Нарушая правила

Пять месяцев прошло с первой встречи Дина и Кастиэля. Пять месяцев, и теперь их отношения развились куда дальше плохо написанных имейлов и непостоянных сообщений. Дин стал одним из немногих клиентов, которым Кас дал свой номер. Винчестер звонит часто, иногда даже не для того, чтобы условиться о новой встрече, а просто поговорить, и Кастиэль должен бы быть раздражен, потому что Дин занимает телефонную линию, но не говорит ничего и не возражает. Пока Дин не мастурбирует во время разговора, Кастиэль не выставляет ему счет. Винчестер быстро становится постоянным клиентом. На протяжении первого месяца они с Касом видятся, только когда Дин зол. Он, конечно, никогда не делится этим с другим мужчиной, но по его лицу можно легко догадаться. В такие дни Дин хочет лишь грубого секса: вбиваться в Кастиэля, вымещать всю злобу и раздражение на его теле и кончать на спину в своеобразном акте унижения. В такие дни Дин оставляет синяки и отдает деньги Касу, не смотря в глаза. Кастиэль мог бы возненавидеть Винчестера за это: их первый раз был совершенно другим. Медленным, осторожным, и темноволосому мужчине хочется больше этого. Ему не хочется быть всего-навсего предметом для снятия стресса. На второй месяц они погрязли в рутине: стали видеться по вечерам среды и утрам воскресенья. Среды были только ради секса. Иногда все, что делает Кастиэль – использует свой рот. И по средам, в большинстве случаев, Дин не противится использовать презерватив. Воскресенья иные: секс медленный, даже ленивый, а член Дина погребен глубоко внутри Каса. Дин отказывается надевать презерватив и не утруждается отстраняться сразу после того, как кончит. По воскресеньям Винчестер толкается глубже. Так глубоко, чтобы Кастиэль мог чувствовать его еще несколько часов, если не весь день, и Касу все равно: порой он даже не принимает ванну после, чтобы подольше сохранить ощущение Дина на себе. В себе. Воскресенье - медленный день. Большинство клиентов проводят последний день недели дома, притворяясь примерными семьянинами. А Кастиэль просто лежит на кровати в собственной квартире, раскрывая себя пальцами и чувствуя, как внутри все влажно и липко от Диновой спермы. Иногда он даже кончает только от этого, вспоминая, как близко прижимает его Винчестер, скользя туда-сюда и заставляя Каса медленно сходить с ума. Дин никогда не проявляет желания притронуться к его члену, но он всегда доводит Кастиэля до оргазма по воскресеньям. Казалось, Дин находит большое утешение для своего эго в том, что может извлечь из другого мужчины оргазм, только втрахивая того в матрас. С одной стороны, Кас живет воскресеньями. С другой же – безумно боится их. Воскресенье – его любимый день недели. Вечером субботы он всегда в приподнятом состоянии духа, не способен усидеть на месте и полон ожиданий. Однажды, Майклу даже пришлось спросить, не подсел ли Кастиэль снова на наркотики. Но Касу незачем их принимать: у него наконец-то есть нечто, способное заменить любые препараты. Наркотики заставляли его забыться, лишали любых чувств. С Дином же наоборот: Кастиэль чувствует все. Именно поэтому он и страшится воскресений: он знает, что день неизбежно подойдет к концу. Он знает, что выйдет из дома Дина - потому что они перестали снимать номера в отелях – и словит такси, пройдя предварительно два блока. Он должен будет помыться, счистить с себя Дина, его прикосновения и сперму, чтобы те больше не напоминали о себе. И неизбежно наступит понедельник, и снова какие-то другие мужчины будут вжимать его лицом в кровать, ворча и потея, и Кастиэль будет желать лишь одного – оказаться снова с Дином. Это хуже, чем зависимость, потому что Кас никогда не сможет получить излечение, какого жаждет. Он может только наслаждаться небольшими тестерами того, каково это – быть частью Диновой жизни. Кастиэль – скрытая часть мира Дина Винчестера; секрет, которым ни с кем не делятся. Дин недостаточно на «ты» со своей сексуальностью, поэтому не может трахать никого, кроме мальчика по вызову. Кас не должен позволять себе думать о том, что между ним и Винчестером могло быть что-то больше, чем обмен деньгами и телесными жидкостями, но по воскресеньям ему трудно в это поверить. Это очередная среда, которая изменяет все. Кастиэль не ожидает многого. Он начинает раздеваться, как только закрывает за собой двери, вешая пальто, бесцеремонно отбрасывая галстук через перила лестницы и расстегивая рубашку. Дин ждет его, сидя на диване, уже обнаженный. Каса должно настораживать то, как хорошо они уже знают друг друга, что Винчестер не удосуживается даже закрывать входную дверь, когда Кастиэль приходит. Кас не переживает, что кто-то может застать их: из тех немногих разговоров о Диновой семье мужчина понял, что никто не живет слишком близко. Семья Дина состоит из отца и двух братьев. Оба – яркие личности, окончили колледж. Один теперь готовится стать юристом, а другой – доктором. Но вот отец, Джон Винчестер, человек намного сложнее. Кастиэль почти уверен, что