Бессмертник. Цветок счастья...

В ту ночь Полина спала сладко, крепко, словно в детстве. И все бы было хорошо, если бы не кошмары. Те самые кошмары, которые преследовали её практически каждую ночь. Она в тёмном лесу. Одна. Полина отлично знала это место. Это был лес, находящийся недалеко от того хутора, где они жили вместе с мамой и Олежкой. Полина бежала в этой кромешной тьме на крик «Мама! Мамочка! Ну где же ты? Помоги мне, мама!». Женщина знала, знала сердцем, что это зовет на помощь её мальчик, её Олежка. Она бежала, бежала вперёд, а в висках стучало только одно: «Успеть! Помочь! Спасти сына! Спасти своего бедного Олежку!» И вдруг женщина увидела, что два силуэта, хрипло смеясь, преградили ей путь. Они были в кожаных куртках, от них несло перегаром и луком. Раскинув руки и напевая какие-то развязные, пошлые песенки, эти два силуэта начали постепенно надвигаться на Полину. И чем ближе они к ней подходили, тем чётче Полина могла рассмотреть их лица. Это были Владимир и Анатолий. Словно бы сговорившись, они пытались окружить Полину плотным кольцом, подходя все ближе и ближе. Женщина пыталась было пятиться назад и вдруг увидела, что… Что стоит на краю ущелья, какой-то скалы. И сделай она хотя бы один шаг назад, то упадет с этой скалы, окажется внизу. А ей нельзя. Она должна спасти своего сына. Спасти своего Олежку. -Ну же, Поленька! Не будь дурой, в конце концов! Ты всегда была умной, послушной девочкой! Иди сюда! Иди! Мы не обидим тебя, нет! Будет любовь! Только любовь!- хибно улыбаясь и обнажая свой золотой зуб, говорил Владимир, протягивая к Полине свои потные, все сплошь в татуировках руки… Их-то Полина в своё время, можно скаазать, что в самый страшный момент своей жизни запомнила отлично… Когда Владимир зажимал ей рот там, в квартире Анны, причиняя Полине как физическую, так и моральную просто-таки неистовую боль… -Нет! Нет! Не надо! Я прошу вас! Заклинаю! Умоляю! Только не это! Не надо! Не надо!- умолялась, рыдая, Полина. – У меня сам сын! Олежка! Мой Олежка! Мне нужно спасти его! Отпустите меня!Пожалуйста!- и, зарыдав ещё сильне, Полина вдруг упала на колени – словно тогда, в больнице, перед Надей и Игорем, когда просила спасения для своего сына и вдруг…. Вдруг послышался шум. Шум, от котрого вздрогнули даже до этого смелые хозяева ситуации Анатолий и Владимир. Внезапно, к ним подбежал... Ганс. За его спиной прятлася Олежка – маленький Олежка, каким Полина помнила сына ещё с раннего его детства. Женщина тут же подбежала к сыну, освободившись наконец от своих обидчиков, обняла его и Олежка прижался к матери всем своим маленьким, худеньким, дрожащим тельцем. Между мужчинами - Владимиром, Анатолием и Гансом - завязлась нешуточная драка. Ганс сцепился с Анатолием и победа была бы точно за ним, ведь Панин никогда не обладал спортивной фигурой и подготовкой, но вдруг к ним сзади подкрался Владимир, сжимающий в руках перочинный, раскладной нож. Он подкрался к Гансу и уже готов был нанести сокрушающий удар ему в спину, как вдруг Полина вскрикнула не своим голосом: -Ганс! Нет! -и вдруг... Проснулась. Темнота, ночь, лес, заплаканный Олежка, Ганс и Анатолий с Владимиром исчезли, а вместе с ними исчез и тот неистовый страх- будто бы и не было его вовсе. Словно прибывающий на конечную станцию поезд – ещё в дороге, но уже дома – сознание постепенно возвращалось к Полине и женщина даже растерла своё лицо, смешно надув щёки и восстанавливая в своей голове, как говорится, цепочку событий. Переезд Олежки в клинику доктора Шольца, прибытие из Киева Бориса и Оли, которые, кстати говоря, очень сильно помогли им с переездом в квартиру Ганса. Полина улыбнулась, вспомнив о гонках в супермаркете, которые устроили Ганс и Борис вместе с Яриком, а также и самого Ярика, который сидел в тележке абсолютно счастливый в целой куче