И даже то, что быть не может, однажды тоже может быть...

      Вот уже почти четыре месяца тело Драко Малфоя, его омеги, находилось в некоем магическом сне. Да, именно так грубо — тело. Прошло уже столько времени, что Гарри понемногу стал сомневаться, что омега когда-нибудь очнётся, и единственное, что ему оставалось — это наблюдать за телом, пустой оболочкой, принадлежащей когда-то любимому человеку.       За время, что омега «спал», произошло очень многое, но главное для Гарри — теперь он был полностью уверен, что лежащее перед ним тело принадлежало именно Драко Малфою. Конечно, отсутствие Тёмной метки первое время заставляло усомниться в этом, да и слова, сказанные парнем, представившимся как Рюу Эрхан, не вносили особой ясности. Гарри даже начал верить, что этот Рюу на самом деле являлся двойником, сильно похожим, конечно, но всё же двойником Драко, просто слегка сумасшедшим. А потом он вспомнил происшествие на шестом курсе и осторожно осмотрел грудь парня, на которой виднелись светлые, уже зажившие шрамы от темногомического заклятия.       Сектумсемпра...       Да, Гарри помнил тот момент. Он был так раздражён, так зол на всё и всех, и сам не заметил, как страшное, неизвестное тогда заклинание слетело с губ. Он до сих пор помнил, какой ужас испытал от осознания, что человек, в которого он был влюблён, чуть не умер от его же руки. Даже не ясно, что тогда пугало больше: осознание, что он станет убийцей или что Драко мог навсегда исчезнуть из его жизни. Конечно, шрамы не были украшением ни для кого, но благодаря им Гарри точно знал, кто перед ним. А значит, что и слова Рюу Эрхана могли быть правдой. Чем больше Поттер обдумывал слова, услышанные в коморке Мунго, тем больше путался, к кому именно он привязался: к Драко или Рюу?.. С Драко он никогда нормально не общался, в отличие от Рюу. Да, тот больше молчал, да и то немногое время, что они провели вместе, было недостаточным, но от этого его компания не была менее приятна. Но влюбился-то он именно в Малфоя... За эти мысли ему было ужасно стыдно перед Драко — он чувствовал себя предателем. Было стыдно перед Рюу, за то, что глотал каждую его эмоцию, каждую улыбку, удивление, но не слушал, полностью погруженный в своё счастье… Как же Гарри был слеп.       Что будет, если очнувшись, в теле вновь окажется Рюу? А если вернётся Драко? Кому и как Гарри будет смотреть в глаза? Рассказать, что произошло? И сможет ли Драко, настоящий Драко, принять его как пару? — все эти вопросы не давали ему покоя на протяжении всего времени, что омега спал.       Поттер встряхнул головой, отбрасывая лишние мысли. Это было не важно. Всё не важно, главное, чтобы омега поскорее очнулся, а там они уже разберутся. И у него, кажется, даже появилась надежда: спустя неделю после того, как омега впал в некий летаргический сон, Поттер начал поиски артефактов, способных хоть немного помочь с этим странным недугом. Помимо артефактов, в магазинчике Поттера продавались и редкие книги, некоторые из которых он прихватывал по пути, даже не интересуясь, о чём они. И вот в одной из таких книг он разыскал информацию о некоем очень редком артефакте, именуемом Ловцом душ. Этот артефакт, напоминающий жеоду(1) красного алмаза, обладал одним очень удивительным свойством — притягивал душу в находящееся между жизнью и смертью тело. Гарри не знал наверняка, но интуиция просто кричала ему, что это то самое, что ему нужно. Он отправлял письма в разные страны скупщикам, артефакторам, магам-археологам и коллекционерам, с которыми за эти годы его свела работа. И буквально пару часов назад он получил ответное письмо от австралийского коллекционера, в котором тот предлагал одолжить Ловец на пару недель. Естественно не бесплатно. И хоть указанная сумма и была невероятно огромна, Поттер был готов отдать всё, что у него имелось, лишь бы артефакт помог.       