он именно тот, из-за которого Дин так не уверен в себе, относится к своей ориентации как к грузу и к тому, что однозначно необходимо прятать. Дин определенно испытывает благоговейный страх перед отцом, но Кас видит только грубого, жесткого мужчину, который оттолкнул собственного сына. Но светловолосый мужчина отзывается о старшем с любовью, и это ранит Кастиэля. Он не хочет, чтобы Дин пытался ублажить того, кого невозможно ублажить. Все близкие люди в жизни Винчестера далеко, так что сейчас никто не может их потревожить. Кас заканчивает раздеваться и забирается Дину на колени. Он только что с другой «встречи», так что уже растянут и смазан. Кастиэль уже собирается разорвать упаковку презерватива, когда Дин останавливает его: выдирает пакетик и молча кидает его в сторону. Кас суживает глаза немного: значит, вот как. Кастиэля смущает, что Винчестер до сих пор не сказал и слова. Мужчина просто смотрит перед собой стеклянными глазами, будто провел некоторое время над бутылкой. Кастиэль сжимает в руке Динов член, слегка приподымается и насаживается обратно. Винчестер заметно больше, чем его предыдущий клиент, поэтому некоторое время Кас сидит, вцепившись пальцами в собственные бедра, и ждет, пока его тело привыкнет. Он должен напоминать себе, что среда – день жесткого секса. Кастиэль может вынести это, просто ему необходимо немного времени, чтобы привыкнуть. Он уже не так молод: его тело не восстанавливается так быстро, как раньше. Впрочем, возможно, оно никогда и не восстанавливалось, а ощущение было вызвано наркотиками, которые затягивали и отрезали любую боль. Один глубокий, шумный выдох - и Кас садится на возбужденную плоть полностью, чувствуя Дина в местах, которые другие мужчины могли только мечтать задеть. Винчестер болезненно тверд, и Кастиэлю интересно: трогал ли тот себя до его приезда, или же он так возбудился просто от ожидания, от лишения себя разрядки? Сильные руки заключают Каса в объятья: внезапно и почти слишком сильно. Несколько секунд они просто смотрят друг на друга, синева встречается с зеленью, и потом Дин легонько поддается вперед. Поцелуй настолько неожиданный, что Кастиэль не успевает закрыть глаза, не успевает влиться в него. Он столько раз переступал свои границы ради Дина, но никогда не делал того, чего его клиенты не просили или не инициировали первые. Не то чтобы целовать кого-то было более интимным, нежели трахаться, но получить поцелуй от Дина было шоком. Наконец-то Винчестер замечает смущение другого мужчины и отстраняется. Замешательство отчетливо написано на его лице. -Мне не разрешено делать это? Кастиэль почти хочет смеяться, но перебарывает этот порыв. Они делают это, потому что Дин этого хочет. Дин может выбрать из списка, заплатить и получить все, что захочет. Если он хочет целовать Каса, то он может целовать его. Даже если бы это одним из правил Кастиэля, он знает, что нарушил бы его ради Винчестера. Они в доме Дина. Кастиэль не сказал Майклу, куда отправляется, потому что знает, что тот рассердится. Ведь Винчестер может убить его, расчленить, похоронить под напольными досками - и никто никогда не найдет его останков. Кастиэль уже так давно забыл обо всех своих правилах, находясь с Дином. Дином, который кончает ему в горло и задницу, которого он не заставляет надевать презерватив и с которого он давным-давно перестал требовать надбавки за все дополнительные услуги. Дин, скорее всего, может попросить его о чем угодно - и Кас не откажет. -Нет, ты можешь целовать меня, – отвечает темноволосый мужчина, ожидая, что Винчестер сделает это еще раз. И когда он снова наклоняется, чтобы склеить их рты, Кас позволяет себе расслабиться. Он чувствует легкий привкус пива на Диновых губах. Винчестер определенно пил, но не так много, чтобы Кастиэль решил, что им необходимо остановиться и прекратить это. Ощущение, будто Дин стер какую-то границу в своем сознании: он больше не сдерживается. Он снова нежен, прижимая Каса слишком близко к себе. Кастиэль двигается медленно, немного приподымаясь с Динового члена и садясь обратно навстречу небольшим толчкам Винчестера так, что мужчина не выходит из него до конца. Но тяжесть стояка внутри него, постоянное трение о простату снова и снова, заставляют Каса ускорить ритм уже через несколько минут. Кастиэль желает, чтобы у него вставал так же быстро и на других клиентов, которые явно оценили бы это больше. Он ерзает и хнычет, целуясь, пытаясь сместиться так, чтобы его член не терся о Динов живот с каждым толчком. Кас не хочет беспокоить Винчестера: все так запредельно хорошо сейчас, и ему не хочется рушить момент. Но он пытается победить в заведомо проигранной битве: как только он чуть отстраняется, Дин неизменно притягивает его обратно. В конечном счете, Кастиэль перестает брыкаться. Он рычит, когда его член проезжает по мягкой теплоте Динового живота. У Винчестера не совсем идеальная фигура: просматривается небольшой животик, - очевидно, от всей дурной жизни, которую он ведет - но Кастиэлю