Бессмертник. Цветок счастья...

Каждый из нас предан... Кем-то или кому-то... Тем временем, сидя в салоне самолёта, Георгий Проклов смотрел на ослепительно белые облака. Мужчина очень хотел, чтобы самолёт как можно скорее совершил посадку и у него, у Георгия наконец-то появилась возможность встертиться с другом, помочь ему, поддержать. С Олегом Горским его связывали даже не товарищецкие, а дружеские отношения практически с ранней юности… С того момента, как Георгий встрял в довольно-таки серьёзную предрягу – прямо посреди улицы вечером на него накинулись двое хулиганов, ударив ножом в живот и забрав затем тепефон и бумажник.. Более того, даже сняли с руки часы, которые выглядели довольно-таки недешёвыми. Был поздний вечер, людей проходило мало, вернее, прохожих практически не было и молодой человек так и умер бы от кровопотери и на одно предательское мгновение уже даже распрощался было с жизнью, как вдруг услышал голос, говорящий, к тому же, на родном языке: «Вы в сознании? Как Вы? Можете говорить? Потерпите, я сейчас вызору Скорую… Потерпите…» Георгий тогда слабо видел лицо парня, который был с ним рядом, держал за холодеющую руку и просил не закрывать глаза… Потом этот же юноша сопроводил его, Георгия в больницу, дождался новостей о ходе операции и даже сдал для него кровь. Георгий никогда не забудет того момента, когда он только очнулся от наркоза и увидел сидящего рядом с ним на кресле того самого улыбчивого паренька с характерной, запоминающейся внешностью, которого он запомнил перед тем, как потерять сознание. Он было задремал, но потом вдруг взрогнул – словно бы что-то почувствовал, открыл глаза, увидел, что пострадавший очнулся, затем, встал с кресла, подошёл к его кровати и сказал: -Ну привет, братишка! Ну как ты? Как чувствуешь себя! Напугал ты меня знатно, скажу я тебе! Будем знакомы! Я Олег! Олег Горский! -Я Го… Гоша…- белыми губами произнёс Георгий, сердце которого в тот момент предательски ёкнуло… Братишка… До этого никто и никогда не называл его так… За всё своё детдомовское детство - матери Георгий не знал никогда, она умерла, вернее, погибла в автокатастрофе вместе с отцом Гоши, когда мальчику было всего пять месяцев, в последствии чего, у Гошиной бабушки не выдержало сердце… Таким образом, маленький Гоша оказался в детском доме.. Воспитатели и другие ребята-детдомовцы заменили мальчику семью… Также, в детдоме Георгий встретил Её… Ту, с кем они сначала были друзьями, словно братом и сестрой, но уж только потом начали понимать, что их обоих связывать не только желание выжить в этом жестоком мире, но и кое-что большее… Мужчина грустно улыбнулся, вспомнив о той, которая застывшей сладкой болью ныла, всё ещё тлея в сердце… Юлька и Олег… Два самых главных человека, два светлых лучика в его жизни – любимая девушка, женщина и лучший друг, фактически кровный брат, ведь у них оказалась одна группа крови и Олег даже сдал кровь для переливания перед операцией Георгию… И если в своё время с Юлией они потеряли связь (это была очень давняя и весьма болезненная история), то с Олегом поддерживали до недавнего времени… И он, Гоша знал всё… Он помнил каждый разговор с Олегом о Надежде – по телефону и в электронных письмах… Он помнил его «Дружище, я, кажется, влюбился», потом нетрезвое «я так хочу помочь ей, но не знаю, чем…», «брат, она сама заботится о маме и особенной сестрёнке…», «Гош, я ходил в больницу к Надиной маме.. Людмила Петровна в тяжёлом состоянии, а её сестрёнка… Это невероятный лучик света..», «Ты скажешь, что я идиот и будешь прав, но.. Я всю ночь просидел у стен Надиной колонии, чувствуя, что был нужен ей именно в тот момент… Я до утра смотрел на кирпичную стену и мне ни грамма не было скучно, представляешь?! Кто я, сели не идиот, скажи мне?!»