Я не виноват

      Было шесть вечера, а Малфой всё никак не приходил. Каждые пять минут девушка проверяла свои карманные часы, которые лежали у неё в сумочке. Поняв, что никто не придёт, она пошла готовиться к балу. Когда она только сдвинулась с места, Драко взял и появился буквально из ниоткуда. Выругавшись, шатенка толкнула его в грудь и пошла дальше, не обращая на него внимания.       Уже пребывая в комнате, гриффиндорка смогла расслабиться и собраться. Помимо неё здесь была только Джинни, которая, напевая песню, делала себе причёску. Сейчас это больше напоминало гнездо, но в итоге получилось очень неплохо. Рыжие локоны аккуратно лежали на плечиках девушки. Посмотрев на себя в зеркало, Уизли заметила, что за ней всё это время наблюдала Гермиона, которая очень увлеклась процессом.  — Чего застыла, Герм? — спросила она, потирая переносицу. — Давай я тебе причёску сделаю?  — А, что? — шатенка помотала головой в разные стороны. — Я же говорила: пучок сделаю и всё.  — Нет уж, садись, — Джинни буквально силой заставила её сесть и принялась за волосы.       Гермиона просидела так минут тридцать, а то и больше. Она не любила как-то запариваться насчёт причёсок, но её подруга считала иначе. Доделав всё, девушка повернула зеркало к гриффиндорке и показала своё творение. Сейчас на её голове был не привычный ей хвост, а очень красивый бантик, который Джинни научилась делать ещё на втором курсе. Некоторые пряди выбивались из причёски, но это не выглядело нелепо, а наоборот, очень мило и красиво.  — Джинни! — восхищалась девушка. — Какая красота, спасибо! — она обняла подругу.  — Да не за что, Герм, мне не сложно, — улыбнувшись, ответила та.  — Боже, не могу налюбоваться, — усмехнулась Гермиона. — Ты иди, иди, а я сейчас подойду.  — Нет уж, я останусь с тобой! — гордо выпрямившись, сказала девушка.  — Хорошо, пошли, — она подхватила её за локоть, и они направились в зал.       Идя по коридору, шатенка рассматривала внешность своей подруги: глаза светло-карие; по носу рассыпаны веснушки, которые очень выделялись на её бледном личике; рыжие волосы блестели. Она была невероятно красива, что заметила добрая половина Гриффиндора, оценивая девушку, пока они шли. Отвернувшись, Гермиона увидела в толпе Гарри и Рона, которые прямо как тогда махали ей рукой. Она, машинально потянув Уизли, направилась к друзьям. Та только ахнула и пошла за подругой, которая буквально бежала к ним.       Подойдя к Гарри, девушка очень крепко обняла его. Рону она просто улыбнулась, как и всегда. Только сейчас она заметила: за лето её друг вырос, и теперь ей всегда приходилось вставать на цыпочки, чтобы посмотреть в его изумрудные глаза. Он тоже был красив по-своему: всегда растрёпанные волосы; длинные ресницы; веснушки, которые были почти бесцветными. Всё время, что они проучились вместе, девушка не замечала его красоты, она была больше занята учёбой. Но сейчас последний учебный год и Гермиона решила, что она отдохнёт от книжек.       Приближался час бала, все были в ожидании. Зазвучала музыка, которая нарушила тот гул, что стоял в зале. Все замолкли. Смычки коснулись скрипок так легко, что казалось, будто музыка ненастоящая, что это всё только иллюзия. Засмотревшись на тех, кто играл, она не заметила, как осталась абсолютно одна. Ни Джинни, ни Гарри, ни даже Рона на худой конец рядом с ней не было. Она покрутила головой по сторонам и увидела руку Джинни. Махнув ей в ответ, она пошла к ней. Та стояла с поднятой вверх рукой, чтобы подруга её не потеряла.  — Джинни, — пробираясь сквозь толпу, сказал Гарри. — Зачем ты руку подняла?   — Герм куда-то пропала, вот я и подняла, чтобы она окончательно не потеряла меня, — пояснила Уизли. — Ты тоже подними.  — Но ведь ты можешь сама к ней подойти? — промямлил он и тоже поднял руку вверх.  — Это рука Гарри? — вслух сказала Гермиона. — Ой! — гриффиндорка закрыла рот рукой, будто она сказала что-то неприличное.  — Я не вижу её, — прищуривая глаза, сказала Джинни.  — Ты предлагаешь уйти? — посмотрел через очки на неё брюнет.  — Нет, конечно, нет! — воскликнула девушка.  — Ладно, я пойду за напитками, а ты жди Гермиону, окей? — улыбнулся он, поцеловав в лоб.  — Иди уже, — усмехнулась та, всё ещё выискивая взглядом свою лучшую подругу, а она будто растворилась. Джинни так и не увидела поднятой руки и решила, что Гермиона потерялась окончательно. «Как можно потеряться в толпе?» — сама себе задала вопрос шатенка, но ответа не нашла       Подняв руку, Гермиона пошла к Джинни, как ей показалось. Весь «путь» она рассматривала своё платье. Оно было изящным, но в то же время лёгким. Цвет платья был как закат в Италии на лавандовом поле, таким же красивым и ярким. На ней были лёгкие сандалии цвета морской волны. Окончив разглядывание платья, девушка принялась усердно искать глазами подругу. Она наконец-то её нашла и, взяв под руку, вышла из зала.  — Джинни! — запыхавшись, изрекла Гермиона. — Я уже думала, что потеряла тебя.  — Это я тебя потеряла! — возразила она, но, посмотрев на усталую подругу, сказала: — Ладно, ты меня потеряла.  — Да, Джинни, ты не меняешься, — улыбнувшись, она сняла туфли и устало побрела в комнату.       Уизли пошла за ней, не успев спросить, куда они идут. Но по пути она выдохнула: они направлялись в комнату. Гермиона тщательно пыталась что-то скрыть, но что, Джинни не было известно. Будто Гермиона прятала что-то глубоко в груди, недоступное для посторонних. Джинни не хотелось говорить об этом, и она не желала даже начинать разговор с целью выяснить что-нибудь.       Только сейчас она заметила, что коридоры очень уютные и милые, хотя на третьем курсе ей казалось иначе. На стенах висели картины, которые приветствовали девушек и всегда улыбались, даже когда они уже отдалялись. Вместо привычных для неё тусклых огней сейчас тут было очень даже светло. Они дошли до комнаты, и Джинни всё же осмелилась спросить:  — Гермиона, тебя ничего не тревожит? — спросила она.  — Ничего, — сейчас Гермионе хотелось рухнуть на кровать и провалиться в долгий и глубокий сон: — А я что, выгляжу плохо? — усмехнулась девушка.  — Ты просто так резко ушла с бала, что я подумала, может быть, — запинаясь, произнесла рыжая. — Что произошло? — посмотрев в глаза, спросила она.  — Знаешь, — сразу же выпрямилась шатенка, — тут такое дело…  — Какое же? — потребовала разъяснений Джинни.  — Кажется я влюбилась в Малфоя, — промямлила она, но Уизли всё услышала.       Закрыв лицо руками, Гермиона чувствовала, как её щёки с невероятной скоростью становятся красными.  — Ты чего? — попыталась успокоить её подруга.  — А то, что он тоже влюблён в меня! — убрав руки с лица, воскликнула девушка.  — Что? — поражённая новостью гриффиндорка попятилась назад. — Он сам тебе сказал об этом?  — Нет, но мне так кажется…  — Мерлин! — вздохнула рыжая. — Я то думала, он тебе в любви признался.  — Джинни, это не смешно! — по её щёкам потекли предательские слёзы, она откинулась на кровать и зарылась в простынях.  — Я же не смеялась, Герм, — Джинни поглаживала её по голове, которая выглядывала из-под одеяла. Тишина. Она убивала. Джинни хотела что-то сказать, но передумала. Из глаз Гермионы всё ещё шли слёзы. Она не хотела плакать, но оно само так получалось. Будто судьба сказала: «сегодня ты ревёшь и никак иначе!» Уизли хотелось пойти и порвать Малфоя на части. Отчего она так хотела это сделать, сама не понимала. Девушка встала, подошла к комоду и достала спрятанную в недрах бутылку огневиски прямо на глазах у Гермионы.  — Что ты собираешься делать с ней? — озадаченно спросила гриффиндорка, не поднимаясь с кровати.  — Пить, — уверенно ответила та. — А что ещё можно делать с алкоголем? — на лице появилась ухмылка.  — Я не буду, — отказалась Гермиона.  — Уверена? — Джинни изогнула бровь. — А мне помнится, что тогда в Хогсмиде ты с радо... — не успела Уизли договорить, как шатенка забрала бутылку из её рук и прислонила к губам.       