Продолжение истории...

Храм Микаге — Чёрт, уже год прошёл, а от них ни слуха, ни духа. Как сквозь землю провалились… — недовольно произнёс Мидзуки, выпивая саке. Змей сидел на футоне в своей комнате. За окном тихонько шелестит не сильный ливень. На, ещё совсем недавно, безмятежном и спокойном небе закружились: хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи, задавившие солнце своей тяжестью. Светило, как будто растерявшись, совсем скрылось за их тяжёлыми боками. В Храме нависла невыносимая скука и тоска, с тех пор, как Богиня Земли покинула это святое место. Раньше, когда Богиня и Лис ещё не были людьми, и приглядывали за Храмом, было весело. Каждый день попадали в какие-то приключения. Но сейчас для Мидзуки каждый день стал одинаковым — утро-вечер, утро-вечер, утро-вечер, и так целый год. Ещё чуть-чуть Хранитель чувствовал, что сойдёт с ума. Хранитель ничуть не беспокоился за Томоэ, его волновала Нанами. Прошло почти больше года с тех пор, как Нанами и Томоэ стали людьми, и внезапно куда-то пропали. Микаге эта ситуация явно не нравилась и он тщательно занимался их поисками. — Может, с ними что-то случилось? — резко зарыдали Оникири и Котэцу. — Не знаю… — протянул тот задумчиво. — Страшно даже подумать. Всё-таки человеческий мир по-своему опасен. После того, как Нанами и Томоэ стали людьми, и решили жить вдали от нас, моё сердце не на месте. — Не беспокойтесь. Если рядом с Нанами Томоэ, то не о чем переживать, — улыбаясь, сказал Микаге, входя в комнату. Но всё же, он сам за них сильно переживал. Они давно не объявлялись, но Бог Земли не показал, что беспокоится, чтобы и остальные не волновались. — Они, наверное, очень сильно заняты. Всё-таки нелегко жить в мире людей. — произнёс кареглазый. — Будем надеяться, что это так… С тех пор, как богиня земли покинули эти стены Змей не выходил из депрессии. За целый год он не почувствовал и крупицу счастья. Он сам не замечал, что стал реже пить и вообще очень редко спал по ночам, а только лежал у двери и смотрел в небо, будто ища там, что-то. Сильно скучал и тосковал. Внезапно, на улице раздался резкий грохот и негромкий вскрик. Мидзуки с подозрением пошёл взглянуть на место происшествия, лениво вставая с футона. Не спеша шагая к исходящему звуку, и открывая входную раздвижную дверь. — Странно… — пробормотал Змей, оглядываясь вокруг, притих, прислушиваясь к посторонним звукам. — Никого нет. Он ещё внимательно оглянулся, затем опустил очи вниз и увидел маленького младенца в пеленках. Хранитель не мог поверить собственным глазам. Маленькое невинное дитя лежало перед ним и так мило хлопала глазами, разглядывая удивлённого Мидзуки. — Чтоб мне провалиться… Что это?! — выругался парень, да так, что его было слышно на весь Храм. — Мидзуки, кто там? — задал вопрос Микаге, находясь в соседней комнате. — Микаге-Сан! — позвал он, с удивлением продолжая рассматривать дитя. — Здесь ребёнок… — Что? Какой ребёнок? — подходя, спросил светловолосый. Бог шире открыл веки и, как Змей, стал удивлённо пялиться на ребёнка. Микаге осторожно осмотрел младенца. — Не видел кто его принёс? — осматриваясь, настороженно спросил Бог. — Нет, как будто из ниоткуда появился. Но я точно что-то слышал... — Дай мне его на руки. — попросил он, перебив Хранителя, и внимательно прищуриваясь. Микаге аккуратно взял малышку на руки. Он долго смотрел на дитя, после чего приказав Хранителю немедленно запереть храм, понес ребенка во внутрь. Скорее всего, ему было не больше месяца, по крайней мере, так можно было сказать с виду. Малыш высунул руки из пелёнок и трогала очки Микаге, играла с ними. Микаге ещё несколько минут разглядывал ребёнка, уже у себя на руках. Неожиданно, с небывалым удивлением, он широко раскрыл глаза. — Это ребёнок Томоэ. — сказал светловолосый, что привело Хранителя в ступор. Мидзуки пару секунд не мог понять, ослышался ли он, а затем прокручивал в голове полученную информацию. — Что за бред? Что значит, это ребёнок Томоэ?! То есть, как это может быть его ребёнок?! — спрашивал Мидзуки и поражался словам своего господина. — Этот ребёнок — полукровка: часть демона, а другая — человека… — аккуратно шепнул он на ухо Змею и осторожно оглянулся по сторонам, даже у стен есть уши, а такое событие может весьма быстро распространится, и вряд ли это приведёт к добру. — И? С чего вы взяли, что это его дитя? — Змей поднял бровь. — Даже если это так, то как он может быть полукровкой? Разве Томоэ не стал человеком? — недовольно и с непониманием, произнёс Мидзуки. — Во-первых, не он, а она. — разъяснил Бог. — А во-вторых, да, он стал человеком, но… это скорее то, чего я опасался. — Микаге загадочно поправил очки. — Я должен был их предупредить… — Предупредить? — змею никогда не нравилось то, как хозяин трогал свои свои очки, ибо это могло означать, что следующие его слова могли быть непредсказуемы. — Томоэ может стать человеком. Однако природу не поменяешь. Свою суть он сотрет. Лисье пламя… оно не исчезло. — Хотите сказать, что его дети будут такими, каким он был до… — Да… Хранитель сдвинул брови на переносице и прожигал взглядом дитя, которое пыталось дотянуться до светлых прядей его хозяина. И от осознания по его спине пробежались мурашки, а в жилах застыл страх. — Почему вы раньше не предупредили Микаге?! По вашему Нанами смогла выжить после того, как выносила и родила Ёкая?! — вскрикнул беловолосый. После чего, шепотом добавил: — Но, где они сами?..