нравится это. Ему нравится все, что касается Дина. Светловолосый мужчина разрывает поцелуй, смотря вниз, между их тел, и на мгновение Кас сомневается, как поступит Дин, но тот лишь довольно улыбается и убирает одну руку со спины Кастиэля, опуская ее вниз, чтобы провести пальцами по члену другого мужчины. -Только посмотрите, что мы здесь имеем, - бормочет Винчестер. – Только посмотри на то, как я тебя возбуждаю. Тебе нравится чувствовать мой член в себе, не так ли? Тебе нравится, что я заставляю тебя кончать каждый раз, да? Трахать тебя так хорошо, Кас. Ты так хорошо с этим справляешься. Кастиэль кивает: он не может говорить пошлости. Он просто стонет в согласии и сжимается тугим кольцом вокруг Динового ствола, надеясь, что этого достаточно, чтобы выразить, как сильно ему нравится то, что Дин делает с ним. Винчестер кусает его за губу, наклоняя голову чуть назад и сжимая член Каса ладонью, грубо подрачивая. -Я заставлю тебя кончить, Кас. Я заставлю тебя кончить так мощно, что ты никогда не сможешь получить достаточно. У тебя замечательный член, выглядит так хорошо. Готов поспорить, что на вкус тоже ничего. Тебе бы хотелось этого? Хочешь, чтобы я сделал тебе минет? Может, мне следует оттрахать тебя пальцами тоже? Тебе нравится иметь что-то в своей заднице, не правда ли? -Да, - Кастиэль шепчет, зрачки расширены от наслаждения. Даже по утрам воскресенья Дин не ведет себя так. Он никогда не дотрагивался до Касового члена раньше. Все это – слишком ново для него и всего этого слишком много. Кастиэль не может справиться со всеми ощущениями сразу. Винчестер всегда говорит пошлости. Говорит, как ему нравится делать все это, но теперь эти разговорчики сфокусированы на удовольствии Каса, и тот чувствует ноющую нужду, чувствует что-то сказочное, подсказывающее, что он уже близок к завершению. Мало кто хочет удовлетворять шлюху. Кастиэль и не припомнит последний раз, когда кто-то ублажал его в постели. Он закрывает глаза и думает о Диновом рте на себе и кончает горячими вязкими струями на грудь и живот Винчестера. Дин смеется – приятная низкая вибрация в груди – и потом перемещает их так, что Кас оказывается под ним на диване. Он так осторожен с Кастиэлем, его движения медленные и смазанные, будто он знает, что Кас все еще отходит от недавнего оргазма. Кастиэль отворачивается, потому что он не может посмотреть на Винчестера: не сейчас и не в таком положении. Он слишком чувствителен, его дырка сжимается вокруг вогнанного глубоко внутрь члена, каждый нерв возбужден, и Дин выглядит даже красивее обычного, трахая его. Его лицо сосредоточенно нахмурено в попытках достичь собственного конца. Сейчас, в такой позиции, было легко представить, что это что-то значило. Было легко представить, что они были любовниками. Дин невнятно рычит, сжимая бедра Кастиэля достаточно сильно, чтобы оставить следы, и кончает, делая один финальный толчок внутрь, так глубоко, как может себе позволить. Кас извивается под ним, потому что ему и больно, и сладко - в одинаковых количествах. Секундами позже Винчестер падает на него, его член обмякает внутри Кастиэля, но он все равно не выходит. -Хочешь еще раз? – Кас улыбается, поворачивая голову, чтобы посмотреть наконец-то на Диново лицо: его щеки покрыты румянцем, улыбка уставшая, но на лице выражение неподдельного триумфа. Он наклоняется и целует Кастиэля снова, мягко в этот раз. -Я ждал этого неделями, – он бормочет прямо в губы другому мужчине, - черт, Кас, ты какой-то совершенно другой. Кастиэль поддается желанию обнять Дина и прижаться своими губами ко рту другого мужчины прежде, чем Винчестер попросит об этом. На пару мгновений он способен потакать себе и забыться, что это все лишь из-за денег. В конце концов, Дин двигается, разрывая поцелуй и напоминая Касу, какой тот воспаленный. Он должен работать завтра, у него есть заказы, и он не может отменить их просто потому, что сегодня Дин так тщательно вытрахал его. Винчестер, кажется, тоже это понимает, поэтому наконец-то выходит из Кастиэля, и темноволосому мужчине приходится перебарывать желание стать на колени и вылизывать Динов член, пока тот не станет твердым снова. Это негигиенично. Кас никогда не был фанатом вещей, которые могли бы вызвать тошноту, но перед Дином трудно устоять. Винчестер нависает над ним, опускаясь вниз, пока их тела не оказываются прижаты друг к другу, и переплетает свои пальцы с Касовыми. -Останешься на ночь? - спрашивает светловолосый мужчина, и Кас слишком быстро кивает: он не хочет видеть озадаченность на Диновом лице, ни на секунду. К тому же, если Кастиэль попросит Винчестера поставить будильник на пораньше, то вполне успеет перед работой заехать домой, переодеться и вымыться. Вероятно, он все же опоздает на несколько минут, но готов пожертвовать этим ради Дина. У Кастиэля ощущение, будто Винчестер уже давно уснул, погребя под собой Каса, который и рад лежать так: вес Дина играет роль постоянного напоминания, что это все – взаправду. Его мысли блуждают, и он думает