Five times when you cried

Рид ужасно обрадовался, когда, проснувшись на следующий день, не обнаружил поблизости ни Ричарда, ни его дебильного пиджака. На работу он добрался с опозданием, ожидая увидеть недовольное лицо напарника. Однако место рядом с его рабочим столом пустовало. Оправившись от удивления, детектив решил, что Ричарда сразу могли отправить на вызов и он попросту не успел побывать за своим столом. “Неужели! – наигранно возведя очи к небу, подумал про себя Рид. – В кои-то веки нормальное утро”. Сгоняв за кофе, он лениво развалился в кресле, принимаясь ждать, когда в поле зрения возникнет знакомая фигура и начнёт капать на нервы. Но время близилось к полудню, а тот всё не появлялся. Рид и сам не заметил, как начал кидать на вход в офис быстрые взгляды, выискивая там напарника. Но, сколько бы взглядов к дверям он ни посылал, соседнее место по-прежнему пустовало. Между тем пришло время обеда, и Гэвин, резкими и нервными движениями накидывая куртку, направился на улицу покурить возле департамента. Холодный февральский ветер задувал под одежду, заставляя ежиться и переминаться с ноги на ногу. В конце концов, не выкурив и пяти штук, Рид направился назад. По пути вспомнилось, как он точно так же смолил у здания в день знакомства с напарником. Сейчас, идя по коридору, Рид поймал себя на мысли, что всё повторится: он откроет дверь, войдет в отдел и увидит сидящего за соседним столом андроида. Переступая порог, Гэвин ощутил, как в сердце ёкнуло что-то, похожее на неизвестно откуда возникшую надежду. Но, подойдя поближе, он понял, что Ричарда до сих пор нет. – Капитан, – постучавшись, детектив заглянул к начальнику, – можно на пару слов? – Чего тебе, Гэвин? Только давай быстрее. – Куда запропастилась эта киберлайфовская кукла? Полдня уже отсутствует. – Ах, это, – произнёс капитан таким голосом, будто знал больше мужчины. – Если бы ты не опоздал сегодня, то застал бы своего напарника. – Он что, был здесь? – брови Рида поползли вверх. – Да, Ричард временно отозван от дел. Сегодня с утра он лично сообщил, что решил вернуться в "Киберлайф" на неопределённый срок. Гэвин застыл на месте, ощущая нахлынувшее негодование. Он благодарно кивнул капитану, возвращаясь и кидая бешеный взгляд на стол напарника. Почему он узнаёт это от капитана? Почему жестянчатый уёбок не сказал ему сам? Эти мысли гневно пульсировали в голове мужчины, однако тот быстро спохватился. “А, вообще, с хуя ли я жалуюсь? Я, наконец, хоть на какое-то время свободен”, – одёрнул себя Рид. Он с удовольствием вернулся на кресло, разваливаясь на нём в вальяжной позе. Для полной картины не хватало лишь ног, закинутых на стол. Джеффри не соврал – весь день Рид провёл в одиночестве: он мог отходить за кофе или курить сколько душе угодно, мог спокойно отлынивать от дел, не ловя на себе недовольный взгляд искусственных глаз. Впервые на душе было так легко и спокойно. Когда рабочее время подошло к концу, он вышел на улицу, вдыхая полной грудью – вот он вкус свободы. На следующий день Гэвин зашел в отдел с опаской. Но, не увидев там ненавистной физиономии, окончательно расслабился. Несколько последующих суток прошли всё на том же подъеме. Детектив ликовал, желая пластмассовому уёбку навечно застрять в своём “Киберлайф”. Однако спустя ещё какое-то время Рид впервые испытал странное чувство, как будто ему чего-то не хватает. Мужчина тут же спохватился, пытаясь вытеснить это ощущение, но то лишь разрасталось. Оно проявлялось внезапно, помимо воли. Взгляд теперь подолгу задерживался на пустующем столе андроида, что до одури бесило самого Гэвина. Затем к этой мелочи прибавились и другие, более серьёзные вещи. Вместе с ними росла и непонятно откуда возникшая тоска. Она заставляла всё