Энергет

      Глаза Кихёна медленно закатились, а тело обессилено рухнуло на пол с характерным шлепком, а сразу за ним упал на колени — один из тех же подбежавших, за капитаном своего отряда, солдат. Он схватился за сердце, ударяя кулаком о пол: — За что?! — болезненно простонал альфа, медленно опуская голову, пока не коснулся чёрным шлемом о кафель, задрожав от пробивающей истерики.       Сцена была понятна только ещё двум людям, находящимся в этом коридоре, но времени на выяснения отношений сейчас нет. Перед солдатами стояла другая задача — ликвидировать опасного энергета. Поэтому один из них, стараясь не упускать шанс, пока объект ещё не восстановился полностью и находится в эмоциональном потрясении, стреляет вновь. Цель успевает уклониться. — Вот прыткий…       Парень с серебряными волосами, успевает сделать ловкий выпад, благодаря чему избежал ранения. Грациозно сделав поворот, переходящий в удар битуро-чаги, энергет запустил им острую волну, которая бы могла рассечь противника напополам, но и тот успел вовремя уклониться.       Ещё несколько выстрелов, и в этот раз одна из пуль успевает задеть бедро омеги, заставляя того зашипеть, но не остановиться. Снаряд был отравлен, а яд стал распространяться по крови за считанные секунды. Отравленная рана не заживала. Сильное кровотечение лишало Минхёка сил и способностей. Прихрамывая, он немного замедлился, позволяя солдату сократить с ним дистанцию, но стараясь его оттолкнуть, Ли запустил сразу несколько ударных волн, от которых капитан успел укрыться, выводя из электронного браслета на руке — поглощающий энергетический щит. — Чёрт!       В следующую очередь альфа вновь постарался оказаться рядом, переходя на рукопашный бой с элементами воздействия электрических вольтовых устройств, закрепленных на его перчатках и рукавах костюма, для усиления ударов. Энергет хоть и силен, но уже изрядно вымотался, тем более, что его тело убивает яд. Новая попытка выстрелить, которая пресеклась вовремя выбитым бластером из рук. Оружие с характерным металлическим звуком ударилось о мраморную стену, оставляя после себя неглубокие трещины в плитке.       В схватку капитана СГИЭ и энергета, никто не вмешивался. Солдаты продолжали оцеплять район, а также эвакуировать жителей, не покинувших территорию по собственной воле.       Небо окрашивалось в розовато-фиолетовый оттенок. Все птицы давно улетели из этой части города, и казалось, даже ветер не хотел появляться в этом месте. Кроме военных машин, кругом никого не было. Растения постепенно увядали, словно из них кто-то выкачивал всю жизнь. Нежные лилии в цветочной лавке, увядали на глазах. Листья теряли здоровый вид, покрываясь болезненными желтоватыми пятнами, словно отравленные. Затем лепестки высыхали, а стебли цветов становились тоньше, пока перетяжка не дала опуститься цветоложе, от чего умирающие цветы выглядели так, словно сожалеют о собственной смерти.       Омега пустил взрывную волну в того, кто стрелял, но впервые за долгое время не справился с отдачей и рухнул на пол, проскользив назад, ударяясь затылком о стену. Этим выпадом он смог оставить на боку противника лишь рваное ранение, которое его абсолютно не удовлетворяло. Это было не тем, чего он хотел добиться. Найдя в себе силы, Минхёк поднялся на ноги и чуть ли не запрыгнул на солдата, срывая с него специально оборудованный бронежилет, прикладывая для этого оставшуюся в своем теле энергию. Ткань оказалась довольно прочной, но всё же нитки постепенно пошли по швам.       Ли оглядел альфу на котором сейчас сидел: в отражении его шлема, он видел себя. Вернее маску демона, изукрашенную струями собственной крови. Осознавая, что исчерпал уже почти все ресурсы своего тела, энерегет понимал, что не может проиграть Так. Не может оставить Кихёна. С этими мыслями, он вдавил свой кулак в рану капитана, желая прикончить его болевым шоком, или разрывом тканей. Мужчина болезненно простонал, сжимая руку энергета, чтобы тот не затронул органы.       Касаясь кожи альфы, парень ощутил, как по всему телу прошёлся невероятный разряд. Внутренний. Не энергетический. Перед глазами поплыли разноцветные пятна, а в области живота разожглось тепло.       «Это действие яда?»       Сердце забилось сильнее, от чего участилось дыхание, а из носа пошла кровь, от резко поднявшегося давления. Дрожь.       Энергета словно охватила лихорадка, но если это и так, то капитана… Хосока, она также прожгла. Из-за тремора он не мог нормально удерживать руку омеги сидящего на нём. А резко ударивший в нос ягодный аромат, оказался настолько сильным, что будь у альфы ещё хоть часть сил, он казалось бы, даст этим животным инстинктам верх над собой и завалит этого монстра. Но сил не было. Его почти покидало сознание. Он смотрел на своего «врага», с полным пониманием, что больше не сможет ему навредить. С пониманием того, что он его почти погубил. С пониманием, кто перед ним оказался.       