сладостей. Вспомнила Полина также и виноватое лицо Ганса, который с таким искреннним сожалением и сочувствием говорил о том, как же мало Ярославчик видел в своей такой ещё пока недолгой жизни праздника. С губ женщины не сходила светлая улыбка. Она видела то, как Ганс относился к Ярику – было видно, что он полюбил мальчика, словно родного внука. Да и Олега с Надей он до сих пор продолжал поддерживать и был намерен это делать и дальше. Женщина вспомнила, с каким просто-таки непередаваемым трепетом Ганс дарил Олегу и Наде научные книги и... Как их там?.. –нужное слово вылетело у женщины из головы…Точно! Монографии по пластической хирургии в день виписки Олега. Лучисто улыбнувшись, Полина вспомнила, как сияли глаза Олега, её Олежки в тот момент. Господи, да она, Полина в свое время просто-таки жизнь свою была готова отдать за этот огонек в его глазах тогда, когда они с сыном только прибыли в клинику Ганса, когда ещё жизнь Олега, её Олежки буквально висела на волоске. Тогда Полина молилась, день и ночь молилась Богу о том, чтобы Он смиловался над её сыном, спас его и Бог услышал полные боли материнские мольбы – методика доктора Поллока, а также любов Нади, Наденьки творила чудеса. Вдруг телефон Полины пиликнул, вырвав таким образом женщину из пучины её мыслей. От неожиданности Полина вздрогнула, словно бы очнулась, потянулась за телефоном и вдруг увидела на прикроватной тумбочке нежный и утончённый букет фрезий. Женщина удивлённо улыбнулась- это и правда были её любимые цветы. Взяв в руки телефон, Полина увидела сообщение от Нади. Сначала её сердце немного тревожно ёкнуло, но когда женщина открыла сам диалог, то увидела улыбчивые селфи Нади и Олега. На втором фото Надя нежно целовала Олега в щеку, а тот, в свою очередь, улыбался, словно довольный Чеширский кот. Под фотоснимком красовалась подпись: «Всем добрейшего утра! Мы уже позавтракали и готовы, как говорится, к труду и обороне! Ждём вас всех-всех сегодня в гости!» Лицо Полины тут же раслылось в тёплой и просто-таки блаженной улыбке. «Мои родные! Мы скоро будем! Обнимаю вас и целую крепко-крепко!»- написала Полина в ответ, поставив в конце сообщения целую кучу сердечек и целующих смайликов. Затем, снова посмотрела на тумбочку, где стоял тот самый букет, привлекший её внимание сразу после пробуждения. Полина тепло улыбнулась – она уже догадывалась, чьих же это рук было дело. Наверняка, это Ганс постарался. Возле вазы также стояла открытка, которую Полина тут же взяла в руки. За месяцы пребывания в Мюнхене она уже довольно-таки неплохо научилась владеть немецким языком, поэтому-то, собственно говоря, с лёгкостью прочла написанное там. «Я сделаю все, чтобы ты больше никогда не плакала – разве что, только от счастья. Только верь мне. Ты моё чудо! Спасибо за то, что ты есть в моей жизни. Ганс» Полина сначала блаженно улыбнулась, прижав к груди ту самую заветную записку. Но внезапно женщину начали посещать озарения, а если быть точнее, воспоминания событий вчерашнего вечера. Она с Гансом, Сандрой, Борей, Оленькой и уже спящим на то время Яриком приехали на новое временное место их жительства. Чумазый от шоколада Ярик уже сладко спал на тот момент на руках у Ганса, который нёс его от машины к квартире. «Кстати, надо будет первым делом поинтересоваться у Бори с Олей о том, как же чувствует себя Ярославчик на данный момент после такого количества съеденного им сладкого. И, если будет нужно, дать ему какое-то лекарство от желудка!» - заботливо размышляла Полина, как вдруг ещё одно озарение вчерашнего дня настигло её – просторная гостиная, полные нежности глаза Ганса, их губы, которые были так близко друг от друга. Потом его поцелуй – и робкий, и уверенный, и нежный, и трепетный одновременно. То, как у неё закружилась голова и она, Полина также поддалась этому порыву… А потом… Озарение… Вспышки памяти… Пьяный в стельку Анатолий, его цепкие, нетрезвые обьятия… То, как она сначала оттолкнула Ганса первой, а потом и вовсе разрыдалась у него на плече, словно девчонка. «Господи, стыд-то какой!»