Первый живой среди мёртвого

      Нет ничего, лишь пустота, безмолвие и тьма. Нито, первый живой среди всего мёртвого, родился, сделав крошечный шаг к свету. Он ничего не видел, ибо везде была только тьма. Он ничего не слышал, ведь всё захватило безмолвие. Он ничего не чувствовал – кругом лишь пустота. Нито был одинок, но он не мог почувствовать этого одиночества. Нито был мал, но больше него ничего не было. Нито был жив, но он не знал этого.       Безвольно паря во мраке, Нито поглощал крупицы мёртвого, превращая внутри себя их в живое. Живые частицы делали Нито всё больше и больше, собираясь внутри его тела в маленькие шарики. Ещё крупица, и Нито смог видеть. Свет лился из него. Ещё крупица, и Нито смог чувствовать. Тепло шло из него. Ещё крупица, и Нито смог слышать. Музыка текла из него. Нито узнал, что он жив: всё вокруг было мёртвым. Нито узнал, что он огромен: всё вокруг было меньше его. Нито узнал, что он одинок: ничто вокруг не ответило на его зов.       И зарыдал тогда Нито, первый живой среди мёртвого. Его горькие слёзы ярко светились, растекаясь вокруг него миллиардами маленьких фонариков. Долго рыдал Нито и тьма ушла. Её прогнали слёзы. Долго рыдал Нито и пустота ушла. Её заполнило тепло. Долго рыдал Нито, но безмолвие осталось, кружа вокруг каждой горящей слезинки и отравляя их своим «ядом». И тогда Нито понял, как перестать быть одиноким. И тогда Нито понял, как услышать чужой зов и прогнать безмолвие. И тогда Нито понял, что он может создать жизнь.       Нито отрывал от себя куски, окутывая их вокруг своих многочисленных слёз. Чтобы они сразу видели, чтобы они сразу слышали, чтобы они сразу чувствовали. И увидел Нито, что он не один. И услышал Нито зов детей своих. И почувствовал Нито, что безмолвие ушло.       Каждый младший был как Нито. Каждый младший делал из мертвого живое. Каждый младший создал внутри себя миры, непрерывно кружащие вокруг слез Нито. Каждый мир был жив, каждый мир дышал, каждый мир процветал.       И возрадовался тогда Нито. И ушёл он туда, куда прогнал тьму. И ушёл он туда, куда прогнал безмолвие. И ушёл он туда, куда прогнал пустоту. Ведь там он снова мог быть один. Ведь там он снова мог создавать жизнь. Ведь там он снова мог быть всемогущ.       И остались тогда миллиарды детей Нито одни, не чувствуя ни капли одиночества. Каждый младший рос, поглощая всё больше мёртвого. Каждый младший создавал в себе новые слёзы Нито. Каждый младший создавал вокруг слёз всё новые миры. Каждый младший создавал на них жизнь.       Но мёртвое закончилось и начался Великий Голод. Младшие, пытаясь выжить, жрали жизнь, что когда-то бережно создавали. Младшие, пытаясь выжить, жрали друг друга, корчась от предсмертных криков братьев своих. Младшие, пытаясь выжить, звали к Нито, который придёт и накормит их. Но Нито не слышал. Нито был там, где безмолвие. Нито не чувствовал страха детей своих. Нито был там, где пустота. Нито не видел ужаса в глазах младших. Нито был там, где тьма.       И остались не миллионы, не тысячи, а лишь сотни младших. И увидели тогда дети Нито, что они натворили. И закричали младшие в ужасе, от того, сколько жизни они уничтожили. И договорились дети меж собой, что такого больше никогда не произойдёт. Что всеми силами они будут пытаться восстановить жизнь, что однажды бездумно погубили. Что они будут пожирать сами себя пока хоть одна слезинка Нито будет гореть внутри них, лишь бы поддержать сокровенную жизнь, которую однажды была им подарена.       В каждом младшем были миллионы слёз Нито. Вокруг каждой вращались миры. И лишь на нескольких из них был столь драгоценная жизнь.       И ждут дети возвращения Нито. И ждут дети, пока их накормят. И желают дети создать жизнь там, где когда-то её уничтожили.