о том, почему Дин пил, что расстроило его, почему мужчина вел себя не как обычно, когда нет никаких поцелуев и ласк после соития. Кастиэль уверен: произошло что-то серьезное. Но он не знает, следует ли ему спрашивать, или просто принять Диново внимание, наслаждаться им, пока может. Наконец-то Дин шевелится, отстраняясь, и несколько секунд Кастиэль продолжает вжиматься в другого мужчину, их руки до сих пор соединены. Но потом Винчестер садится, проводя рукой по коротким волосам и улыбаясь. -Наверное, мне следует уложить тебя в кровать, да? Диван не то чтобы очень удобный, – шепчет мужчина и притягивает Каса на руки. Путь в спальню дается ему тяжелее, чем обычно. Кастиэль крепко прижимается к Винчестеру, чувствуя, как из него вытекает сперма и пытаясь удержать ее внутри. Наконец-то они валятся на кровать, и Дин нежно улыбается, поглаживая кончиками пальцев щеку Каса и снова целуя его. -Что, если бы тебе не нужно было завтра на работу? Ты бы остался на целый день? – спрашивает Дин, приподнимаясь на локте так, чтобы смотреть Кастиэлю в лицо. Несколько минут Кас думает о том, что так долго приобретал: деньги, уверенность, спокойствие, и что Винчестер, по сути, не предлагает ничего взамен. -Дин… - бормочет темноволосый, отворачиваясь, чтобы не пришлось смотреть на другого мужчину. Они оба знают, что он пытается сказать: что не может все бросить. Это все, что Кастиэль знает и чем занимается всю взрослую жизнь. Если он перестанет работать, если начнет пропускать встречи, то заработает ненадежную репутацию, и ему страшно не хочется этого: дорога не вершину отняла слишком много времени и сил. Поступи он так - с легкостью мог снова оказаться на улицах, и что тогда? Хотел бы его тогда Дин? Хотел бы другой мужчина его, если бы Кас снова ложился под первых встречных и находил отдушину в наркотиках? Или, что хуже, бросит ли его Винчестер, когда поймет, что Кастиэль – не просто секс-игрушка, которую можно было купить и использовать в своих целях, сколько душе вздумается, а дышащий человек, который нуждается в Дине так сильно, что это пугает? Кас не может вспомнить, когда последний раз так себя чувствовал. Он не думает, что когда-нибудь нуждался в ком-то настолько, что это причиняло боль, когда того человека не было рядом. Винчестер крепко сжимает Касову руку, вынуждая посмотреть обратно на себя. Его пальцы застыли в мертвой хватке, врезаясь в кожу, а зеленые глаза блестят. -Разве ты не ненавидишь это? Всех этих мужиков, трахающих тебя? Ты достоин большего, Кас. -Это моя работа, - Кастиэль злобно огрызается в ответ. Дин не понимает: сейчас Кас уверен в себе как никогда до этого. Это – все, что он знает и умеет. Он чертовски хорош в этом деле и может о себе позаботиться. Он устанавливает правила, регулирует их. Это только Дин, которому позволяется пренебрегать ими. -Уволься и найди другую работу. Ту, которая не будет настолько унизительной. -Ты нанял меня и, кажется, не думал, что это унизительно, когда трахал, – Кас не выдерживает: меньше, чем пять минут назад они были практически одним целым, вжимаясь друг в друга на диване. Очевидно, Дин думает, что он лучше всех остальных мужчин, которые платят Кастиэлю за секс. Он думает, что те мужчины не могут быть привлекательными, или что Кас не может наслаждаться сексом с ними. По большому счету, Винчестер прав, но темноволосый мужчина ни за что не признает это. Он не хочет, чтобы Дин чувствовал себя плохо, вникая в реальность того, при каких обстоятельствах они встретились - через эскорт-службу. Дин отстраняется от Кастиэля, как будто тот был пламенем и Винчестер только что обжегся. -Ты ненавидишь это? Ненавидишь меня? Хочешь, чтобы я никогда даже не прикасался к тебе? Хочешь, чтобы я держал рот на замке, когда трахаю тебя, только для того, чтобы ты мог забыть, кто ты и что делаешь? Хочешь, чтобы ты был где угодно, но не подо мной? – выражение лица Дина изуродовано злостью, а слова оставляют неприятный привкус во рту. -Нет, я…- Кас простегает руку, чтобы прикоснуться к Диновому лицу, но тот быстро отворачивается. -Пошел ты, Кас. Я не такой парень, я не делаю подобного. Это только из-за тебя, и теперь единственное, о чем я могу думать, это все те мужчины, которые дотрагиваются до тебя; что я так же ужасен, как и все они, – его пальцы сжимаются в кулаки, и Кастиэль мотает головой, желая, чтобы Дин понял, что он не такой, как большинство мужчин, с которыми он видится; что заставляет Каса чувствовать себя по-особенному. Дин не пользуется им ради выгоды. Кастиэль сделал бы все это для него бесплатно, по доброй воле. Он и так делает. -Нет, Дин…- Кас пытается снова, но Винчестер отталкивает его. Он разворачивается, обматываясь одеялом и этим самым устанавливая невидимый барьер между ними двумя. -Просто уходи, Кас. Я не собираюсь…Я больше не потревожу тебя. Кастиэль снова протягивает руку, задерживая ее у Динового плеча, ужасно желая прикоснуться, но Дин дергается, зарываясь еще дальше в покрывало, намеренно смотря в противоположную