а в ее глазах пламя

Тсунаеши определенно что-то не понимала в этой жизни. Определенно. Как иначе обьяснить то, что сейчас, стоя перед зеркалом, она видит перед собой четырнадцатилетнюю девочку с длинными темно-зелеными кудрявыми волосами. Вместо тридцатилетней блондинки с каре. Блять. Б л я т ь. Тсунаеши бы подумала, что набухалась и это все иллюзии Мукуро, но вот проблема, они уже давно на нее не действуют. — Изуку-чан, просыпайся, не то в школу опоздаешь! Вот это дежавю нахуй. Это было настолько неожиданно, что у Тсуны заболела голова. Она схватилась за голову и медленно сползла на пол. Ее сил хватило только на то, чтобы прокричать матери (?) о своем плохом самочувствии. И благополучно свалиться в обморок. *** «Я в пизде,» — думала Тсунаеши, и пялилась в потолок своей (?) комнаты. Как получилось, что босс королевской мафиозной семьи, прошедший огонь (в прямом смысле этого слова), трущобы, всю грязь мафии и мира в целом, оказался в мире с блядскими героями, не знал даже сам Кавахира (в любом случае Тсуна на это надеялась, иначе этому шаману пришел бы пиздец, она бы об этом позаботилась) Ну в самом деле, одной жизни в мафии ей хватило вперед лет на сто. Саваде определенно задолжали разговор на небесах (ирония, ирония). «Хотя, — размышляла Тсунаеши, — учитывая все мои грехи при жизни, в рай я бы точно не попала… Вот интересно, что хуже, жить в мире без своей семьи или все же гореть в аду? А, точно, хуже всего жить в мире с героями.» Кто, блять, это придумал вообще??? В памяти девочки такой информации не было. А жаль. Да, Тсуне вернулась вся память Изуку Мидории, так звали бывшую владелицу ее нового тела и теперь уже ее саму. Как поняла сама Савада, девочка была в большой депрессии из-за отсутствия причуды, точнее из-за травли от отсутствия причуды. И в один момент ее дух был настолько слаб, что ее душа просто рассыпалась, а на ее место пришла только что умершая Тсунаеши. На этом моменте Савада поморщилась. О да, она умерла. Сгорела. Мысли о том, что где-то там, в другом мире осталась ее семья, отдавались тупой болью в сердце. У Неба должны быть Хранители и само Небо должно хранить. Но та Тсуна умерла, все связи оборвались. И вместо семи огоньков, в ее груди тлеет только один. Свой собственный. Тсунаеши усмехнулась. Надежда умирает последней. Савада Тсунаеши, теперь уже Мидория Изуку, не привыкла сдаваться. Она выживет в этом мире причуд без нее. Она поставит на колени местных мафиози. Она защитит свою мать. И найдет выход в свой мир. Обязательно. И никакие герои, злодеи и прочая шушера ей не помешает. В конце концов, Донна Вонгола она или где?