вселенные поседневности

Оставив на едине Даста с травой, Эррор вместе с Инком двинулись дальше. А дальше, в анти-пустоту. Опять.       Хей. - протянул чернила и тепло прикоснулся, не смотря на то, что у Эррора была гаптофобия, он старался не глючить.По крайней мере, это выходило не очень благополучно. Но так-как он уже привык к своему "напарнику" то претензий никаких не было.       -Прости, любимый, лагаю.-Не ожидая того что он сказал, он растерялся и его теперь "Любимый" тоже. Инк знал что тот любит его, он тоже взаимно любил Ошибку. Но пока что они не дошли до таких отношений. Сохраняя дистанцию, не решаясь сломить стену молчания, они словно боятся увидеть в глазах друг друга отражение собственного смущения. Душу Эррора сковывало чувство, имя которому дискомфорт. Но Инку пришлось сорвать эту тишину.-Ты...ты будешь жить со мной? Эррор?- осмысленно и счастливо лепетал Инк, но за монотонным молчанием стояло восхищение, доверие и в конце концов - счастье. - Угу,- было слышно тихое "угу"       -Хей, Эрр! Пошли ко мне домой, я покажу тебе твою комнату! -быстро взяв глючного за ладошку и открыл портал кистью. Взмахнув кистью вверх, открылся портал к его дому, забывая о том, что его прикосновения интоксичны, Эррор старался привыкнуть к физическому контакту и смирился,когда тот его вёл он хмурился и осматривался по сторонам.       Мы пришли! - уверенно и выраженно сказал Инк.-Эррор осмотрелся и увидел перед лицом равнины, и один, маленький дом. Их встречали серые, монотонные тучи и хрустальные капли разбивались и сливались с землёй. -Эррор,-буркнул взволнованно Инк - пошли домой, а то...вдруг промокнешь?-не отпуская ладони, вёл его к дому.       -Инк отворил дверь и сразу закрыл её, затем отпустил ладонь Эррора, но он не отпускал его руку и сжал её сильнее, но очень больно.Инк вскрикнул - "Что ты делаешь?!" и отдернул руку назад. Его рука, или так скажем, ладонь сильно апробировала (это значит - испытывать). Переварив, что сейчас произошло, Эррор виновато посмотрел на свои руки и затем перевёл взгляд на Инка, и уже начал громко и виновато извинятся перед ним, на что он одобрительно кивнул и сказал что ничего страшного и провёл маленькую экскурсию по дому. Стены были персикового цвета с кропчтатыми частичками жёлтого цвета.