стену, и Кас не знает, как поступить. Ему кажется, что весь мир вокруг него рушится и он не может сделать ничего, чтобы это остановить. Он нанес Дину непростительную обиду: напомнил, что тот был лишь очередным клиентом, очередным мужчиной, который видел в деньгах способ купить все, что угодно - сексуальное удовлетворение в том числе. Майкл не уставал напоминать Касу, что это – самое обидное, что можно сказать клиенту. Он никогда не должен разрушать фантазию, а это именно то, что Кастиэль только что сделал. Хотя, это даже хуже. Хуже, потому что это Дин, а Дин был единственным исключением для Каса. Он разрешал Винчестеру все без малейшего сомнения, а теперь он заставил мужчину думать, будто делал это для всех, когда, на самом деле, это совершенно неправда. Дин значил для него намного больше. Кастиэль поднимается с кровати на дрожащих ногах. Дорога вниз по ступенькам занимает, кажется, вечность, и Кас останавливается внизу, ожидая, надеясь, что Дин догонит его. Он собирает свою одежду, медленно одевается и снова замирает у входной двери, но безрезультатно: Винчестер не передумал. Кас выходит навстречу холодному ночному воздуху и идет, совершенно не заботясь, куда именно держит путь. Ему необходимо лишь убраться куда подальше от Дина, чтобы он не смог вернуться и попросить прощения. Только когда Кастиэль приходит домой, он понимает, что Винчестер не заплатил. На следующий день все происходит будто во сне. Кас проверяет телефон, электронную почту на случай сообщения от Дина, но везде пусто. Он убеждает себя, что если чуть-чуть подождет, светловолосый мужчина непременно с ним свяжется. Он отправляется на работу, старается выглядеть заинтересованным в том, что происходит. То, что никто, кажется, не замечает, в каком состоянии он находится, какой безвольный у него взгляд и как некоторым клиентам даже нравится это, заставляет Кастиэля чувствовать себя мертвым внутри. Дин, конечно же, обратил бы внимание. Впервые за длительный период, Кас желает снова принять таблетки. Он жаждет чего-то, что убило бы все чувства, устранило бы это жжение в груди. Он почти возвращается в свой старый район в надеждах встретить кого-то из старых дилеров, но местность давно изменилась. Теперь здесь сплошь полицейские машины, и Кастиэль поспешно уходит, потому что некоторые служители закона знают его лицо и могут запросто повязать. Майкл звонит и интересуется его самочувствием, вынуждает Каса рассказать полную историю. Мужчина терпеливо выслушивает и отвечает куда более ласково, чем Кастиэль ожидает. Он говорит, что Касу, на самом деле, повезло, что все кончилось так, как кончилось. Дин – не первый мужчина, который возбуждается от мысли, что может спасти от лихой жизни проститутку, с которой ложится в постель. Майкл напоминает ему, как хорошо, что Винчестер толком и не знает Кастиэля, не знает, через что тот прошел и что пережил. Он видит только красивое личико мужчины, который дарит ему удовольствие и ничего больше. Трудно посмотреть правде в глаза, но Кас старается изо всех сил, потому что он выше всего этого. Дни превращаются в недели, а Винчестер все еще не звонит. Кастиэль также не делает первый шаг, но не может вынудить себя удалить Динов номер. Иногда он смотрит на него, проводя пальцем по экрану, и думает, что сказал бы, если бы позвонил. Кас не был неправ: он и Дин не были парой. Все, что они имели, было искусной иллюзией. Они просто внушили себе, что это нечто большее. *** Кроули – очень богатый клиент, так что Кастиэль делает вид, что в восторге от мужчины. Тот летает по всей стране и иногда Европе, заключая различные бизнес-сделки. В каком-то смысле, Касу нравится Кроули, потому что с ним это всегда тоже только бизнес, без каких-либо претензий. Мужчина, конечно, может сводить Каса на ужин, и они непременно останавливаются в хорошем отеле, но Кроули не водит никого за нос: это все лишь ради секса. Кастиэль ведет себя очень послушно весь вечер: позволяет своему клиенту выбирать за себя в ресторане так же, как и в спальне. Кас выпивает больше, чем обычно позволяет себе, и чувствует небывалую легкость. Он хочет забыть все, забыть, что он делает и будет еще делать. Он думал, что если и будет ненавидеть себя за такую работу, то лишь когда будет шататься по улицам и подворотням, а не тогда, когда дела будут идти как нельзя лучше. Это заставляет Кастиэля чувствовать себя даже хуже: он только делает вид, что успешен и доволен. На самом деле, ничего из этого не делает Каса счастливым, и он удивляется, делало ли когда-нибудь вообще. Кроули оставляет щедрые чаевые официанту, обвивает руку вокруг Кастиэля и тащит из гостиничного ресторана. Касу хочется смеяться, потому что Кроули ниже его и выпил почти столько же, сколько и сам Кастиэль, и это может стать проблемой: Кроули имеет некоторые проблемы с возбуждением, когда пьян, и вымещает это на Кастиэле. Но это не имеет значения, пока он исправно за все платит. Только вот Кас никогда не был фанатом боли, и ушибы, которые Кроули оставляет