Малиновые закаты и сладкие грёзы

      Юнги и сам понятия не имеет, как так произошло, что он стал семейным психологом. В тот момент он думал, что это лёгкая и даже в какой-то степени интересная профессия, но забрал свои слова в первый же рабочий день, когда выслушивал на протяжении часа жалобы на своего непутёвого мужа от одной сварливой женщины. В тот день Мин понял, что если все клиенты такие, а большинство и было такими, то он сам очень скоро двинется кукухой. Репутация у Юнги, будем честны, не самая лучшая. Парень часто опаздывает на работу и так же часто сматывается раньше. Его директор, Ким Сокджин, уже успел поседеть на пол головы из-за выходок Юнги, но тем не менее увольнять его не торопился. Видел в парне талант, ведь несмотря ни на что, ещё не было на практике Мина ни одного клиента, который уходил бы недовольным после сеанса. Сегодня на работу Юнги опаздывает. После вчерашней гулянки с друзьями и количества выпитого алкоголя, голова парня трещит как шаманский бубен, а во рту погано, будто соседский кот нужду справил. Мин проходит в свой кабинет, сбрасывает пиджак на спинку стула и жадно припадает к бутылке минералки, словно только что пересёк пустыню и долгие недели и месяцы не видел воды. В этот момент в кабинет заглядывает молодой мужчина. Сначала он вопросительно смотрит на Юнги, а после мягко улыбается и окликает его: —Хэй, парень, мне нужен господин Мин. Он вышел? — Я бы с удовольствием вышел, но не могу. Рабочий день и угроза выговора не позволяют, — бурчит в ответ Юнги и оборачивается. — Что уставился? Я Мин Юнги. Ты по записи? — Да, я Чон Чонгук, — мужчина несколько удивлённо приподнимает брови, что-то не припоминая когда они успели перейти на такую дружескую и неформальную манеру общения. — Ну тогда падай, — Юн кивает на диван, лениво берёт со стола свой рабочий блокнот и ручку. Мужчина всё ещё немного удивлён, но всё же проходит и садится на диван, как ему и сказал Юнги. Сам психолог, с наслаждением делает ещё несколько глотков, нехотя отрывается и тоже опускает свой зад в кресло рядом. — Слушаю. Что вас беспокоит? — В общем, я чувствую, что у меня в отношениях происходит кризис… — Не только у тебя в отношениях, — фыркает Мин, вертя ручку в руках с совершенно скучающим видом. — Ой, то есть я хотел сказать, что это ужасно. Продолжайте. — Так вот, — Чонгук строго смотрит на парня, чуть расслабляет галстук и хочет продолжить свою речь, но… — Я, конечно, понимаю, что у тебя красивое тело и всё такое, но я натурой расчёт не принимаю. Мне, пожалуйста, наличку и без раздеваний тут, — снова перебивает его Мин. — Я просто расслабил галстук. — А потом рубашку, ремень, брюки. А потом «Расслабься, Юнги». Нет уж. Я лучше окно открою. Психолог бодро поднимается на ноги и уходит к окну, пока Чонгук просто в полнейшем ахуе провожает его взглядом. Сказать, что он такого не ожидал — вообще ничего не сказать. Мин же открывает окно и возвращается в кресло. — Время не резиновое, поэтому я бы на твоём месте продолжил, — совершенно невозмутимо заявляет он Чону и откидывается на спинку кресла. Мужчина несколько секунд собирается с мыслями, а после кивает и снова продолжает свой рассказ: — Я чувствую, что охладел к своему партнёру и я с ним… — Батюшки, да ты пидор, — в притворном удивлении восклицает Мин. — Что? — хмурится Чон. — Да ничего такого, я тоже. Продолжай. Заинтриговал, чёрт. — И я даже с ним расстался где-то неделю назад. — А какого писюна тогда пришёл ко мне на беседу? Вы уже расстались, чем я могу теперь помочь? — Помочь вернуть эмоции? Меня никто не впечатляет и не завораживает. — Твои проблемы. — Но… — Помолчи, у меня важный звонок— обрывает его Юнги и совершенно наглым образом начинает разговаривать по телефону, причём не стестяясь Чона: — Хосок, ёб твою за ногу, я сколько раз тебе говорил, что если ты ещё раз притащишь к нам в хату какую-то живность, то будешь жить вместе с ней на улице. Что? Мне похуй. Абсолютно насрать. Значит так, либо ты вместо с этой собакой спишь на коврике в подъезде, либо куда-то её пристраиваешь и всё это до моего прихода, иначе не посмотрю, что ты мой лучший друг. А я где? Я на работе. У меня между прочим клиент. Что он делает? Парень мельком поднимает взгляд, смотрит несколько секунд на Чона, который не сводит глаз с него и не перестаёт охуевать ни на секунду, а после совершено невозмутимо выдаёт: — Сидит и пялится на меня. Наверно я сегодня выгляжу просто превосходно. Оу, он даже не моргает. Что? Да не мог он сдохнуть, придурок. Всё, пока! Юнги сбрасывает трубку и переводит взгляд на своего клиента. — Извиняюсь, Хосок просто идиот. Чонгук растерянно кивает и даже не знает как на всё это реагировать. Стоило бы, конечно, возмутиться, повысить голос и вообще потребовать деньги за сеанс, но почему-то никакой злости или раздражения он не испытывает к этому парню. Даже наоборот находит его необычным и забавным. Хотя узнать, что он забыл на этой должности всё-таки интересно было бы. И как его до сих пор не уволили тоже очень интересно. Чон ещё минут десять беседует с Юнги, который его время от времени перебивает, но уже с уточнениями и помечает в своём блокноте что-то. В конечном итоге блондин вырывает лист из блокнота, отдаёт его Чону и с коротким «всего доброго, красавчик», выставляет мужчину за дверь. Чонгук несколько недовольно оглядывается на дверь, ведь его ещё никогда так нагло не выставлял собеседник. Очень симпатичный собеседник, между прочим. Только сев в машину Чонгук вспоминает про лист из блокнота, который ему дал Мин. — Может, оставил мне свой номер телефона, — сам себе улыбается Чонгук и разворачивает листок. На листе из блокнота аккуратно выведено: «Я не дам тебе свой номер после первой же встречи, даже не мечтай.» — Засранец, будто мысли прочитал, — усмехается Чонгук и заводит машину. Он не знает о том, что Юнги с любопытством наблюдал за ним всё время из окна и обдумывал, не зря ли всё-таки вообще что-то ему написал. Зато он точно знает, что к этому наглому и взъерошенному после весёлых выходных психологу, чем-то смахивающему на вредного белого кота, он ещё точно заедет.