Глава 4.1
16 ноября 2018 г., 18:40
Письмо Кея
23.08.2003
Моё настоящее имя — Ли Чонки.
Хочу написать это письмо — исповедь для своего сына, где расскажу всю правду о себе.
Дорогой Минхёк, сейчас тебе должно быть уже за двадцать, и я не уверен, что всё ещё нахожусь рядом. Значит самое время раскрыть правду.
Этот мир пропитан ложью, обманом, несправедливостью. Так тебе говорил твой отец? Шинхёк, отчасти, был прав, но не во всем. Добро, дружба, любовь, сочувствие, благодарность — этими вещами он также наполнен. Не сомневайся, даже в самые тёмные времена, и тогда перед тобой появятся «светлячки», указывая на правильный путь — к свету.
Я не сразу понял, что нашёл его для себя, когда в шестнадцать лет попал в государственную службу. Это был 1984 год, тогда отношения с Китаем и Японией стали ещё более напряженными, и я хотел послужить родине. Меня распределили в отряд омег, которых обучали международному шпионажу — Акониты. Да, именно с этим цветком у меня татуировка на рёбрах, и теперь ты будешь знать почему. Нас готовили для разведки, слежки за врагами, передачи данных и внедрения на чужие территории, но затем всё обернулось иначе.
В 1987 учёные закрытого НИИ создали сыворотку, способную выявить новый генофонд сверхлюдей, который со временем мог бы заменить нас. Конечно, слухи ходили разные, заставляющие волноваться о своём будущем. Некоторые мои сослуживцы сразу подали заявление об уходе, несмотря на многомиллионную неустойку, в страхе того, что их и наши семьи заставят испытывать неизвестный препарат, а были такие, кто добровольно согласился проверить его на себе. В итоге, этим ребятам перечислили на счёт невероятную сумму. Одним из таких солдат стал мой лучший друг — Вон Юн.
После вакцинации ничего страшного не произошло, и мы всем отрядом дружно выдохнули. Плевать на то, что не получил никто суперсилу, главное — нет и вреда, а деньги есть. Жизнь продолжалась для всех, и, уже через год после того события, Юн влюбился в замечательного альфу — командующего отрядом Смог, работающих в разведке.
В 1989 произошел случай в автобусе (я вложил фрагмент газеты со статьей в конверт). Журналистам не дали написать всю правду, как например ту, в которой говорится, что омега действительно был беременным, но всего на четвертом месяце. Был скрыт и факт, что любовником этого мужчины являлся один из вакцинированных сотрудников НИИ, от которого он и носил ребёнка. Через полтора года забеременел мой друг, и врачи обнаружили аномально быстрое развитие плода. Всем сотрудникам понадобилось немного времени, чтобы понять — что к чему, и до ужаса испугавшийся Вон решил заранее сделать опекуном меня, перечисляя все свои деньги на мой счёт. Уже на четвёртом месяце ребёнок был развит как в девять, тогда у Юна начались схватки. Так совпало, что в тот день я был вместе с ним на прогулке, поэтому вдвоём мы отправились в больницу при нашем НИИ. Как только двери в операционную закрылись, я его больше не видел.
Тогда дитя разорвало моего друга изнутри, врачи из-за испуга попытались убить новорожденного, но сами несдобровали. На удивление все доктора остались в живых, правда, с напрочь отбитой памятью. Причину диагностировали — сильные удары головой о стену.
Младенца я украл к себе домой, когда его поместили в инкубатор члены нашего нового государственного подразделения по истреблению энергетов — так они прозвали выведенный генофонд. О содеянном я пожалел уже в первые несколько часов. Мои способности, как Аконита, дали преимущество перед новым отрядом, но вот справиться с ребёнком — я не смог. Он рыдал, кричал, пускал ударные волны, что повреждали мне рёбра, пищевод, а затем и копчик, после того, как я отлетел на полтора метра от него, пытаясь просто перепеленать. Тело моё было настолько пронизано болью, что даже дышать нормально не мог и пока приходил в сознание, меня обнаружили СГИЭ (Служба Государственного Истребления Энергетов), которых я обошёл в роддоме, и забрали малыша. Как я узнал позже, в этой миссии большая часть служащих и сам ребёнок — погибли. Меня же забрали на операцию после которой сообщили, что из-за серьёзного падения, я больше не смогу зачать.
Через две недели пришло оповещение от моего капитана о том, что меня переводят с отряда Аконитов, в службу при президенте, если я пройду полугодовую подготовку в СГИЭ. Сначала, естественно, пронзило удивление, что вместо наказания или умерщвления — меня собираются повышать, но согласие я дал сразу же.