на его теле, досаждают ему еще несколько дней после. Знание того, что ожидает наверху, в дорогом отельном номере, быстро отрезвляет. Внезапно, Кастиэлю наплевать на деньги или безопасность, или на факт, что продажа собственного тела – единственное, что он умеет. Все, чего ему хочется – оказаться где-то в другом месте, где мужчины не платят, чтобы избивать его. Он делает несколько шагов назад, в сторону выхода. -Мне жаль, но я не могу, - он бормочет, ощущая подкатывающую к горлу волну тошноты, угрожающую вырваться изо рта с секунды на секунду. Его коленки дрожат, и Кастиэль не знает, как все еще держится на ногах. Кроули упирается о стену и больше не выглядит расслабленно и удовлетворенно, как тогда, в ресторане, когда Кас был более податливым. -Я заплатил за тебя, и ты будешь делать то, что я тебе скажу, – в голосе мужчины слышно раздражение. Кастиэлю вдруг становится интересно, как он докатился до такого и почему все эти годы думал, что именно он контролирует всю ситуацию, опираясь лишь на то, что все эти мужчины просто выбирали услуги из списка. Он все равно не хочет никого из них, кроме Дина. Дин всегда был другим. -Я не стану, - Кастиэль заставляет себя посмотреть Кроули прямо в глаза, чтобы показать, что его нельзя запугать. Наконец-то он смог определиться с тем, чего хочет. – Я увольняюсь. Лицо Кроули дергается и принимает крайне уродливое выражение. -Будь уверен: я сравняю твою репутацию с грязью. Кастиэль не уверен, что имеет в виду Кроули, но ему все равно. Он будет выполнять любую грязную работу, абсолютно любую, на которую никто больше не соглашается. Потому что все что угодно будет лучше, чем ежедневно ложиться под кого-то, как Кроули. Кас ощущает неожиданную свободу: свободу уйти, когда только пожелает. Кроули кричит ему вслед, обзывает его, но Кастиэль не слушает. Выйдя на улицу, Кас выуживает из кармана телефон. Его пальцы находят номер Дина и нажимают на зеленую кнопку. Все нутро темноволосого мужчины напряжено от волнения, потому что впервые за долгие года Кастиэль делает первый шаг. Вместо самого Винчестера, он попадает на автоответчик, Диновым голосом советующий оставить сообщение. Кас стоит под фонарем, купаясь в его оранжевом свечении, и просто повторяет: «Я уволился, я уволился», - пока телефон не сигналит, оповещая, что послание записано. После этого он идет домой и спит так хорошо, как не спал уже много лет. Его будит вибрирующий мобильник. Кас хватается за него, и, как только он видит, что это Дин, воспоминания о вчерашнем вечере накатывают волной. На секунду Кастиэлю кажется, что его стошнит, потому что вот так просто он выбросил на ветер все, чего так долго добивался, но затем он отвечает на звонок и, как только слышит Динов голос, понимает, что сделал правильный выбор. Не из-за Винчестера. Дин имеет значение, безусловно. Дин всегда имеет значение, но он не главная причина. И, если приняв такое решение, он сможет получить светловолосого мужчину, то тот станет лишь вишенкой на верхушке всего остального. -Кас? Черт, я не слишком хорош в таких разговорах. Ты действительно сделал это? – бормочет Винчестер на другом конце линии. Кастиэль садится в кровати, ероша рукой волосы и облизывая сухие губы. Все вокруг кажется…другим. -Да, я сделал это, – его горло будто хорошенько отодрали наждачкой. Это – напоминание о том, что ему не следует пить шампанское. Тем не менее, голос Дина заметно посерьезнел. -Что-то еще случилось? Ты в порядке? -Все хорошо, Дин. Я просто понял, что не хочу больше этим заниматься. Я понял, что это не делает меня счастливым. Делать что-то только ради счастья - это пугало Каса, казалось ему таким безответственным и шальным. Майкл никогда не поймет. Очень скоро Кастиэлю придется оповестить Майкла о своем решении, но не сейчас, не тогда, когда ему хочется посмаковать и разделить этот момент с кем-то, кто поддержит его. Он разберется с Майклом позже. -Да? – Дин звучит довольно, и Кастиэль откидывается на спинку кровати, представляя улыбку светловолосого мужчины. Это возбуждает. -Дин, ты не хочешь приехать? Кастиэль никогда не давал никому знать, где живет. Он никогда не пересекал эту черту, пока Дин был просто клиентом, но теперь все изменилось. Он ждет, секунды тянутся мучительно долго, и Кастиэль уже начинает думать, что Винчестер передумал и больше не хочет его. Не хочет его так, как Кастиэль хочет его. -Давай мне адрес, – почти хищно рычит Дин в трубку, и Касов член заинтересовано дергается. *** Кастиэль принимает душ и чистит зубы. Он тщательно смывает остатки прежней жизни, вытирается полотенцем и обворачивает его вокруг бедер. И, кажется, Дин оценивает это, когда появляется в дверях. Винчестер выглядит не очень опрятно, его руки, равно как и одежда, в какой-то грязи, и Кас понимает, что, должно быть, сорвал мужчину с работы. Кастиэль бросает быстрый взгляд на часы и понимает, что, скорее всего, так и есть. Дин некоторое время стоит на пороге, пожирая Каса глазами, а потом наконец-то прижимается к