Notre Voyage

      — Ну вот, выглядит не так уж и плохо, — довольно отряхивая руки сказала Лена, медленно отходя от открытого багажника. В нём достаточно уютно расположился тот самый плед, подаренный мамой, свёрнутая одежда стала подобием подушек, а рюкзаки расположились с краю. Задние сидения были сложены пополам и отодвинуты, что давало ещё больше места для того, чтобы ворочаться во сне. В целом, ничего такое даже жильё на какое-то время. Вдруг девушка вспомнила, про те самые бутерброды которые она сделала дома и взяла с собой. Кто бы мог подумать, что они так сильно пригодятся им в дороге.       — Вы голодны? — спросила Окстон тянувшись к рюкзаку, — у меня есть с собой бутерброды, прожить до утра думаю хватит. Она лёгким движением расстегнула молнию рюкзака и достала их лёгкий перекус, который благодаря фольге и соседству с термосом, даже был тёплым. Следом она достала сам термос и поставила рядом. Она закрыла сумку и вернула в прежнее положение, но взгляд её упал на знакомую белую коробочку, лежащую в боковом кармане. С секунду она стояла в лёгком ступоре, её вновь поглотили воспоминания и перед глазами начали всплывать картинки с обнажённой фигурой своей возлюбленной. Лена укротила свою пошлую фантазию и вновь вернулась на землю. Она села на край багажника и положила пакет с едой себе на колени.       — Да, думаю от бутербродов то сейчас я бы точно не отказалась, — Амели села рядом, — нужно заесть стресс, — лёгкий смешок. Лена расплылась в тёплой улыбке. Казалось, что вот именно сейчас начинает стирается грань их рабочих отношений. Создавалось чувство, будто они знакомы уже долгий промежуток времени. Может, это чувствовала только Лена, но думать она об этом не хотела. Просто наслаждалась моментами вместе. Она открыла пакет, достала оттуда один сверкающий свёрток и протянула его своей спутнице.       — Спасибо, — Лакруа едва заметно подмигнула. Она взяла в руки небольшой кулёк, развернула его, и с большим удовольствием сделала первый и долгожданный укус. Из её уст издался лёгкий довольный стон. Лена слегка смутилась.       — Приятного аппетита, — чтобы скрыть своё лёгкое смущение сказала Окстон и тоже приступила к перекусу.       — Приятного аппетита, — всё ещё немного жуя ответила соседка, — очень вкусные бутерброды, Лена, спасибо, то что нужно. Что-то в груди маленькой девочки защемило вновь. То, как её только что мягко назвали по имени, навсегда отпечатается где-то под сердцем, и гулом будет отзываться ещё не один день. Она засмущалась с новой силой, на щеке вновь выступила ямочка, а улыбка предательски не сходила с лица.

~~~

Вскоре все бутерброды были съедены, а большая часть чая была выпита. Девушки разулись, сняли с себя часть мешающей одежды и закрывшись в машине, мирно беседовали.       — И всё-таки, почему Overwatch распались? У вас же было всё нормально, разве нет?       — Если честно, — начала Лена, — никто толком и не знает. Все говорили про какую-то утечку, про какой-то Blackwatch и прочее, как-то вот так и вышло, — пожав плечами сказала Окстон, — никто ничего не подозревал, а потом все акции перешли в другую компанию.       — Оу, — выдохнула Лакруа, — печально.       — Это да. Весь состав сразу разбежался, будто и не как родные были друг другу. Это вот только я, Уинстон, Райнхардт и Торбьорн сюда перешли, что с остальными — понятия не имею.       — Я наблюдала за тобой какое-то время, — внезапно начала Амели. В груди Лены что-то затрепетало. Наблюдала? За ней? Сильное удивление сжало всё внутри. В лёгких резко кончился воздух, под сердцем возник вакуум, рёбра заболели.       — И как я Вам? — наконец смогла выпалить взволнованная девушка.       — Неплохо, очень даже неплохо, — расплылась в хищной улыбке её собеседница. Она слегка прищурила глаза, что явно оказало на Лену сильное давление.       — Ты была самой юной из старшего состава Overwatch, не обратить на тебя внимание было очень сложно, — уже более привычно продолжила Лакруа, — мне много кто рассказывал про тебя, твои таланты как сборщика и про тот самый случай со «Супервспышкой». Ты явно приковала моё внимание к себе, ma chériе Ха-ха-ха-ха-ха. Помогите. Женщина, по которой Лена в тайне пускала слюни, сейчас говорит о том, что следила за ней ещё до их знакомства. Что происходит? Они всё-таки погибли когда у них сдулось колесо и сейчас она в раю?       — Я...А…С-спасибо? — только и смогла произнести вспотевшая Окстон.       — Ох, ну ладно, — вновь сменила тему Амели, — уже достаточно поздно, пора спать, завтра нам нужно выбираться от сюда.       — А, да-да, хорошо, я тоже уже об этом думала, — Лена привстала и начала выбираться из салона чтобы пересесть на переднее сидение и не смущать Босса своим столь близким присутствием во время сна.       — Будешь спать отдельно?       — Ну, да, конечно, не хочу как-то мешать Вам, посплю на переднем сидении.       — Ладно, тогда, спокойной ночи, — Амели подняла руку и ухватившись за резинку, распустила свои потрясающие длинные волосы цвета ночного неба. Они каскадом упали на плечи и спину статной женщины. Лена выбралась из машины. На секунду она задержала свой взгляд на шикарной шевелюре своей спутницы. Казалось, что если долго всматриваться в них, можно просто захлебнуться этой бесконечностью. Они словно бескрайний космос, поглощают, затягивают тебя в свою пучину. Даже представить страшно, сколько сил, денег и времени нужно для ухода за такой прелестью.       — Спокойной ночи, — Лена тихо закрыла дверь багажника и направилась к передним сидениям. На улице было довольно прохладно. Лена вновь села на своё место спереди. Она потянула рычажок справа от сидения и надавив на спинку кресла, чуть откинула его назад. Сложив руки на груди и более менее удобно расположившись, она попыталась уснуть. Но, как нетрудно догадаться, уснуть у неё не вышло. Было очень неудобно: конечности всё время затекали и мешали сами себе, становилось прохладно и спать было всё более невозможно. Окстон открыла глаза, вернула кресло в прежнее положение и решила пристроиться в багажнике, как бы морально тяжело это не было. Она оглянулась назад, убедилась в том, что Амели уже тихо посапывает, решила перебраться к ней. Лена облокотилась двумя руками на передние сидения, и тихонечко, как мышка, перебралась в заднюю часть машины. Шалость удалась, Лакруа так же спала. Отлично. Но, вот загвоздка: весь плед был занят. Что ж, ладно, спать лёжа всё же лучше, думаю, Лене и так будет жарко и без покрывала, учитывая, что рядом спала её любовь. Девушка легла на бок, повернувшись спиной к своей соседке. Она максимально сгруппировалась чтобы было хоть чуток теплее. Чёртова холодная осень.       — Замёрзла? — внезапно раздался голос сзади.       — Простите, что разбудила, всё в порядке.       — Держи, — Амели перекинула через плечо ранее подмятый под неё кусок пледа. Но, как назло, кусок этот был чертовски маленьким, так что Лена была вынуждена пододвинуться ближе. Очень. Но, чтобы было не так всё плохо, девушки продолжали лежать спина к спине. Трейсер начинал окутывать сон. Было тепло, уютно, рядом лежал любимый человек, чувство защищённости зашкаливало. Часть пледа успела пропахнуть дорогими духами, что ещё больше дурманили Лену. Но, сон сняло как рукой, когда уже спящая Амели решила лечь на другой бок. Она медленно переместилась на другую сторону не прерывая свой сон, но этот плед был настолько маленьким и расстояние между девушками было настолько мало, что Окстон чувствовала