- Георгий даже запомнил точную дату того письма Олега, ведь это был день, когда сам Проклов получил награду, премию за одну из своих разработок… Сам Георгий также работал в косметической индустрии, разница была только в том, что он разрабатывал не суто косметические, а больше лечебные средства – от ожогов, экзем, шрамов, даже работал над формулой шампуня с эффектом быстрого роста волос, которая не приносила бы вреда организму – это было бы великолепным изобретением для тех, кто потерял волосы во время борьбы с раком… Но это так, лирика, как говорится… Потом было то, самое счастливое письмо: «Гошка, ты представляешь? Я, кажется, женюсь! ЖЕНЮСЬ, брат! Надя – лучшая девушка изо всех, кого я только встречал! Да, я знаю, что Надя не любит меня, то ты только представь! Я буду каждый день просыпаться рядом с ней, обнимать её, вдыхая запах её волос, целовать её, заботиться о ней, видеть её улыбку по утрам! Но самое главное – я больше не буду один, братишка! Я буду нужен – что это, если не счастье?...»- Георгий прокручивал у себя в голове строчки из электронных писем Олега и разговоров с ним. И весь этот поток светлых откровений лучшего друга перечёркивал, разрывал один из последний его звонков… «Дружище, может, в твоей компании найдётся всё же местечко для меня?»- говорил в трубку невнятный, нетрезвый мужской голос, затем слышался шелест книжных страниц и звон стакана, в который только что налили выпивку. В тот момент Георгию сразу же не понравился голос старого друга, по правде говоря, и ему таки удалось вывести Олега на откровенный разговор, из которого узнал, что любимая девушка Олега Надежда разорвала помолвку, что его мать пытались убить и что за всем этим стоит женщина, которай в своё время заботилась об Олеге, как мать… Как его родная мать когда-то сломала жизнь этой женщине (если бы Олег знал все подробности, конечно же, он был размышлял иначе – прим.авт.).. И что и Анна, она эже Анастасия, и его родная мать Полина дороги ему, Олегу одинаково.. Одна в своё время подарила ему жизнь, а вторая в своё время спасла Олега от одиночества и покинутости…. На то время Гоша уже знал, о чём, вернее, о ком же идёт речь… Об Анастасии Стуруа, которую сам Олег очень сильно уважал и был безмерно ей благодарен.. Он всегда с огромной теплотой отзывался о ней, даже познакомил Георгия с Анастасией в весьма сложный для Гоши период в жизни… Георгий тогда искал работу и по протекции Олега и на некоторое время устроился ассистентом к Анастасии, да только вот проникнуться симпатией к этой женщине так и не смог –что-то в ней Георгия одновременно притягивало и отталкивало, восхищало и пугало одновременно.. Гоша пытался, правда пытался проникнуться симпатией к Анастасии, понимал, что должен, по идее, быть благодарен Анастасии за то, что она заботилась в своё время об его близком друге, а ведь Олегу Гоша сочувствовал, стоит сказать, больше, чем самому себе, ведь неизвестно, что же всё-таки хуже – рости сиротой, зная, что твои родители погибли и никогда не смогут поддержать добрым советом, обнять и приласкать, либо же жить с тем фактом, что у тебя есть мать и её одновременно и нет.. Что она живёт где-то, да только вот не с тобой… Маленькая такая заминочка, так сказать – в её жизни тебе нету места.. Да вот проникуться к этой женщине-бульдозеру всё никак не получалось… А всё хорошее представленине об Анастасии испарилось окончательно, когда как-то он, Георгий услышал обрывок разговора Анастасии с одним из друзей, когда на вопрос собеседника, почему же она столько лет так возилась с этим мальчишкой Олежкой, на что она, Анна ответила, что, мол, нашла в Олеге такую же одинокую и потрёпанную душу, как и она сама, и ей хотелось подарить этому не по годам сообразительному и мудрому мальчишке семью. После этой фразы внутри Георгия разлилось тепло и он сразу же почувствовал уважение к этой женщине, поняв Олега, но затем последовала ещё одна фраза, небрежно брошенная Анастасией: «К тому же, милый мой, хорошая прикормка бездомного щенка лишней никогда не бывает. Сегодня он лижет тебе руки в благодарность за спасение, а завтра порвёт на тряпки любого твоего обдчика, стоит тебе только указать