- лихорадочно думала Полина, присев на край кровати и охватив голову руками. И что же теперь подумает о ней Ганс? Затем, женщина осознала, что последнее, что она вообще запомнила – так это её же слёзы, трепетные объятия Ганса, а также, его тихое, нежное пение – какую-то колыбельную на немецком языке. Но... Но ведь это все было в гостиной. А как же она тогда оказалась здесь, в спальне? И тут по спине Полины мигом пробежали мурашки – значит, получается, это… Ганс? Это Ганс отнёс её сюда, уложил спать, как маленькую, заботливо укрыв одеялом? Боже правый! По щеке Полины потекла слеза. О ней никто никогда ещё так не заботился. Даже мама, которой всегда было некогда. Вдруг Полина улыбнулась сквозь слезы – светло, спокойно – так, словно бы весь мир на миг застыл и было только это мгновение – утро, играющие с занавесной солнечные лучи, букет фрезий и воспоминания о том поцелуе. Вытерев слезы, Полина снова поднесла руку к губам. Так нежно и настолько трепетно её ещё никто и никогда не целовал, а затем… Затем, она посмотрела на часы и женщину словно бы подкинуло током! Девять! А на одиннадцать часов были назначены обследования для Олега, которые были необходимы для завтрашнего консилиума. Ловко соскочив с кровати, женщина накинула на свои фарфорово-хрупкие плечи изящный пеньюар, а затем, направилась в ванную. Выйдя из комнаты в коридор, Полина услышала, что на кухне уже вовсю бурлила жизнь. Оттуда доносились невероятно аппетитные запахи и овощей на пару, и шоколадного печенья, и кофе и многого другого. Доносились голоса и весёлые песенки из какого-то детского мультфильма, которым тут же подпевал мужской баритон – да так старательно, что не нужно было особого музыкального образования для того, чтобы понять – поющий был лишен напрочь как слуха, так и голоса. Также Полина сразу узнала с улыбкой голос поющего – это был Боря Чалый. Затем, пение превратилось в довольное мурлыкание, с которым сливались также едва слышные, подкрадывающиеся шаги. Всю эту вокально-шпионскую идиллию вдруг нарушил шум - словно бы кого-то звонко ударили по руке (впрочем, стоит сказать, что так оно всё и было). Затем, послышался возмущённый голос: -Эээй! Оленька! За что?! -А как ты думал, Боря?! Я уже не раз говорила тебе о том, что кушать сладкое до завтрака, то есть, до первого основного приёма пищи в этом дне – это очень и очень вредно!- важно подняв кверху пальчик, сказала Оленька. -Подверджаю! Это очень вредно! Сначала надо скушать яичницу или омлет! Вот как я! А потом уж кушать сладкое!- послышался звонкий, словнро колокольчик, но в то же время и важный голос Ярика. Он смотрел в планшете какой-то мультфильм и уже уплетал за обе щеки омлет с овощами, заботливо приготовленный тётей Олей. -Воот! – довольно протянула Оля, положив свои ладони Ярику на плечи.- Знаешь, Боря, как у нас в подъезде бабушки говорили всегда? Устами младенца глаголет истина! -Эээй, я не младенец! Я уже большой, я юнга! Так дядя Олег сказал!- важно возмутился мальчик. – Я тогда буду просто Истиной!- добавил он, после чего Борис и Оля засмеялись, а Чалый, в свою очередь, подошёл к мальчику и защекотал его. -Эээй, Истина! Истина наша дорогая, а скажи-ка нам, простым людям, на милость, кто вчера слопал половину кондитерского отдела? Кто вчера чуть было не утонул в фантиках из-под конфет, а?- смешным голосом спросил у Ярика Борис, щекоча и зацеловывая его. -Нууу… Ну, я… И что?- невозмутимо спросил у Чалого Ярик.- И вообще, дядя Боря, я когда-то видео в интернете смотрел, так вот, там говорили, что от жизни надо брать всё! Ну.. Вот я и это... Решил вчера все от жизни и взять!