Девочка из детства

Костя разбудил Соню в 6:30 утра. Сонная, несмотря на то, что спать они легли в 11 вечера, девушка толком не поняла, чего от неё хочет мужчина, и было упала обратно на подушку, как услышала возмущённое: — Егорова! Отрываем ушки от подушки! В общем, выбора не было. Пришлось вылезать из-под тёпленького одеялка и плестись в ванную. Но и там Соня умудрилась уснуть с зубной щёткой во рту, сидя на бортике ванны. В общем, сборы заторможенной сонной Егоровой, в которую не в меру бодрый Гецати ещё каким-то чудом умудрился запихнуть завтрак и залить чашку чая, затянулись на полтора часа (и это она не красилась). В машине девушка сразу уснула на заботливо разложенном Костей переднем сидении. Пока она досыпала, мужчина успел заехать в магазин, на заправку и почти достигнуть цели поездки. Однако дальше начиналась довольно-таки крутая горная дорога, и Соню было необходимо разбудить и заставить пристегнуться. Притормозив у обочины, Константин наклонился к девушке и нежно прикоснулся губами к её губам. Когда сначала с трудом понявшая, в чём дело, Егорова наконец врубилась, что происходит и начала отвечать, Гецати оторвался от её губ и с улыбкой сказал: — О, проснулась! Давай, пристёгивайся и спинку кресла в вертикальное положение приводи, потому что дальше в гору по серпантину. — Да у тебя тут прямо как в самолёте, — усмехнулась Соня, потягиваясь и складывая заботливо наброшенный мужчиной на её колени плед. — А кормить будут? Ну и там чай, кофе, апельсиновый, томатный?.. — Как приедем — обязательно покормлю тебя, — улыбнулся Костя, чмокая затем Егорову в губы и снова нажимая на газ. Соня теперь чувствовала себя довольно бодро и смотрела по сторонам — не каждый день её по серпантину катали. Страшно было совсем немного. Даже не то, чтобы страшно, скорее просто непривычно после ровного асфальта-то подскакивать на каждой кочке, видя в окошко обрыв. В общем, остановке и Костиному «приехали» Егорова была несказанно рада. — И куда ты меня привёз? — вылезая из авто и потягиваясь, спросила девушка у мужчины. — В город мёртвых. Пойдём, — потянул тот её в сторону стоящего неподалёку ларька, оказавшегося билетной кассой. — Доброе утро, — Гецати мило улыбнулся бабушке-кассирше. Та, явно работающая здесь всю Костину жизнь и даже, наверняка, чуть дольше, конечно же, его узнала — он был здесь частым гостем. — Здравствуй, милый, — отрывая билеты, улыбнулась та. — Ой, а девочка с тобой красивая какая! — этот возглас заставил Соню покраснеть. — Невеста моя, — гордо сказал Константин, ещё сильнее вогнав Егорову в краску — бабуля-одуванчик была первым, ну, после родителей, конечно, человеком, который узнал об их намерении пожениться. — Береги её, — протягивая мужчине билеты, подмигнула ему старушка. — А ты, — добавила, обратившись к девушке, — первая, кого он сюда привёл. Обычно либо с сестрёнкой приезжал, с егозой этой мелкой, либо один. Цени! — Ценю, — с улыбкой кивнула всё ещё смущённая девушка. — Ну ты чего, Сонь? — скрывшись из поля видимости бабули-одуванчика, пока она ещё какой-нибудь его секрет не разболтала, спросил у Сони мужчина, притянув её затем к себе и чмокнув в макушку. — Непривычно просто, когда ты говоришь «невеста», — улыбнулась Егорова. — А ты и не привыкай, — усмехнулся Костя. — Вот как поженимся, буду называть тебя женой — вот тогда привыкай. Пойдём. Ну и, я думаю, не стоит говорить, что мы отсюда с собой ничего не уносим. Ты и сама это прекрасно знаешь. На территории музейного комплекса ещё никого не было — парочка была первыми на сегодня посетителями. Но тишина, изредка нарушаемая лишь шумом ветра и шелестом крыльев пролетающих где-то в небе птиц, абсолютно не мешала. Гецати негромко рассказывал Егоровой всё, что знал об истории этого места, терпеливо ждал, пока она сфотографирует что-то и в это же время, незаметно для девушки, фотографировал её саму, невольно любуясь её тонкой фигуркой, одетой в тёплую куртку.

