1
29 сентября 2018 г., 19:02
Какого это потерять обоих родителей за короткий промежуток времени? Больно. Ужасно больно.
Хоуп Майклсон пришлось почувствовать эту боль, когда ее мать и отец погибли. Погибли, защищая ее. Конечно, родные девушки пытались её поддержать, но она оттолкнула их. Ей не нужны были глубокие пихологические беседы, она хотела отрешиться от реальности.
И вот в один день Хоуп услышала о приюте сестер милосердия, интернате для сложных подростков, в котором девушки и юноши методами полного ограничения свободы вынуждены приучаться к дисциплине. Именно в этом месте она сможет отвлечься от всех своих проблем.
И вот под покровом ночи Майклсон сбежала из Нового Орлеана и направилась в Ривердэйл, мрачный город тайн. Хоуп отлично могла туда вписаться.
Сестры милосердия легко приняли к себе Хоуп, подростка, которому нужна помощь. Ей даже не пришлось использовать магию, которой она, кстати, отлично владела.
Так как было ранее утро, то ей показали её аскетическую комнатушку, а тогда отправили на завтрак.
Во время завтрака Хоуп заметила девушку, которая резко выделялась из общей обстановки приюта. Красивая, юная, стройная. У неё были густые длинные вьющиеся имбирно-рыжие волосы, тёмно-карие глаза и бледная кожа. Ей бы быть гламурной королевой школы, а не торчать в таком месте. Она выглядела такой несчастной, что Хоуп не выдержала и подошла к ней.
— Привет! Тут не занято? — она кивнула на стул, который стоял рядом.
— Нет, — тихо ответила девушка.
Хоуп села рядом с ней.
— Меня зовут Хоуп. Я здесь первый день. А ты?
— Шерил.
Майклсон посмотрела в глаза этой бедной девушки и увидела в них боль, с которой была знакома непонаслышке.
— Ты потеряла кого-то близкого, — проницательно констаторавала она.
— Как ты узнала? — шокировано спросила Шерил.
— Твой взгляд. В нём читается боль. Я сама её пережила, поэтому могу узнать.
На несколько минут воцарилось молчание.
— Мой отец убил моего брата, а потом повесился, — наконец-то призналась Блоссом. — А моя мама начала роман с дядей и отправила меня сюда, чтобы я ей не мешала.
Хоуп накрыла своей ладонью ладонь Шерил.
— Моя мама и папа пожертвовали собой, чтобы я могла жить, — призналась Майклсон.
Обе девушки ощутили облегчения, что смогли поделиться с кем-то своими трагедиями.
— Моя тётя говорит, что девочки должны держаться вместе. Я считаю, что она права. А ты, Шерил?
— Я тоже.