- сконфузившись, ответил мальчик, а Боря с Олей, в свою очередь, переглянулись, тщательно скрывая смех. -Как интересно! И когда же ты это такое видел, а?- с шуточной строгостью, непониманием и удивлением спросил у малыша Борис. -Нуу… Это дядя Петя смотрел такое видео. Громко смотрел. Так громко, что мы с Андрюхой услышали.- пытался выкрутиться Ярик. -Значит так!- на правах ответственной за всю, как говорится, честную компанию решительно хлопнула ладошками по столешне Оля.- Я сейчас поняла… Вот… Вот мне говорили, что я, мол, ребёнок, а вот и нет! Я вот, к примеру, знаю, что и когда можно кушать, а когда нет и вредно! А вы, мужчины, как маленькие дети! Я это ещё раньше по Пете с Андрюшей заметила, а теперь… Теперь и по вам с Яриком! И доктором Поллоком, папой Сандры! Вон как вы вчера на уши весь супермаркет поставили! Я вам обещала, что я вас отчитаю и вот я вас отчитываю! А то вчера я с самолета уж очень уставшая была! Вот так!- выдохнула Оля, сдложив руки на груди. -Да ладно тебе дуться-то, Оленька!- ласково-примирительным тоном сказал Борис, смотря на Олю, свою Оленьку не только с безграничной нежностью, но, вместе с тем, немного со страхом и даже уважением.- Все ведь хорошо! Как говорится, хорошо то, что хорошо кончается! -Хорошо-то хорошо, но Ярика ведь все равно вчера вечером тошнило!- напомнила Оля,а затем, набрала в стакан воды, насыпала туда часть пакетика лекарства для пищеварения, предназначенного именно для детей, немножко перемешала вместимое чайной ложкой и поставила стакан перед Яриком.- Вот, Яричек, выпей! Да-да, это выпить нужно, сладкоежка! Ты же не хочешь, чтобы у тебя снова болел животик, верно?- строго посмотрела Оля на Ярика. Тот, в свою очередь, снова поник и мученичецки поморщился. -Ну, теть Оль, оно ведь такое не вкусное! Ну, просто бее!- застонал Ярик и для пущей убедительности даже показал язык, но Ольгу, кажется, это абсолютно не убедило. А, если быть точнее, совершенно не убедило. -А лекарства никогда и не бывают вкусными! Надо было меньше шоколада лопать!- напомнила Оля Ярику, пододвинув к нему поближе стакан с лекарством.- Давай-давай, Ярик! Пей! И не капризничай! Иначе как я буду твоим маме и па…Дяде Олегу в глаза-то смотреть, что за тобой не уследила, а?- спросила она у Ярика, после чего тот горестно вздохнул и закатил глаза. -Бооженька! Ну за что мне все это, а?- театрально ахнул Ярик, после чего оля ещё более строго посмотрела на Бориса, который, не сдержавшись, прыснул от смеха, но потом его лицо стало также строгим, полостью соглашаясь с тётей Олей (другого выхода у дяди Бори и не было-то, собственно говоря!). К тому же, Борис в какой-то мере чувствовал свою вину за то, что Ярику стало нехорошо после того, как они с доктором Поллоком, как говорится, не уследили. Более того – поощрили этот аттракцион невиданной щедрости и вседозволенности.- Не хочу я и все!- проворчал Ярик, отодвинув свой стакан. После чего Ольга строго посмотрела на племянника и начала свой строгий монолог. -Не хочешь? Разве ты не боец, не юнга, не герой? Вон твой капитан дядя Олег во всем врачей слушается! И не капризничает, не отказывается от лекарств, как вот ты! Даже от болючих уколов и капельниц! И не устраивает протестов, не хнычет! А ты обыкновенный порошочек, чтобы животик не болел, выпить не хочешь! Что это за дело? Разве таких капризуль берут в моряки, а? Если же хочешь бороздить по морям да океанам, надо следить за своим здоровьем! Ага! А как ты думал-то? Эт-то дело очень и очень серьезное! Что дядя Олег скажет, если узнает, что его юнга капризничает, а?- закончила свой очень строгий монолог Оленька, после чего Ярик молча, покорно взял стакан с лекарством и мигом осушил его до дна.- Вот это молодец! Вот это я понимаю!- уже удовлетворенно цокнула язычком Оля, после чего закончивший с лекарством Ярик уже принялся за трапезу.