Тёплый алкоголь разливался по всему телу. Она почувствовала облегчение. Отпив ещё несколько глотков, она посмотрела на Джинни и рассмеялась. Девушка только взглянула на подругу, никак не ответив на странное поведение. Джинни попыталась отобрать бутылку, но, в конечном счёте, она упала на белый ковёр, и всё её содержимое разлилось. Увидев это, Гермиона никак не отреагировала. Она только отрицательно покачала головой, взглянув в сторону подруги. Та с ужасом наблюдала за тем, как напиток заливал весь ковёр, но не хотела уходить от подруги, чтобы поднять бутылку. Белоснежный коврик, на который гриффиндорка всегда вставала утром, теперь никуда не годился. Гермиона смотрела на него и смотрела, пока не забылась крепким сном, как и желала.       Через небольшой промежуток времени в комнату вошёл Малфой. Он посмотрел на Джинни, потом на Гермиону. Постояв так ещё минуту, он сказал:  — Убери ковёр, я сейчас принесу другой.  — Хорошо… — неожиданно для себя ответила девушка. — А с какого перепуга мне доверять тебе? — она насторожилась.  — И Грейнджер… — сделал паузу Драко. — Она что, напилась?  — Как видишь! — у неё не было времени на глупые расспросы.  — Но как это произошло? — он подошёл к ней, убрав прядку с лица.  — Вот проснётся, у неё и спросишь! — язвительно ответила Джинни.  — Уизли, — его голос сейчас был низким и серьёзным как никогда в жизни. — Мне не до шуток. Я хочу тебе помочь, а ты ещё и огрызаешься.  — Ладно, ладно…  — Вот и хорошо, — ухмыльнулся блондин. — О Грейнджер можешь не беспокоиться, я отнесу её в её комнату.  — В её комнату? — не понимая, спросила Джинни. — Да, в её комнату, — слизеринец тяжело вздохнул, взяв Гермиону на руки, девушка показалась ему невероятно лёгкой: — Она староста, поэтому у неё есть своя комната.  — Она мне не сказала… — обиженно промямлила Джинни.  — Конечно не сказала, её только позавчера на эту должность назначили, — произнёс Драко и скрылся за дверью.       Пока блондин шёл, он успел разглядеть Гермиону с ног до головы. Сейчас у неё была далеко не красивая причёска в виде бантика. Волосы свисали так, что почти доставали до пола. Мочалка — как всегда называл Драко её волосы — сейчас была просто прекрасна. А лямка от платья чуть приспустилась, оголяя ключицы девушки. Он поднял её и посмотрел на спящее личико Гермионы. Закрытые веки иногда подрагивали, а носик вздрагивал, когда он дотрагивался до неё.       Он ненавидел Грейнджер, но сейчас она выглядела прекрасно, и он забыл обо всех обидах. Дойдя до комнаты, он положил её на кровать, аккуратно укрывая одеялом. Он ещё несколько минут откровенно пялился на неё. За те минуты, что Драко стоял, она успела несколько раз перевернуться с бока на бок. Только Малфой хотел уйти, как услышал из её уст: Драко… Это было мимолётно. Как будто глюк. Он повернулся к ней и ещё раз услышал: Драко… «Вот сейчас мне точно не показалось!» — подумал про себя парень.       Подойдя к ней поближе, он сел на кровать. Та снова повторила: Драко… Его начало пугать это повторение, он стремительно покинул комнату и направился к Джинни. По дороге он ещё много раз оскорбил себя за то, что не остался. За то, что как последний трус сбежал. Думать не о Гермионе у него не получалось, но вернуться он не решил, подумав, что это будет лишним.       Не прошло и трёх минут, как блондин был уже около входа в гостиную Грффиндора. Постучавшись, он услышал, как Джинни открывает дверь. Увидев Малфоя, она впустила его и спросила:  — А где же твой обещанный ковёр? — девушка сложила руки на груди.  — Я же не сказал, когда именно принесу его, так ведь?  — Малфой! — строгим голосом произнесла рыжая.  — Да? — он абсолютно спокойно ответил.  — Ах, — вздохнула она. — Неси уже свой ковёр! — сейчас у неё не было никакого настроения пререкаться с ним.  — Уже бегу, моя королева, — Драко произнёс это с сарказмом и успел уклониться от подушки, которая полетела в него.       Выбежав из комнаты, он встретил Рона и Гарри. Они сидел в креслах, что-то бурно обсуждая. Не заметить его было просто невозможно. Они посмотрели на него так, будто хотели сварить заживо, а потом разрезать на кусочки.  — Малфой? — встал Рон, подходя к Драко.  — Уизли? — леденящим тоном сказал слизеринец.  — Что тут происходит? — из комнаты выбежала Джинни. — Гарри? Но ты ведь должен быть на …  — Ничего, Джин, иди в комнату, — перебил её Поттер.

Продолжение следует…