушка тихо заплакала. Локи подошёл к ней и осторожно обнял — аккуратно прижал к груди, словно хрупкую птичку, потому что хотел успокоить. Он удивлялся самому себе. Чтобы он, младший сын Одина Всеотца, обнял прислугу? Но что-то трогало его сердце. Ная, такая безропотная и покорная, готовая вынести всё от любимого человека, словно ждала приговора под его руками. — Не стоит переживать из-за них, — он погладил её по спине. — Иногда кажется, что весь мир против тебя, но это не так. Они просто дуры. Ная всхлипнула от избытка невиданных ощущений и чувств. Ещё недавно она боялась мечтать, что Локи посмотрит на неё, а сейчас он обнимает её, словно она не служанка, а он не принц. И почему другие говорят, что он зол и надменен? Его сердце такое же отзывчивое, как и у других асов. — Ты такая славная девушка, — улыбнулся Локи. — Поменьше грусти и влюбляйся в надменных принцев, ладно? И я имею в виду не только себя. — Хорошо, — выдохнула она, вытирая слёзы. Младший принц казался ей не простым асом, когда она смотрела в его изумрудного цвета глаза. Эти глаза — там словно черти пляшут. — Это тебе, — он снял с пальца перстень и надел на её тонкий пальчик. Он был великоват. Тогда Локи взял её руку в свои, и кольцо уменьшилось до нужного размера. — Скажешь своим мегерам, я подарил. И пусть подавятся от зависти. Но я дарю его тебе не из-за них, а потому, что не встречал аса чище и добрее тебя. Ная поблагодарила и собралась уходить. В дверях она обернулась и посмотрела принцу в глаза. — То, что они говорят о вас — неправда. Вы очень хороший. И она спешно ушла. Локи остался стоять у камина с улыбкой на губах. Странно быть добрым. Главное, чтобы другие не узнали, что такое бывает.