нему, захлопывая за собой дверь. Касово полотенце спадает где-то в гостиной, пока Винчестер ведет его в спальню. Его руки размазывают грязь по только что вымытой коже, но Кастиэль находит, что ему нравится, как это выглядит. Дин кусает и лижет его шею, оставляя отметины, которые Кас никогда бы не позволил оставить раньше. Кастиэль разрешает другому мужчине уложить себя на кровать и дает ласкать свое тело. В паху тянет от желания и нужды почувствовать Диновы руки на себе. Кас не знает, что случилось с тем мужчиной, которого он встретил месяцы назад. С тем, кто не мог даже прикоснуться к нему и не мог стерпеть ни единого напоминания, что Кастиэль был таким же парнем, как и он сам. Но сейчас это не беспокоит его, потому что Дин жадно обводит языком головку его члена. Кастиэль не знает, куда деть руки, поэтому запускает их в Диновы слишком короткие волосы и блаженно постанывает. У Винчестера нет нужной техники: его зубы царапают чувствительную кожу, но Кас не имеет ничего против: Дин полон энтузиазма и готов учиться. Впрочем, это все равно вызывает райское наслаждение. Никакого мастерства – все делается с любовью. Винчестер сжимает пальцы у основания Касового члена, не позволяя тому кончить, и несколько раз легонько облизывает головку, что никак не способствует уменьшению напряжения. Кастиэль хмыкает, дергается бедрами вперед, и Дин смеется. То, что светловолосый мужчина делает дальше, удивляет Каса даже больше, чем его готовность отсосать. Винчестер разводит его ноги еще шире, хватает бедро Кастиэля свободной рукой, отводя в сторону на нужный угол. В такой позиции Кас удивительно раскрыт, и его дырка сжимается в предвкушении. Он почти растянул себя перед приходом Дина, но что-то остановило его, и теперь Кастиэль рад, потому что в момент, когда Динов язык – испытывающий, теплый и влажный – надавливает на тугое кольцо мышц, Кас понимает, что доведи он дело до конца – это не было бы так приятно. Дин определенно хорошо справился с поисками информации и научного материала. Он двигает языком вокруг ободка, медленными и широкими мазками заставляет Каса открываться еще больше, а потом быстрыми, целенаправленными движениями, проталкивает кончик внутрь. Этого достаточно, чтобы довести Кастиэля до отчаянья, но не достаточно, чтобы он мог кончить. -Пожалуйста, - темноволосый мужчина стонет, но Дин не отстраняется. Он продолжает свою пытку, пока Кастиэль не втягивает воздух сквозь сжатые зубы и не ощущает, что уже совсем близко к концу. И ему не нужно ничего больше. Он хватает Винчестера за плечи, оттягивая назад. -Я хочу тебя. Сделай это, или я кончу прямо сейчас. Он никогда не приказывал Дину; на мгновение лицо другого мужчины принимает озадаченный вид, и Кастиэль вспоминает о Диновых проблемах с контролем. Но затем Винчестер лишь облизывается, издавая звук, который Кас может описать лишь как непристойный. Честно, Дин не должен выглядеть таким довольным. -Любишь командовать, да? – Винчестер почти мурчит, быстро избавляясь от одежды. Его налитый кровью член гордо стоит, упираясь в живот, и Кастиэль не может устоять и не притронуться. Дин шипит, когда темноволосый мужчина проводит кончиками пальцев вверх и вниз, а затем несильно ударяет Касову ладонь. -Я думал, ты хочешь меня в себя? -О да, - Кастиэль отодвигается чуть назад, разводя ноги еще шире. Он позволит Дину трахнуть себя вот так, только со слюной вместо смазки, но у Винчестера, кажется, другие планы, потому что он тянется к отброшенным джинсам и вынимает небольшой пакетик. Сначала Кас думает, что это презерватив, но потом понимает, что это один из тех небольших гелей-лубрикантов, которые дают в подарок к другим банным принадлежностям. Кастиэль прикрывает рот и смеется, а Дин широко улыбается. -Нашел на работе, - светловолосый мужчина просто отвечает, разрывая пакетик и размазывая содержимое по всей длине своего члена. Винчестер нависает над Касом, и тот обхватывает ногами талию другого мужчины, притягивая Дина совсем близко. Их стояки трутся друг о дружку, и Кастиэль издает низкий гортанный стон. -Все в порядке, - это звучит как обещание, и Дин опускает руку вниз, меж их разгоряченных тел, чтобы направить свой член внутрь Кастиэля. Темноволосый мужчина принимает его легко, в один легкий толчок, в результате которого Дин входит по самые яйца. Создается ощущение, будто тело Каса все время желало только Винчестера и теперь, наконец-то получив, не собирается отпускать. Кастиэль знает, что это неправда, знает, что он просто уже достаточно растраханный и не такой тугой, как когда-то, но Дина больше не волнует, со сколькими мужчинами спал Кас. Его глаза широко раскрыты, когда он входит в Кастиэля, а выражение лица такое, будто ему никогда не было так хорошо. Он целуются, жарко и расхлябано, и Кас чувствует свой собственный вкус на языке Винчестера. Это странно, и темноволосый мужчина не уверен, что ему это нравится, поэтому отстраняется, и Дин покрывает поцелуями его челюсть взамен. Впервые Кастиэль может сказать «нет», и