- Животик больше не болит?- заботливо спросила она у Ярика, после чего тот отрицательно помотал головушкой.- Ну вот и славненько! Вот и молодец! А теперь давай-ка быстро доедай завтрак и будем к маме и дяде Олегу собираться! -Ураа! Хорошо!- довольно протянул донельзя счастливый Ярик, для которого словосочетание «собираемся к дяде Олегу» уже было, можно сказать, что настоящим праздником. Да, с дядей Борей и дедушкой Гансом Ярику тоже некогда было скучать, но дядя Олег – это ведь совсем другое дело! Дядя Олег – лучший друг Ярика и он должен, как говорится, с первых рук узнать о том, какие удивительные приключения настигли Ярика вчера. Кстати говоря, это было ещё не все. Сандра обещала на выходных провести для Ярославчика, Бориса и Оли, с которой они уже стали практически лучшими подружками, показать весь Мюнхен и ещё, плюс ко всему, планировали устроить сюрприз Ярику – отвезти его в парк аттракционов, в котором когда-то и она сама, Сандра обожала бывать, когда была возраста Ярика. Именно в тот момент, когда Ярик уже заканчивал с кашей, в кухню вошла только что принявшая душ Полина. На ней был симпатичный халатик, а волосы были замотаны в полотенце. -Всем доброе утро!- браво поздоровалась она с присутствующими. -Доброе утро, Полина Андреевна!- радушно ответил на приветствие женщины Борис, попивая кофе. А Ярик, в свою очередь, сделав несколько глотков молока, прямо с «молочными усиками» на личике, радостно визгнул, легко соскочил со стульчика под добрый смех Бориса и Оленьки,а затем, подбежал к Полине Андреевне и обнял её за талию, уткнувшись личиком в её мягкий живот. Полина, в свою очередь, также рассмеялась, а затем, закружила и расцеловала мальчика. -Доброе утро, котёнок!- ласково сказала Ярику Панина, потрепав мальчика по светленькой шевелюрке.- Ну как у тея дела, м? Как спалось на новом месте? Что снилось? -Хорошо спалось, очень! И снилось, будто бы мы с пап... С дядей Олегом отправились в кругосветное путешествие! С нами ещё были дядюшка Ганс, дядя Петя с Андреем и дядя Боря.- рассказывал мальчик, активно жестикулируя.- Сначала мы плыли к острову, на котором было много-много сокровищ, а потом... -Ваау! И как? Мы нашли сокровища? Мне перепало чего?- по-детски заинтересованно спросил у мальчика Борис. Оля и Полина, в свою очередь, только улыбнулись. Все таки, мужчины в любом возрасте остаются детьми, как бы они ни храбрились и ни хотели казаться смелыми и важными. -Сначала ты, дядя Боря, по карте составлял маршрут, пока мы с дядей Олегом были у штурвала, а потооом.. Потооом…- глазки Ярика начали округляться.- Потом на нас напали пираты! Много-много пиратов! И мы тут же начали от них отбиваться! Вот так! Вот так! И вооот таак!- принялся активно жестикулировать Ярик, после чего Полина и все остальные весело рассмеялись. Ярославчик, словно солнечный лучик, сейчас освещал каждый день настолько сложного для всех них времени. -Ох ты! Как интересно!- ахнул Борис, взъерошив Ярику волосики. -Кстати! А ты, дядя Боря, был за пушкой!- вдруг вспомнил самое главное Ярик. -Кто? Я? – совершенно искренне удивился Чалый.- Но… Но я ведь из пушки стрелять-то не умею! -Ничего, научишься!- махнул Ярик рукой с видом «дело-то пустяковое!»- Если хочешь с нами в плаванье, надо будет научиться! -Так точно, товарищ капитан!- сказал Борис, отмахнувшись от виска.- Если уж команда поступила, буду учиться, никуда не деться! -Да нет же, дядя Боря! Не я капитан, а дядя Олег! А я юнга, помощник капитана!- выпалил Ярик под всеобщий смех, а затем, обратился к Полине, которая как раз налила себе стакан тёплой воды –это был, стоит сказать, её незыблемый ритуал перед завтраком, с которого она начинала каждое свое утро:- Кстати, бабушка Полина! А как ты спала? Что тебе снилось? –заинтересовался Ярик.