***

Вдохновлённая и набравшаяся энергии (спасибо Похабову, научил с местами силы работать) Соня делилась с Костей своими впечатлениями от города мёртвых и гор, в которых она была впервые. Гецати молчал, глядя на дорогу и довольно улыбаясь. Его радовало, что Егоровой понравилось то, что она увидела. И он надеялся, что-то, что он запланировал дальше, тоже вызовет у неё положительные эмоции. — Кость, а куда мы едем? — вопрос, заданный девушкой, был вполне логичным, ведь мужчина не рассказывал ей о подробностях маршрута. — Секрет, — карт он, конечно же, раскрывать не собирался, всё так же крепко сжимая руками руль. Грунтовая дорога грязно-коричневой лентой бежала через лес куда-то в гору. Соня смотрела в окно, погружённая в свои мысли. — Что, Гецати, я тебя настолько достала, что ты решил от меня избавиться? — фыркнула Егорова, не отвлекаясь от созерцания деревьев за окном. — Егорова, ты договоришься у меня, — фыркнул в ответ Костя, останавливая затем машину на небольшой поляне. — Приехали. — Мне последнее желание загадывать и курить перед смертью? — усмехнулась девушка, когда мужчина галантно распахнул перед ней дверь. — Нет. Ты можешь просто погулять где-нибудь недалеко, пока я палатку поставлю. Соня, чтобы не мешать Константину, действительно решила немного прогуляться, но далеко отходить побоялась, чтобы не заблудиться. Наблюдая за тем, как мужчина ставит палатку и разводит костёр, девушка поймала себя на мысли, что было бы здорово приезжать сюда все большой семьёй летом. Жарить шашлыки, рассказывать страшилки при свете костра по ночам, смотреть на звёзды, пытаясь найти знакомые созвездия… Из мыслей её вырвал голос Гецати. Тот, усевшись на каком-то бревне, разворачивал завёрнутые в фольгу бутерброды, прихваченные из дома.

***

Время пролетело как-то незаметно — пока приготовили обед, который пришлось доедать на ужин, пока прогулялись по лесу, наблюдая за скачущими по деревьям белками… Обнявшись, мужчина и девушка провожали закат, окрасивший всё вокруг золотым. Едва солнце скрылось где-то за горами, Костя и Соня забрались в палатку. Спать им пока не хотелось, поэтому они, устроившись в спальном мешке, решили поделиться друг с другом эмоциями, накопленными за сегодняшний день. — Знаешь, Кость, — Егорова крепче прижалась к обнявшему её мужчине, — я сегодня очень много думала и поняла, что было бы очень круто сделать такие поездки в горы семейной традицией и приезжать сюда с детишками каждое лето. Ты же обещал мне троих. — Обещал — выполню, — улыбнулся Константин, целуя Соню в макушку. — Но совсем маленьким сюда нельзя. — Ну и я не говорю про совсем маленьких. Когда подрастут, тогда и… — Да, это было бы здорово. Признаться, я тоже об этом думал сегодня, когда ты, Егорова, за белками гонялась. — Я не гонялась, я просто их сфоткать для инстаграма хотела. А они убежали от меня, — девушка надулась, а затем резко стала серьёзной. — Кость… — Да, Сонечка? — А как думаешь, что было бы, если бы мы тогда из Отрожного не уехали и не потерялись? — Ну, всё как у всех… Сначала мы бы окончили школу, потом университет. Поженились бы курсе на третьем или четвёртом, переехали. Ты ждала бы меня из армии. Варила бы мне борщ. Рожала бы детей. Я бы работал в больнице, а ты в каком-нибудь доме культуры или театре. И не было бы в нашей жизни никакой «Битвы экстрасенсов». — А если бы у нас не получилось? — У нас не могло не получиться, Сонь. Это судьба. И мне не хотелось бы, чтобы в нашей истории что-то было по-другому.