Но перед тем как отправиться в путь за Ловцом душ, Гарри решил вновь повидаться с омегой. Он вышел из дома и направился уже привычным маршрутом в Мунго. Он почти дошёл до знакомой двери в палату, как та отворилась, и оттуда вышел высокий темноволосый мужчина в лимонной мантии. Заметив Поттера, он замер, прикрыв за собой дверь. Но не отступил в сторону, преградив тем самым путь. Узнать молодого альфу Гарри не составило большого труда.       — Давно не виделись Нотт. Удивлён видеть тебя здесь, да ещё в таком виде, – он кивком указал на целительскую мантию.       Нотт же на приветствие не ответил и смотрел в ответ очень серьёзно и хмуро. У Поттера не было желания разбираться в подобном поведении бывшего однокурсника — он спешил.       — Что ж, рад был увидеться, но не мог ты отойти и дать мне, наконец, пройти внутрь? – Гарри уже было потянулся через Нотта к ручке двери, как тот жёстко перехватил её.       — Нет, не мог бы, Поттер, – ровным тоном ответил Нотт, всё так же крепко сжимая чужую руку.       Гарри мигом охватило раздражение. Вырвав руку из хватки, он выпрямился и прямо посмотрел на Нотта.       — И почему же?       — Мне с тобой предстоит долгий и серьёзный разговор о Драко.       — С ним что-то случилось? – тут же испугался Гарри. — Или, может, он пришёл в себя?       — Нет, к сожалению, в себя он не пришёл, но поговорить нам нужно обязательно.       Поттер на секунду замер. Он спешил, ему хотелось скорее увидеть омегу и отправиться уже за артефактом, но и требование Нотта его заинтересовало: что такого срочного мог сообщить ему этот человек? Тяжело вздохнув, он всё же согласился и последовал за Ноттом, который привёл его в небольшой кабинет, находящийся неподалёку, уселся за единственный стоящий тут стол и предложил Гарри место напротив.       — Это мой кабинет, не удивляйся, – сказал Нотт, опережая любые вопросы. — Что ж, для начала объясню, как я тут очутился, вижу, тебе интересно. И не переживай, – успокоил он Поттера, заметив как тот нервно покачивал ногой, — это не займёт много времени.       Нотт рассказал, что как и многие, чья семья была связана с Волдемортом, был сослан за пределы Британии на долгие пять лет, и как только этот срок подошёл к концу, он тут же вернулся на родину. Вернулся, и даже с лёгкостью устроился здесь, в Мунго, младшим целителем. Гарри подумал, что по всей видимости, заграничное образование ценилось выше, ведь та же Гермиона ещё около полугода будет числиться обычным стажёром. Но не это больше всего шокировало Поттера, а сообщение, что Нотт и Драко были помолвлены. Их отношения начались ещё в Хогвартсе, пусть они и не афишировали их, а во время войны и подавно было не до этого. А потом Нотт уехал во Францию, куда должны были отправиться и Малфои,       — Я знал, что Драко был когда-то омегой, он рассказал мне, что из-за его деда он лишился не только своей омежьей сущности, став бетой, но и брата. Но это не было проблемой, ведь мы любили друг друга и там, во Франции, должны были сыграть свадьбу. Я знал, когда Малфои должны были прибыть, и собирался их встретить, но ни в назначенное время, ни позже так никто и не явился. Я ужасно переживал, чуял, что что-то случилось, но въезд в Британию мне был заказан. А следующим утром я узнал, что с ними произошло…       Нотт рассказывал тихо, полностью погруженный в свои воспоминания, каждое его предложение разрывало душу Гарри на части. Почему-то сейчас он казался здесь лишним, и это ему определённо не нравилось.       — Ты не думай, что я не предпринимал никаких мер в поиске Драко. Я нанимал множество агентов, детективов, но все они приходили ни с чем. Спустя несколько лет я уже отчаялся найти его, но на всякий случай оставил несколько человек следить за обстановкой и докладывать о появлении хоть какой-нибудь информации о нём. Я учился, затем работал во французском госпитале, пока несколько месяцев назад не получил известие, что его нашли, что он потерял память и… – тут Нотт резко взглянул на Гарри. — Что является истинной парой Гарри Поттера.       Нотт не пугал Гарри, его аура, безусловна мощная, не сильно давила на него, но он не знал, что ответить, ведь то, что Гарри признал в Драко Малфое своего истинного было правдой.       — Но как тогда, о великий Гарри Поттер, ты ответишь мне на то, что навестив Драко, я сам почувствовал в нём пару?       Поттер вскинулся и подскочил на ноги:       — Быть такого не может!       И правда, он не понимал как. Он был полностью уверен, что Драко — его истинный. Разве могут два альфы почувствовать в одном омеге свою пару?       — Я не вру, – Нотт тоже поднялся. — Когда я узнал, что Драко нашёлся, то был невероятно счастлив, но из-за того, что срок ссылки ещё не подошёл к концу, не мог тут к нему же рвануть. Известие о том, что он вновь омега, стало, скорее, приятной неожиданностью, чем нечто удивительным, а вот то, что вы могли быть парой… В первую очередь мне нужно было поговорить с Драко лично и, если бы он сказал, что ты именно тот, кто ему нужен, я бы постарался смириться с этим. А потом я узнал, что после похищения — как ты мог это допустить, Поттер?! — Драко впал в летаргический сон. Всё это время я ждал дня, чтобы вернуться, и как только он настал, отправился сюда. Я впервые учуял его аромат, и поверь, абсолютно уверен, что Драко — моя пара.       Гарри вновь сел, облокотился на колени и прикрыл глаза.       — Такого не бывает, – еле слышно сказал он, но Нотт его прекрасно услышал.       — Знаю. Но нам нужно что-то решить с этим.       — Думаю, это уже не нам решать.       Нотт кивнул, соглашаясь. Решать за Драко его же судьбу он никогда бы не посмел.       Гарри посидел ещё немного, а потом медленно поднялся и собрался уходить. Уже у двери, он обернулся и спросил:       — Ты случайно не знаешь, артефакт Ловец душ может помочь ему проснуться?       Нотт удивлённо посмотрел на Поттера.       — Ты про тот самый Ловец душ?       — Да.       — Поможет, но… Ты хоть знаешь, что он приманивает в тело ближайшую душу и не факт, что она будет принадлежать хозяину тела.       Гарри этого не знал, в книге об артефакте было сказано не очень много. Он был ослеплён идеей заполучить Ловец и даже не задумывался о таких вот последствиях. И что же теперь делать? Это было его единственным решением. Не сделает ли он этим только хуже?       Он молча покинул кабинет, Нотт вышел вместе с ним. Они уже почти разошлись, как со стороны палаты, в которой лежал Драко, послышался шум, а после оттуда выбежал один из стажёров и поспешил куда-то. Переглянувшись, альфы мигом помчались в палату, да так и замерли на пороге, наблюдая как Кевин Гудман пытался уложить брыкавшегося — очнувшегося! — Малфоя обратно в кровать.       — Сколько повторять этим стажёрам, чтобы зелья всегда были при них! – шипел целитель. — Мистер Малфой, успокойтесь!       — Да пустите меня, наконец! – подал голос омега, пытаясь вырваться из хватки. — Мне срочно нужно к брату!       Тут Нотт пришёл в себя и подскочил к постели.       — Драко, родной!       Поттер же просто стоял и смотрел на всё со стороны. Будто под заклятием он не мог шевельнуться и просто наблюдал, как Драко, услышав голос Нотта замер, затем перевёл на того взгляд и… разревелся. Опешивший от такого Гудман, ослабил хватку и, воспользовавшись этим, омега бросился Нотту на шею.       — Тео!       Смотря на то, как Нотт нежно обнимал крепко прижавшегося к нему Драко, как что-то шептал ему, Гарри вновь почувствовал себя лишним, что он проиграл эту игру, даже не начав.