Верность Империи несмотря ни на что

Ближе к полночи 02 и Тип-Ли пришли в ресторан. Никогда раньше Альфа не видел таких мест, поскольку его высокое военное звание не позволяло шататься по таким местам. Он впервые за двадцать лет службы почувствовал себя свободным. Ему нравился весь этот день. От чистоты воздуха до джедайки. Он перестал чувствовать себя машиной для убийств. Он понял, что позади мрачной, черно-белой жизни Империи, есть места, разукрашенные всеми цветами. 02 хотел продлить все эти события на еще какие-то пару недель. Далее повествование буду вести я от лица 02. Как же жалко, что я здесь не с мирной целью. У меня всего две недели, прежде чем прилетит Владыка Вейдер. — Тип-Ли вызывает Аргона. Ты еще здесь? Ты улетел в забвение. Я с силой вырвался из раздумий и фантазий. Как жаль, что она никогда не поймет моего положения. — А, да, прости. Подошел официант, поднеся два меню. — Алкогольную карточку принести? — Да, будем благодарны. Рассматривая меню, я натолкнулся на своё любимое блюдо. Картошка по-трандашанси. Так и хочется заказать ее. А потом понимаю, что покажу себя скупым человеком, если не возьму себе ничего дорогого. Думаю, кореллианское вино времен Старой Республики подойдет. А к нему можно взять какого-нибудь мяса. — Ты что будешь? — Я хотела бы взять фаршмак по-миккиански. Сравню здешний с тем, что делают у меня на Родине. — Хорошо. Официант! Подошел официант с планшетом для записи заказа. — Что-нибудь желаете, господа? — Да, нам бутылку кореллианского вина времен Старой Республики, и две порции фаршмака по-миккиански. — Хорошо, приготовьте к оплате 238 кредитов. Пока я отсчитывал кредиты, на меня как-то косо посмотрели несколько человек, сидящих за соседним столиком. Дождавшись, пока официант уйдет, они подошли к нам. У одного был бластер, у двух других – нож. — Отдавай кошелек и эту миккианку, пока мы не сделали из тебя винегрет. — Очень страшно, прям боюсь-боюсь. Лучше проваливайте сами, а то мои телохранители прийдут, и превратят вас в винегрет. Один подошел ко мне сзади и замахнулся ножом. Этого я выдержать уже не смог. Я оттолкнул кресло в стоящего сзади, схватил его руку с ножом и сломал её. После выхватил у него нож и метнул в того, кто стоял с бластером. Тот в панике выстрелил в своего третьего. Не прошло и пяти секунд, как трое нападавших лежали на полу, истекающие кровью. Всегда найдется рыбешка покрупнее. Подошла охрана и вышвырнула этих троих из ресторана. — Что же все хотят убить нас, а? — Не знаю, на меня часто нападали, но не два же раза за день. Смотри, официант уже идет. Я поднял кресло, и сел в него, а Тип-Ли села на диван. Не прошло и получаса, как с едой было покончено и мы спокойно попивали вино. — Однако, у меня на родной планете этот фаршмак всегда делали лучше, чем здесь. Но вино и правда хорошее. Умели же делать вино в Старой Республике. Еще через пару часов Тип-Ли начала засыпать, и я черкнул 16-му на КПК <a>«Меня не будет еще день-два. Займитесь приготовками здания, закупите продукты, оружие и экипировку спрятать и не доставать.»</a> У меня появилась идея, я взял джедайку на руки и пошел на пляж. Чистый морской воздух быстро снимет опьянение. А там можно и поплавать будет, вспомнит детство. Можно будет полностью почувствовать себя вновь свободным от власти Империи. Спящая джедайка не вызывала угрозы. Можно взять бластер и закончить миссию. Но у меня было две причины, почему я этого делать не стал. Первая: мне было приказано найти и зафиксировать количество всех джедаев на планете. Никто лучше этой джедайки не сможет помочь мне в этом плане. А второе, она мне понравилась, и я не смог бы так хладнокровно застрелить её. Так, размышляя за жизнь, я шел к морю. Уже было поздно, все приличные граждане уже спали, а на улице бродили