- Может быть, дедушка Поллок? После вопроса Ярика глаза Полины округлились, а сама женщина, в свою очередь, густо залилась краской и даже поперхнулась, закашлялась. -Кхм… Ярославчик.. А… А с чего ты сделал такой вывод, а?-сгорая от стыда, спросила Полина, видя, как Борис и Оля едва сдерживают смех. Но потом Оленька, в свою очередь, начала прикидывать всевозможные варианты того, как же можно спасти, как говорится, ситуацию, видя, насколько неловко чувствовала себя в тот момент Полина. -Ну.. Ну, просто дедушка Поллок любит Вас, бабушка Полина!- тараторил Ярик, подпрыгивая на одной ножке.- А у нас в детдоме говорили – на новом месте приснись жених невесте! Так он приснился Вам, бабушка Полина? Он ведь тоже Вам нравится, не так ли?- прищурив один глазик, спросил Ярик, после чего Полина рассмеялась. -Да что ты говоришь, Шерлок Холмс?- улыбнулась Полина, хотя за этой улыбкой и весьма задорным тоном она пыталась скрыть замешательство, удивление и даже, можно сказать, в каком-то смысле и стыд.- И с чего ты сделал такой вывод, а? -Ну… Ну просто дедушка Поллок смотрит на Вас так, словно бы хочет защитить ото всего-всего плохого на свете! Так мама и дядя Олег всегда смотрят друг на друга! Это и есть любовь, я знаю!- важно сказал мальчик, после чего донельзя растроганная Полина обняла и расцеловала Ярика. -Ты ж мой славный…- дрожащим голосом сказала она. -Бабушка Полина, ты только не плачь, хорошо?- сказал Ярик, вытирая слезы с лица Полины своими маленькими пальчиками.- Ну не плачь, пожалуйста! А то ты снова заболеть можешь! А тебе нельзя болеть! -И вот в этом я как раз-таки полностью поддерживаю Ярика!- важно вмешалась в разговор Полины и Ярика Оленька.- Полина Андреевна, Вам нужно хорошо кушать и беречь свое здоровье! Вот! Присаживайтесь! Я уже все приготовила! Специально для Вас!- тараторила девушка, поставив перед Паниной тарелку, на которой красовались ветчина, яйцо пашот, зелень и овощи, а затем, поставила ещё стакан сока, а также чашку с зелёным чаем. – Кофе Вам нельзя! Это вот мне доктор Поллок сказал! -Спасибо тебе, Оленька! Спасибо, милая!- донельзя растрогалась такой заботой со стороны этой невероятно светлой и милой девочки Полина.- Но я на самом деле не голодна и…- честно призналась Полина, ведь ей и правда, как говорится, кусок в горло не лез. Все мысли женщины были сейчас о сына, об Олежке и о предстоящем консилиуме, но Оля об этом даже и слышать не хотела. -Нет! Я ничего и знать не хочу! Вот пока тарелки у всех – Оля окинула многозначительным взглядом не только Полину, но и Ярика с Борисом, которые тут же подобрались – не будут идеально чистыми и Полина Андреевна не забудет выпить свои лекарства – поставила Оля перед Полиной пузырёк с теми самыми лекарствами, которые ей назначили после кризиса в клинике Ганса, когда они узнали страшную новость о блокировке счетов – никто никуда из-за стола не выйдет! Я это обещаю! -Придется нам слушаться, Полина Андреевна, ничего не поделаешь!- обречённо и покорно шепнул Борис Полине, едва скрывая улыбку.- От Ольги Александровны ещё никто живым, точнее, голодным не уходил! -Да-да,бабушка Полина! Давайте кушать!- браво сказал мальчик и начал приговаривать, когда Полина начала свою трапезу:- Воот! За дядю Олега, за меня, за маму, за дедушку Поллока, за Сандру, за тётю Олю, за дядю Борю, за Андрюху…- перечислял Ярик и вдруг сконфузился.- Ну, Андрюху Вы пока что не знаете, но я Вас как-нибудь непременно познакомлю! Договорились? -Договорились, счастье моё! Договорились!- засмеялась Полина и крепко обняла Ярика, поцеловав его в макушку. Наверное, впервые за долгое, очень долгое время у каждого из них, не смотря на то, что они находились далеко от дома, как раз-таки и появилось ощущение, что они именно дома. Среди семьи, среди родных людей. Где любят, где всегда обогреют, помогут, поддержат. А что, если не это, самое главное в жизни?..