обжигающее дыхание на своей шее. О Боги… Не хотел бы я оказаться в такой ситуации. Лену вновь накрыло, как тогда днём: узел из органов снова затянулся внизу живота, дыхание сбилось, а сердце делало кульбит за кульбитом. Вдруг ей пришла гениальная, но при этом и безумная идея. Очки. Те самые очки. Не пришло ли время использовать их по прямому назначению? Пришло. Темно, Амели спит, так что всё должно было пройти гладко. Окстон протянула руку и достала заветную коробочку. Вот они и снова встретились. Она ловко достала аксессуар и надела его, словно делала это уже много раз. Нажав кнопку на дужке, перед глазами всплыла знакомая надпись. Назад пути нет. И не нужно. Лена делает рывок, и вот она уже лежит вплотную к Амели. Лицом к лицу. К такому красивому лицу. И вновь очки работают исправно и Окстон видит нагое тело своей возлюбленной. Сейчас то у неё явно больше времени, чтобы рассмотреть его красоту. Ближе чем они сейчас, думаю, никто и никогда не был. Ну, кроме мужа, конечно. Она вновь скользит глазами по фигуре, но в этот раз ей ничего не мешает наслаждаться рельефными видами. Она внимательно рассматривала каждый прекрасный сантиметр тела напротив. Казалось, что кожа с голубоватым оттенком и родинки по всему телу превращались в ночное небо. Лена считала маленькие звёздочки, составляла созвездия, запоминала их расположение. Запоминала, мысленно фотографировала на полароид и откладывала фотокарточки в свой маленький ящичек с воспоминаниями. Лена рассматривала столь спокойное лицо Амели. Рассматривала тонкие тёмные брови, пышные ресницы, пухлые, слегка фиолетовые губы, которые так и манили бедную девушку. Но нет, это уже слишком. Нельзя воспользоваться случаем и беспомощностью своего Босса, чтобы угомонить свою влюблённую натуру. Она вкушала столь запретный плод, надеясь, что её никто не увидит и ничего не узнает, так что целоваться было слишком рискованно. Окстон не может устоять, но и поддаться соблазну нельзя. Но, чёрт бы побрал, контролировать себя невыносимо сложно. Лена почти насквозь прокусила свою нижнюю губу. Уж слишком манил её этот сочный вид. Из-за блеска они едва переливались, что только добавляло +99 баллов к их привлекательности. Ну, с одной стороны, даже если её убьют, она умрёт счастливой. Другой такой возможности не будет, так что. Лена достала свою смелость из штанов и собрала её в кучку. Целовать сразу в губы уж чересчур опасно, так она решила сначала проверить насколько крепко спит Лакруа. Окстон медленно подала корпус вперёд и нежно коснулась своими устами лба Амели. Неплохое начало. Она нехотя отодвинулась и посмотрела на реакцию. Которой, к великому счастью, не было. Девушка всё так же спала. Отлично. Стало чуть спокойнее. Лена опустила взгляд чуть ниже лица. Грудь. Терять всё равно было нечего, так что она протянула руку вперёд и едва, самыми кончиками пальцев коснулась бюста посапывающей женщины. Но, точно. Всё что видела Лена лишь технология, на самом деле всё было совсем по другому. Лена ощутила лишь мягкую ткань блузки. Всё, что было перед глазами, — лишь иллюзия, созданная очками. Лишь Змей-Искуситель, подталкивающий на грех. На секунду Окстон ушла в себя, задумалась о том, что вообще происходит и что она делает. Мгновение спустя, Лена вновь подалась вперёд и накрыла губы Амели своими. Смущения не осталось. Осталось только желание. Невыносимое желание пролежать так вечность. Но ещё мгновение спустя, девушка отстранилась и развернулась. Буря эмоций охватила душу и сердце девчушки. Мысли хаотично всплывали в голове. Сомнение, радость, возбуждение, стыд, всё перемешалось. Сердце билось неимоверно быстро. Но оно вовсе перестало биться, когда Окстон почувствовала тёплую ладонь, что легла на её бёдра.