У омеги началась преждевременная течка, а из глаз градом потекли слёзы. Рука скользнула вниз от безысходности, оставляя рану. Испытывающий ту же волну чувств служащий СГИЭ, потянулся, чтобы снять маску с лица противника, которая полетела на пол с характерным пластмассовым глухим звуком, сразу после того, как он увидел эти склеральные чёрные глаза. — Минхёк…       Ли смотрел на своё отражение в тонированном стекле шлема солдата, чувствуя, как тело вновь начинает леденеть, покрываясь инеем, чтобы обезболить последствия отравления. Голос мужчины заставлял задрожать от учащенного сердцебиения, а сознание стало покидать энергета, отключая его прямо на руках мужчины. — Минхёк…? — одернул того капитан, снимая с себя шлем, и кидая его на пол. — Мин… — из его глаз невольно потекли слёзы. Он прижал к себе тело омеги, крепче обнимая и вдыхая его усилившийся запах, сводящий с ума теперь ещё больше. — Только не говори мне, что и ты тоже! — крикнул Джей, поднимающий стекло. — Такого не может быть! Вы двое — невероятные! Два неправильных придурка! — Заткнись, Чжухон! — рыкнул Хёну, осматривая Ю, который едва дышал, пока его тело боролось с аналогичным ядом. — Чего затыкаешь меня? Разве это я стрелял в твоего благоверного? Нет! Не я! Это был Вонхо, вот его и затыкай! Я чего? — всё продолжал возмущаться на повышенных тонах рыжий, дуя губы.       В этот момент на этаж вбегает парень с чёрными как смоль волосами, осматривая всё вокруг. Его взгляд остановился на уже беловолосом энергете, покрывающемся снежной коркой и находящемся в руках знакомого человека. — Что с тобой делать? — прохрипел он, хмуря лоб, на котором выделялись от этого папулы. Подойдя к сидящему на полу Хосоку, альфа опустился рядом на корточки, оглядывая своего возлюбленного. — Опять мёрзнешь… Теперь-то почему, м? Мин? Ты же с ним сейчас, — всё продолжал разговаривать юноша, проводя ладонью по оледеневшим волосам. — Как ты сюда попал? — тихо спросил Шин, старого знакомого, который даже не взглянул на него. — Просто залез в окно третьего этажа, — ответил Им, как ни в чём не бывало, поглаживая теперь шею Ли. — Если ему не оказать помощь, он может умереть через несколько часов. — Что с ним такое? Как я могу помочь? — Не знаю точно, но с ним это происходило и этой ночью. Тогда он всё звал тебя, поэтому я думал, что рядом с тобой такого больше не произойдёт, — задумался Чангюн, почесывая теперь свой затылок и медленно поднимаясь. Он вновь осмотрел этаж, останавливая взгляд на ещё одном знакомом лице. — Ты Чжухон? — застал он врасплох бету, который с момента его появления не мог отвести от него взгляда. — Я? Э…М…Да, это я. Привет, АйЭм, — потупил взгляд рыжий. — Если тебе дороги твои коллеги, то вызывай вертолет. Нам надо спасать их истинных. Иначе они сами тоже загнутся, — с каким-то спокойствием в голосе отдал приказ альфа, не сводя гипнотизирующий взгляд с солдата, пока тот не стал выполнять его, слегка краснея. — Думаешь, его тоже можно спасти? — с надеждой в голосе обратился к Иму пока незнакомый ему человек, держащий в руках ещё одного раненного омегу. — Я не могу знать. Но если вы ничего не предпримите, то точно не спасёте никого, — холодно отрезал он, возвращая взгляд на Минхёка. — Что за люди… Сначала сами убивают, а затем жалеют и хотят всё вернуть как было. Ещё бы ты ненавидел нас…       Капитан согласился с ним и тоже встал на ноги, чувствуя, как холодное тело истинного, словно замораживает его рану, не давая боли управлять собой.       Транспорт подготовили за считанные минуты, так как находился поблизости из-за «облавы». Туда загрузили двоих энергетов, блокируя тела тех для безопасности, специально разработанными Чжухоном — электромагнитными верёвками. Так было необходимо по правилам СГИЭ. За ними в вертолет сели трое солдат и Чангюн, которому даже проситься не пришлось. Все понимали — без его помощи и знаний, они могут только усугубить ситуацию.       В кабине воцарилась тишина, которую перебивал лишь мотор с пропеллером. Пол и стены вокруг Мина, также медленно покрывались инеем, а сам парень периодически шептал, что-то одними лишь губами, чем сильно тревожил рыжеволосого, державшего наготове оружие.       Желая унять страх беты, Им положил руку на его плечо, стараясь развеять на солдата своё спокойствие, благодаря чему он и вовсе уснул от усталости, положив голову на плечо альфе. На удивление, тот даже не пытался сопротивляться.       Шону всю дорогу не отпускал своего истинного с рук, вдыхая его угасающий аромат. Он не желал ни с кем разговаривать, а тем более с Хосоком, которого был готов убить прямо сейчас, но в то же время он знал, только этот человек, сможет оказать необходимую медицинскую помощь таким существам, пока его дедушка и ещё пол штаба учёных, находятся в больнице.       Шин остался единственным дееспособным учёным, имевшим дело с энергетами. И так как он сидел рядом с Ли, иней быстро добрался до него, замораживая рану, останавливая таким образом кровотечение. Теперь всё зависело только от него.