пальчиком. Главное просто правильно расставить приоритеты, как говорится!» После той фразы Георгий понял, что его друг стал просто пешкой в руках умелой манипуляторши – и она, стоит сказать, сумела правильно использовать, если можно так сказать о живом – и замечательном – человеке, этц пешку в своей финальной шахматной партии против матери Олега Полины Паниной, легко пожертвовав тем, кто верил ей, Анастасии больше, чем самому себе.. Георгий до сих пор корил себя за это. Почему? Почему он не оказался рядом? Почему не смог спасти, защитить Олега, не смог разгадать и предотвратить план Анны Паниной (она же Анастасия Стуруа) и этой… Надежды Шевченко. Георгий от одного только упоминания её имени заскрипел зубами от злости и раздражения- а именно эти чувства у Георгия вызывало этой сочетание имени и фамилии… Хороша будущая жёнушка, конечно– сначала помогла сломать жизнь Горскому и его матери, а теперь называет себя невестой Олега… Кичится, видите ли, тем, на какие она пошла жертвы ради Олега в то время, когда он помогал ей абсолютно бескорыстно… Стоя уже в здании аэропорта Гоша снова зло скрипнул зубами – в мыслях об этой Шевченко он не только успел выйти из самолёта и войти в здание аэропорта, но и чуть было не пропустил паспортный контроль и только дишь весьма громкий и резкий голос регистраторши с весьма активным немецким акцентом вернул его в реальность. Проклов извинился перед женщиной на немецком и протоянул ей для проверки свои билет и паспорт, куда пограничная служба тут же шлёпнула ему штамп о прибытии на место назначения. Немецкий Проклов, стоит сказал, знал уже достаточно хорошо, ведь кроме основного рода деятельности Георгий также занимался и благотворительностью – вот уже несколько лет он руководил своим собственный благотворительным фондом Helping Hand, дословно переводящийся как «Рука Помощи». И особенность данного фонда, кстати говоря, была в том, что они не ограничивались поддержкой только одного нуждающего слоя населения. Конечно же, основным направлением деятельности фонда была помощь приютам, интернатам, детским домам, домам малютки и поддержка детей сирот вообще – он даже предоставлял стипендии выпускникам детских домов и интернетов для обученяи по всему миру. Но также они помогали и онкобольницам, и детским реабилитационным центрам, где лечились детки с ДЦП и другими врождёнными или же приобретёнными сложными болезнями – в общем всем, кто в этом нуждался. Безгранично доброе сердце Георгия Проклова было готово помочь каждому, да только вот за одно оно безгарнично болело… Георгий очень сильно казнил себя за то, что не смог вовремя помочь близкому другу, фактичекси брату, даже по крови, ведь в тот злосчастный день, ставший для Гоши вторым Днём Рождения, Олег даже сдал для него кровь, когда понадобилось переливание. Поэтому-то, собственно говоря, Гоша и не мог себе простить, что не пришёл на помощь Олегу сразу же, как только случился этот ужас – более того, даже отчасти злился на друга за то, что он так долго не выходил на связь и даже считал, что Олег подвёл его, ведь Горского уже вовсю ждали на работе. И только потом, позвонив в дом Паниных и узнав от какого-то напыщенного и весьма самоуверенного юноши о том, что Олег и Полина вот уже несколько месяцев, как улетели на лечение в Мюнхен, ошалевший Георгий узнал страшную правду о том, какие же обстоятельства на самом деле вынудили Олега не явиться на своё новое место работы и какая же беда его настигла – и не мог, собственно говоря, остаться равнодушным. Сейчас же, уладив все свои дела и закрыв, так сказать, все насущные вопросы, Проклов наконец-то добрался до Мюнхена. Открыв в телефоне сообщение Надежды, присланное с телефона Олега, с геолокацией клиники, в которой сейчас находился Горский, Гоша сначала вызвал такси, а затем, покинув здание аэропорта, шумно вдохнул прохладный, почти что морозный воздух и произнёс: -Всё будет хорошо, Олег… Всё непременно будет хорошо.. Я почти рядом, брат.. Я почти рядом…