чаще ощущать себя странно в те моменты, когда Рид старался позвать питомца по имени, замечая при этом, как ёкает сердце; когда покупал дерьмовый кофе, тут же вспоминая вкус напитка, сваренного напарником, и с досадой хлебал мутную жижу; когда добирался до работы в холодном автобусе или на такси, воскрешая в памяти прошлые дни – тогда RK900 подвозил его до здания департамента. На работе было не легче – глаза мозолила пустота, повисшая теперь на месте этой долбаной фигуры. Риду как будто недоставало глупого пиджака с белыми буквами "RK900", чёрной плотно прилегающей к горлу водолазки, а ещё цепкого взгляда и невозмутимого, постного ебала. Спустя ещё неделю этой нервотрёпки Гэвин нехотя признал – отсутствие Ричарда раздражает ничуть не меньше, чем сам напарник. Он проклинал себя за глупость, за то, что не может отпустить тупого пластикового ублюдка, проклинал его, съебавшего без всяких объяснений. Всё это разъедало изнутри, и Рид впервые за долгое время с головой окунулся в работу – копаясь в бумагах, нагружая себя расследованиями и ночными сменами, допрашивая свидетелей и подозреваемых, мужчина на время притуплял всепоглощающую пустоту. Выехав на очередной вызов, Гэвин с отсутствующим видом пялился на закатное небо и город, мелькавший за окном, пока машина несла его к месту преступления. Выйдя из авто, Рид подошёл к оцепленной территории. Детектив Коллинз и ещё несколько офицеров уже ждали его на месте. Гэвин оценил обстановку быстрым взглядом: крыльцо одноэтажного заброшенного коттеджа, залитое кровавыми пятнами; алая полоса, тянущаяся от ступенек до заросшего газона; и обезглавленный труп женщины, лежащий на этом самом газоне – на первый взгляд ничего необычного. Рид подошёл поближе к телу, присаживаясь на корточки. В нос ударил блевотный запах мертвечины, но Рид и бровью не повёл - за годы службы он лазил в такие смрадные места, что этот запах казался парфюмом. Из одежды на убитой было только нижнее бельё. На теле же не наблюдалось серьёзных увечий. Исключением были синяки: они отчётливо проступали на босых ногах, опоясывая щиколотки жертвы. Такие же следы оказались и на шее, точнее на том обрубке, который от неё остался. – Вы нашли её вторую половинку? – усмехнувшись, спросил Рид. Стоящий рядом офицер уставился на него непонимающим взглядом. – Голова её, блядь, где? – закатил глаза Гэвин. – Она бы очень помогла установить причину смерти. Возможно, тело обезглавили после асфиксии. Помогла бы любая мелочь: изменение цвета лица, вывалившийся язык, выпученные глаза. Офицер покачал головой, а детектив, понимая, что, вообще-то, начать нужно было с этого, наморщив лоб, добавил: – Ладно, бездари, что вообще известно? – Все бумаги у нашего стажёра, и протокол осмотра трупа тоже на нём. Вот тот молодой человек, – офицер махнул кистью руки, указывая нужное направление. Рид кивнул, подходя к согнувшемуся над землёй пареньку. Когда он оказался чуть ближе, услышал, как того корёжит в рвотных спазмах. “Походу, он совсем зелёный”, – покачал головой Рид, смотря, как того поласкает от вида “всадницы без головы”. – Эй ты, поднимай свою задницу и прекращай блевать, – тряся его за плечо, бросил Рид. – Это мешает ходу расследования. Стажёр ненадолго замер, стараясь подавить приступы рвоты, а затем медленно разогнулся. Когда он выпрямился в полный рост и повернулся к Гэвину лицом, детектив вздрогнул - парень оказался очень рослым и был чуть ли ни на голову выше Рида. Этот самый рост, а также голубая радужка внимательно смотрящих на мужчину глаз и уложенные каштановые волосы сразу напомнили о Ричарде. Губы Гэвина сжались в тонкую полоску – ему тут же стало некомфортно рядом с этим мальцом. Он вновь взглянул на стажёра: тот до сих пор боролся с комом