Скорая помощь

«Боль в горле мужчина 56 лет».        И что это за вызов такой, по скорой, боль в горле, бред какой то! Нормальному человеку в голову не придет вызвать скорую с ангиной, а идут себе в поликлинику к терапевту/лору, а далее: полоскания, антибиотики и все проходит. Многие даже больничный лист не берут и на работу ходят с горлом то! Ой, чето как то, подозрительно аж жуть, относительно этого вызова. Вот чую, что там жопа!       Но ехать нужно, а не рассусоливать анализируя. На месте разберусь.       Приезжаю, заранее беру из машины ЭКГшник, сумку-укладку и поднимаюсь на этаж.       Квартира как квартира, ничего особенного. В комнате лежит мужик очень интеллигентного вида, не старый. Собираю анамнез, а он мне: - Лечу горло уже неделю и вообще не легче, участковый врач прописала антибиотики, их проколол, но без толку. Смотрю горло, а там ничего…Абсолютно здоровое горло, ни красноты ни налетов, ничего нет, а болит! Давление – его норма.       Тут я встала в позу над мужиком, руки в боки и нависла фонарным столбом и так серьезно вопрошаю: - Покажите где и как болит – сама стою и раздуваю ноздри в глубокой думе. - Вот здесь – показывает ладонью на верхнюю часть грудной клетки. - Болит, так знаете…постоянно, как будто, давит и жжет – и смотрит на меня в непонимании, мол, приехала дура какая-то тупые вопросы задает. «Ёбаный врод, Тамара тебе везет сегодня, как утопленнику!» И быстро нацепила на него электроды ЭКГшника, снимаю затая дыхание и вуаля! Сегменты S-T "кошачьей спинкой» почти во всех отведениях, ощерились на меня с пленки, подтверждая опасения! - Ну что у меня там? – спрашивает мужик. - У вас инфаркт миокарда – говорю честно, не утаивая, хватит с него. Итак «горлышко» неделю лечил. Пациент имеет право знать правду. Вот я и рубанула с плеча.       Сама представила живописную перспективу транспортировки в сосудистый центр первого порядка, за 80 верст от нашего города. Тяжко вздохнула.       Лежит он на узком диване, в комнате тусклая лампочка ильича, порывается встать, я на него рычу, чтоб лежал не шевелился. Даю разжевать половинку аспирина, выпить клопидогрель.       - Сейчас легче аж стало – сказал мужчина, а меня насторожила его интонация. Так говорят, когда прощаются с жизнью.       Кое как сгорбилась ставить периферический катетер, нифига не вижу, наощупь – поставила, Ура…и, рановато обрадовалась. Вскрик, и эта же рука взметает вверх, в миллиметре от моего лица. Окатывает меня теплой струйкой крови и катетер, под ее напором вылетает из вены.       Быстрый взгляд на мужчину. Остекленевшие глаза, хрипит, цвет лица землистого оттенка, граничащий с синюшным. Прекардиальный удар и непрямой массаж сердца с отсчетом 1...2….3….и тд...       Роторасширитель, языкодержатель и воздуховод во рту.Накидываю ему на ротовую полость одноразовую маску и максимальный вдох изо рта в рот, брезгливость тут не работает.        Достаю телефон из жилета и вызываю на себя бригаду. - Да заводись ты! – остервенело вскрикнула я, меняя очередность прессинга на грудную клетку и вдоха. В голове речитативом проносится мысль 30к2, 30к2, 30к2 и так до бесконечности, стараюсь поддерживать ритм сотни нажатий на грудину. Чувство времени растворилось в моем сознании, казалось часы стоят на месте, а я нахожусь в другом измерении. «Бляааа! Я сейчас рядом лягу, ппц, как тяжело». Пот уже струится под рубашкой темно-синего цвета, я задыхаюсь, как от марафонского бега, хоть и не курю!       На всякий случай, вколола адреналину прямо под язык, скинула с себя скоропомощной жилет, ибо жара невыносимая! - Мужик, заводись, пожалуйста!!! – бормотала я вслух. Проверила пульсацию сонной, но воз и ныне там, а ребра 56 летнего мужчины нормальной комплекции, затрещали у меня под руками.       Канули полчаса, что то быстро. Зрачок стал широким. Поползла мраморность сначала на шее, потом по лицу. Все! Время смерти такое то и такое. Я дышу загнанной лошадью, пахну, наверно, так же. Рубашка на мне насквозь – хоть выжимай, по лицу пот льётся, застилая глаза, и попадая соленой влагой в ноздри и рот.       Смерть в присутствии, прекрасно! Уже представила, как главная свиноматка потирает свои пухлые ручонки. Присела. Стоять сил нет, никак не отдышусь, голова кружится. Да я бы и на пол не прочь лечь.       И вдруг из кухни выходит сухонькая маленькая седая старушенция. Она, оказывается, там все время находилась, а я не заметила. - Володя, как ты? – подходит по стеночке, взгляд фиксирован в одну точку – слепая - догадалась я. «О боже ты мой, не спасла мужика, еще и оставила одну его слепую мать». Сердце ёкнуло, в горле застыл ком, глаза увлажнились. Тамара – ты лошара из всех лошар и нет тебе прощения!       Входит в квартиру другая доктор с дефибриллятором в руке. Увидела меня, поняла, что поздно. Я ей головой показываю на маленькую бабушку: - Я больше не могу, возьми её на себя – устало опустила голову ниже плеч. Пока врач Катя проводила психологическую беседу со старенькой матерью лишившейся сына, я собрала свои вещи, надела жилет и куртку.       Предстояла длительная и скрупулезная процедура описания в карте вызова "смерти в присутствии" и протокола реанимации. По прибытии на станцию. «Ебать - я лох!»-мелькнуло в голове, а сама улыбнулась и завалилась к Витальевне в кабинет, рассказать о вызове и выклянчить протокол реанимации.       Татьяна Витальевна сидела за своим угловым компьютерным столом, в очках «кошачьи глазки», а я шумно, чуть, не с ноги открыв дверь, ввалилась к ней и упала на мягкий кожаный диван.       Она развернулась на крутящемся стуле и взглянула на меня, всю в "мыле" и с зигзагом брызг крови на жилете, вопросительно, поверх очков. «А в очках она еще красивей, ей так идут забранные заколкой на затылке волосы с несколькими прядями сбоку лица…» «Ни о том думаешь!» -одернула я себя под ее строгим вопросительным взглядом. - Кого уморила то? – спросила Витальевна первая, тихим голосом. Я поведала ей свои действия на вызове. Она мне сказала, как грамотней написать протокол и смоталась на вызов. За этот вечер я трижды переписывала протокол и дважды карту, чтоб комар и носа не подточил.       С утра, после пятиминутки, позвонила в судебный морг, хотела напроситься на вскрытие, но меня туда не пустили.       На вскрытии «Молниеносный отек легкого» из-за этого и пленка плохая и клиника как при ТЭЛа*. В общем, без вариантов.       Полечил мужик горло в течении недели и умер у меня на руках. *ТЭЛА-тромбоэмболия легочной артерии.