какие-то подозрительные личности, причем некоторые поглядывали на меня, как на какого-то безумца. Один осмелился подойти и сказал, что миккианка, которую я несу, за этот месяц убила около пятидесяти человек и даже патруль Империи. Как мне сказали, за нее даже назначена награда в 1500 кредитов. Я бы даже им поверил и отдал бы её полиции, но у меня был другой приказ. «Хорошие бойцы выполняют приказы» – думал я. Через два часа я был уже на пляже. Я аккуратно положил джедайку на лежак и пошел проверить воду. Она еще была теплая. В это время вода на Коррелии очень долго остывает. Я стоял в воде и вспоминал свой родной мир. Жестокая атмосфера нижних уровней Корусанта. У нас на планете не было моря. Да что там, у нас было всего три дерева возле храма этих предателей, этих джедаев. И то, все эти три дерева были сожжены семь лет назад. С тех пор, как я пошел в республиканскую академию, я вовсе не видел красот этого мира. Когда мне было 15 лет, мне поручили убить преступника, который скрывался на Нижних уровнях. Я его долго искал, устал и решил зайти к моей матери домой. И этот преступник сидел там, возле моей матери и точил ножи. Я его знал, а он меня уже не помнил. Мой отец, даже подумать не мог, что за ним пришли. Как сейчас помнится хруст его позвоночника, когда я его ломал. У меня в сердце не было ни капли сострадания или жалости. Я ничего не чувствовал. Долгие семь лет я делал задания, сложные для клонов, а после штурмовиков. За то и стал в прошлом году подполковником Штурмовиков Смерти. Когда я убивал, я не чувствовал ничего. А сейчас я снова чувствую себя маленьким беспризорником, который что-то разбил. У меня пошла слеза. Как из доброго и веселого ребенка я превратился в жестокого хладнокровного убийцу? Так я и стоял, не имея счета времени. Прошел, наверное, час, и я услышал плеск воды. Я думал, мне показалось, и через три секунды я об этом пожалел. Тип-Ли забрызгала меня водой. — Что стоишь как пень? – весело сказала она. — Да так, думаю. – сказал я, и тоже забрызгал её водой. Я вспомнил, как когда мне было пять лет, мама отправила меня в лагерь на Рилоте. Тогда я встретил две миккианки, с которыми мы всегда были вместе. Тогда, уже в конце смены, мы договорились снова встретиться, чего бы нам это не стоило. Первые недели мы с ними общались, а потом они обе пропали. Пока мы вели себя, как маленькие дети, я увидел, как к нам плывет какой-то катер. И я увидел на нем символ одной из пиратских группировок. — Беги и спрячься, – крикнул я, – там плывет корабль работорговцев. Они недавно взяли мою маму, и я больше о ней ничего не слышал. Прежде, чем я успел выбежать на берег, корабль накрыла огромная волна и он утонул через минуту. Я забыл, что Тип-Ли джедай. — Никогда не выходи из своего состояния хладнокровия и не паникуй. – сказала она мне. Наши взгляды встретились и разошлись. И снова встретились. Я понял, что знаю её уже давно. Как же я сразу её не вспомнил? Еще тогда, в лагере, она любила вызывать волны на море. — Как я и обещал, Тип-Ли. Мы снова встретились. Хотя столько времени прошло, с времени того лагеря. — Жалко, Тип-Лар не дожила до нашей встречи. — Ты не представляешь, как я скучал за тобой. Когда тебя забрали, я думал, что тебя украли, убили. Я знать не знал, что тебя с сестрой забрали в Храм Джедаев. — Однажды я пока гуляла по городу со своим мастером, увидела тебя, как ты шел в республиканскую академию. Я хотела пойти к тебе, поговорить, но мой мастер сказал, что джедаю закрыт путь к прошлым тяготьбам, мечтам. И мы пошли дальше… – последние слова она говорила уже со слезами на глазах. — Но это всё в прошлом, мы снова встретились, Тип-Ли. Всё снова будет хорошо, – сказал я таким же слезным голосом и обнял её, – обещаю, что мы больше с тобой никогда не расстанемся.