ему не нужно быть во власти чьих-то нужд и желаний. Он двигает бедрами, задавая ритм, который в итоге подхватывает Дин. Довести Каса до разрядки не отнимает много времени: Винчестер всегда умел попадать прямо по нужной точке, и смена позиций этого не испортила. Диновы долгие, медленные толчки, раз за разом задевающие простату - именно то, что так необходимо Кастиэлю. Он сжимается туже и туже, но Дин продолжает двигаться до уверенности, что выжал все из Каса, и потом начинает отстраняться, выходить из такого манящего жара Касовой задницы. Но темноволосый мужчина останавливает его, положив ладонь на плечо. -По-моему, я сказал, что хочу, чтобы ты кончил в меня, - он соблазнительно шепчет, и Дин выглядит так, словно не может понять, как Кастиэль может наслаждаться процессом даже после того, как кончил. Однажды Кас объяснит Винчестеру, но сейчас он только откидывается назад, ощущая мелкую дрожь во всем теле, пока Дин продолжает иметь его. Мужчина шепчет ему на ухо, говорит Кастиэлю, как тот красив, как он скучал по нему, и, когда кончает, выкрикивает его имя. Это красиво, это вызывает трепет и, самое главное, это реально. Никто не притворяется. Дин выходит из Каса, плюхаясь рядом и привлекая темноволосого мужчину в объятия. Кастиэль устраивает голову на груди Винчестера, наслаждаясь теплотой и близостью мужского тела. Некоторое время они не разговаривают, и Кастиэль уже начинает засыпать, когда голос Дина вырывает его из сонной дымки. -Куда ты собираешь пойти, Кас? Ты ведь снимаешь эту квартиру, я прав? Кас медленно кивает. У него есть некоторые сбережения, но со временем они кончатся - и он больше не сможет платить за жилье. -Я перееду в какое-то место поменьше. Дин неудобно двигается, чуть толкая Каса, которому хочется, чтобы Винчестер лежал неподвижно, позволяя ему уснуть. -Знаешь, ты всегда можешь остаться у меня. Там достаточно пространства для двоих, большая кровать, и я хорошо зарабатываю. Я могу позаботиться о нас, – предлагает Дин, а его голос напряжен и предательски подрагивает. Кастиэль поворачивает голову так, чтобы мог поцеловать Винчестера в шею, давая знать, что он ценит это. Ему нравится Диново жилье, нравится царящий в нем уют. Это обжитый дом, семейный, из которого Винчестер никогда не переезжал, и Касу хочется свить там гнездышко и стать частью Диновой семьи. -Я с радостью. -И, я думал… Я хочу представить тебя своим братьям. То есть, они будут шокированы, но… - голос Дина обрывается. Кастиэль думает: действительно ли это будет таким шоком для двух мужчин, или же они что-то подозревали все это время? Он протягивает руки и сжимает в них Динову ладонь. Винчестер вздыхает, расслабляясь, и притягивает Каса ближе. -Я уверен, они просто порадуются, что ты счастлив, – Кастиэль пытается утешить другого мужчину. – Мы можем не упоминать о том, как встретились, – продолжает темноволосый мужчина, и Дин смеется. Винчестер играет с темными волосами, нежно целуя макушку Касовой головы. -Я говорил с Сэмом в тот вечер, когда ты пришел, когда мы поссорились. Я говорил тебе, что он в колледже, да? Я думал, у него есть стипендия или что-то вроде этого, но он сказал, что этого недостаточно. В груди Кастиэля мгновенно натягивается струна, потому что он знает, куда тянется эта история. -Он продает себя, - он говорит на выходе, и Дин печально мычит, прижимая Каса еще сильнее к себе. -Он говорит: это только свидания. Только эскорт. Как будто это имеет значение. Я сказал ему, что могу взять дополнительные смены, отправлять больше денег, но он отказался. Я угрожал рассказать отцу, но Сэм просто повесил трубку, - Дин шумно втягивает воздух. – Мне было интересно, что за мужчина захочет использовать моего младшего братишку, а потом появился ты, и внезапно я понял, что был таким же. Черт, Кас, я не знаю даже, когда начал влюбляться в тебя, но знаю, что когда, наконец, это понял, то не мог выдержать даже мысли о том, что кто-то другой прикасается к тебе, держит тебя. Я клянусь: я никогда не чувствовал ничего подобного к другому мужчине. Ты будто поселился в моей голове, и я не мог препятствовать. Мне просто хотелось, чтобы ты прекратил этим заниматься и был со мной. Вот он, финальный кусочек паззла. Кастиль кивает, довольный наконец-то узнать, что именно произошло той ночью; что заставило Дина так странно себя вести. Если бы Винчестер просто сказал ему, Кас бы остановился, и те обидные слова не были бы сказаны. Но Кастиэль, пускай и «по-плохому», но выучил урок: Дин ничего для себя не упрощает. Для светловолосого мужчины ввязаться в драку или ссору легче, чем просто поговорить обо всем. -Я тоже люблю тебя, - только и говорит Кас, потому что это действительно единственное, что необходимо сказать. Винчестер сжимает его ладони, снова целует в макушку, и этого достаточно на сейчас. Очень скоро Кастиэль упакует в коробки свою старую жизнь и переедет к Дину. Это будет новый опыт для обоих мужчин, но Кас уверен, что они справятся. Они оба заслуживают немного счастья в жизни.