в горле. Рид тяжело вздохнул и полез в карман, вытаскивая из него полупустую пачку и зажигалку. – Куришь? – спросил он у парня, получая короткий кивок в ответ. А затем протянул ему одну сигарету. – Держи, салага. Может, это хоть как-то перебьёт твою тошноту. Парень с благодарностью глянул на мужчину и принял сигарету из его рук. Гэвин, в свою очередь, забрал у него материалы дела, принимаясь изучать отчёт. Пробежав по первым строчкам, он нахмурился ещё сильнее, смотря на парня как на долбаёба: – Тебя вообще учили заполнять документы? – он вновь получил неуверенный кивок в ответ. – Тогда какого хуя всё заполнено через жопу? – поймал на себе испуганный взгляд. – Ладно, сделай лицо попроще и пиздуй сюда. Я только раз объясню, как это делается, а потом ты всё исправишь. Ясно? Детектив отвёл стажёра в сторону, тыкая пальцем в коряво исписанный листок и объясняя каждую малейшую ошибку. Закончив импровизированную лекцию, он всучил протокол обратно в руки стажёру: – И где вас только набирают? Нихуя не можете, – подвёл итог Гэвин. Сейчас совершенно не ебало, что в академии он сам был ещё большим распиздяем –новичку этого знать необязательно. Тот с долей восхищения посмотрел на мужчину и, не уставая сыпать словами благодарности, с придыханием отметил, что Гэвин отличный специалист и человек. Гэвин только отмахнулся. Он ещё раз взглянул на стажёра, тяжело вздыхая – определённо в том было что-то от его ведра с гайками. "Я что, блядь, в каждом голубоглазом шатене буду теперь видеть эту мразь?" – закатив глаза, бросил детектив. Прошла ещё неделя без Ричарда. Мужчина совсем отчаялся. Пару дней назад он оставил все надежды, сдаваясь и решая плыть по течению. С тех пор все будни протекали примерно одинаково. Каждые следующие сутки мало чем отличались от предыдущих, превращая жизнь в сплошной день сурка. Каждый раз Рид нехотя вставал и шёл на работу, ёжась от холода в автобусе. Придя на место, он погружался в дела, изредка курил или пил осточертевший кофе. Каждый раз, отсиживаясь до вечера, ожидал конца рабочей смены, глаза то и дело устремлялись на электронное табло в ожидании восьми часов. Наконец, приметив на циферблате привычное “8pm”, он поднимался и шёл домой. Гэвин и сам не заметил, как стал зависим от этой цифры. Она позволяла покинуть место, расположенное рядом с пустым столом, который беспрестанно напоминал о злоебучей машине. Наступила последняя неделя зимы, но для мужчины это мало что меняло: в который раз он вяло поднялся и сел на своей постели, затем опрыснул водой сонное лицо и, покормив кота – единственную свою отдушину – натягивая шмотки, покинул квартиру. Выйдя на улицу, Рид осознал, как сильно устал от ежедневной тряски в общественном транспорте, и потянулся к смартфону, вызывая такси. Подъехав к департаменту, он с раздражением понял, что курево осталось дома, но тут же смирился, махнув на всё рукой. Какая ему вообще разница? Без малейшего энтузиазма дотопал до отдела, толкая от себя стеклянную дверь, поднял голову на коллег, готовясь буркнуть слова приветствия. Но всё оборвалось, застревая в горле – в конце помещения он увидел знакомый силуэт. Первой реакцией был страх. Риду показалось, что он повредился рассудком. Детектив похлопал себя по щекам, потёр глаза, но знакомый бело-чёрный пиджак всё ещё мелькал перед глазами. Гэвин ненадолго замер, а затем, почувствовав биение сердца, резко кинулся к напарнику. – Здоров, мудень жестянчатый! А я так надеялся, что тебя на детали пустили! – не в силах скрыть радость бросил он, подбегая к тому со спины и хватая за плечо. Андроид под его прикосновением повернулся, тут же вызывая в Риде нервную дрожь. Ричард посмотрел на него безразличным неживым взглядом, спрашивая: – Простите, вы кто?