В службе по истреблению энергетов меня приняли с почётом, так как я уже имел опыт взаимодействия с таким младенцем и остался в живых. Учёным и солдатам было крайне интересно узнать, как это вышло, но ответов на их вопросы у меня не было. Единственное, что я мог предположить, так это возможность того факта, что всё время беременности своего лучшего друга, был рядом с ним и очень часто общался с ребёнком, поглаживая тому живот. Вероятность того, что с энергетом нужно сближаться ещё до рождения, была поставлена под сомнение по причине, ведь свои «сосуды» (как они прозвали вынашивающих плод омег) те разрывали при моменте рождения.
Практические исследования у нас были с крысами, в которых вкалывали ту же сыворотку. Животных скрещивали, затем нам оставалось только наблюдать, фиксировать и ждать. Всё шло по одному и тому же сценарию, сколько бы раз этот опыт не проделывался. Сначала беременная особь проявляла сексуальную активность, затем становилась агрессивной, а по истечении первой недели срок подходил к концу, и её разрывало, появлялось около десяти крысят, из которых живыми были только трое или четверо.
Чаще всего зверьки не подпускали к себе, а тем кто пытался притронуться, зачастую отрывали часть пальца. Даже мне один раз оторвало фалангу безымянного, но профессора очень быстро провели процедуру сращивания тканей.
В 1991 году меня наградили, как первого служащего, которому удалось вырастить крысёнка-энергета, при этом получив его полное доверие и защиту. Я прозвал малыша Лаур, и он жил под моей опекой около года. С его помощью мы смогли получить хоть немного информации. Он менял цвет глаз, в зависимости от настроения и эмоций, окрас со временем стал переходить из белого в серебряный, хотя у двух других крыс — в жемчужно-розовый. Лаур обладал энергетическим телекинезом, умел гнуть метал, а также взрывать мелкие вещи. ДНК этого подопытного не дала нам чёткого понимания того, что это за существо, так как все показатели выявлялись без необходимой точности. Затем, когда профессора решили скрестить энергета с другой крысой, в момент сцепки обоих уничтожило взрывной волной.
В 1992 году меня перевели на другую должность — в государственные палаты, при этом в обязанности добавили слежку за вакцинированными в 1989 г. Мне выдали участок земли в чаще леса, который находится в западной части страны и приказали выращивать там рождённых особей. Таким образом, мне пришлось договариваться со службами разведок и программистами о том, куда им будет нужно направлять определённых людей, список которых им предоставил.
Деревню я обжил довольно быстро, так как всё в ней было совершенно новым, хоть и замаскированным под старое. В моём доме имелись специальные подвальные лаборатории, в которых хранилось необходимое оружие, препараты и техника, а также во всех других жилищах находились различные тайники на случай, если возникнет экстренная ситуация, в которой необходимо будет действовать прямо на месте.
Моя слежка началась с тех вакцинированных, кто имел партнёра или вёл беспорядочные половые связи. Больше всего я наблюдал за супружеской четой Ли, из-за того что мне с первого взгляда понравился альфа, как бы неправильно это было. Таким образом, уже за первый год своей работы на данной должности, я смог обнаружить порядка шести новорожденных энергетов, но практически все из них оказались без вести пропавшими в момент их перевозки в НИИ. Только один ребёнок, в конечном счёте, попал в мою деревню. Это был ты, Минхёк. Вместе со своим родителем, к которому я испытывал неопределенные чувства. Но работа, несмотря ни на что, стояла на первом месте.
Шинхёк сошёл с ума и не мог нормально ухаживать за своим сыном, поэтому обязанность вырастить из тебя хорошего, достойного человека легла на мои плечи… А ещё я очень быстро полюбил не своё дитя. Ты перестал быть работой, стал настоящим сыном, и рядом находился Шин, что делало по-настоящему счастливым, словно у меня взаправду появилась семья, о которой и мечтать не мог. Эти розовые очки спадали каждый раз, как твой отец терял рассудок. Сердце обливалось кровью от желания помочь этому мужчине, и я не смог придумать ничего умнее, как попробовать занять место в его сердце. К сожалению, это обернулось ошибкой.
Положив ручку рядом с письмом Кей протёр глаза, делая глубокий вдох, чувствуя, как всё сжимается внутри от болезненных воспоминаний, которые собрался поднять из глубин души и сознания.
