Нормальным доступ запрещён

Маринетт открыла глаза и увидела до боли знакомый потолок. Да, похоже, она провела слишком много времени, лёжа на кровати в квартире Альи и раздумывая о вечном. Чаще всего, она неизбежно вспоминала про Адриана — парня, который превратился в сплошное наказание. Сексуальный террорист, маньяк и извращенец! И всё же, она не могла отрицать того унизительного факта, что её влекло к нему со страшной силой. В голове резко всплыли воспоминания о той случайной ночи и девушка почувствовала, как её щёки начали пылать. Да что там щёки! Маринетт вся полностью сгорала со стыда до такой степени, что могла прожечь кровать. Но и выкинуть эти воспоминания из головы было абсолютно невозможно. Все мужчины, что побывали в её постели, казались неотёсанными сопляками в сравнении с этим наглецом. В этих делах ему не было равных. Никто и рядом не валялся. Да он был настоящим Богом секса! Вот что значит многолетний опыт в порно-индустрии. И теперь девушка на все сто процентов была уверена, что никогда не сможет этого забыть, более того, теперь он точно сможет посадить её на поводок, едва коснувшись руки. В отчаянии, брюнетка издала громкий крик до смерти перепуганной чайки и тут же завернулась в одеяло, словно в кокон. Стоило только представить роскошное тело загорелого блондина, его мягкие губы, сладкие, словно конфеты, его руки, как Маринетт моментально ловила себя на мысли о том, какой огромный и твёрдый у Адриана был… — Ааааа! — вновь закричала брюнетка, накрываясь одеялом с головой. Даже произнести само это слово ей было нереально стыдно. — Совсем крыша поехала? — поинтересовалась стоящая в дверях Алья. — Чего орёшь-то с утра пораньше? — Уходи, — пробурчала Маринетт, — оставь меня умирать здесь наедине с моим позором! — Да ну ты брось, — отмахнулась мулатка, присаживаясь на край кровати, — подумаешь, переспала ты с этим кошаком! Будто бы в первый раз! Брюнетка резко откинула одеяло и с ошарашенным лицом уставилась на подругу: — То есть, ты в курсе? Он тебе всё рассказал? Значит теперь о моём позоре знают все! Аааааа! Это катастрофа! Катастрофа! Катастрофа! И девушка вновь закрутилась в своё кокон. — Если бы не знала тебя почти всю свою жизнь, то давно бы пристрелила, — закатила глаза Алья, — с чего ты взяла, что он бы стал о таком рассказывать? Поверь мне, может быть, этот парень и не подарок, но он умеет относиться к женщинам с должным уважением. Ведь не только же за внешность его так обожают. — Знаю я, — буркнула Маринетт, — за что его там обожают. Мулатка рассмеялась в голос. — Прекрати издеваться над моим горем! — злобно произнес голос брюнетки, заглушаемый плотным слоем одеяла. — Вот ничему тебя жизнь не учит. Помниться, ты и в прошлый раз точно так же закрутилась в рогалик и ревела целых три дня над своей потерянной невинностью. Маринетт высунула из-под одеяла своё опухшее и красное от рыданий лицо. — Я ревела не из-за этого, а потому что знала, что Адриан примет меня за какую-то извращенку, которая насилует парней в темноте. — А разницы-то? Он и сейчас так думает, — удивилась мулатка, чем вызвала новую порцию безутешных рыданий. Время от времени, брюнетка превращалась в настоящего ревущего монстра и унять её горе было почти невозможно. — Хватит уже! — прикрикнула на неё Алья, когда громкие крики и всхлипы начали её дико бесить. — Собери уже сопли в кучу и заканчивай с этим бредом! То же мне, думаешь, что ты сможешь удивить бывалого порноактёра своими извращенскими замашками?! — она вцепилась в одеяло и начала стягивать его с Маринетт. — Да если он не отказался от идеи найти тебя в прошлый раз, то с чего изменит своё решение в этот?! Подумай же — Агрест ведь совсем на голову ужаленный и сверху кирпичом прижатый. Если ты даже будешь методично бить его головой об стену, то он приползёт к тебе на коленях и попросит ещё. Разве ты не была по уши влюблена в него в школе? Так что же произошло такого, что ты так резко отвергаешь парня своей мечты. Маринетт лежала на кровати, сложив руки на груди, точно труп в гробу. В уголках её синих глаз застыли сверкающие слёзы. — Нет, — тихим голосом произнесла она, — Адриан не должен был узнать о том, какая я на самом деле. И никогда не узнает. Ведь если он снова прикоснётся ко мне, я не смогу сдержаться и опять с ним что-то сотворю. А он… он должен был навсегда остаться тем прекрасным парнем из моих девичьих снов. Такой нежный, такой милый, с этой ангельской улыбкой, — девушка всхлипывала едва ли не через каждое слово, — он обязан был быть намного лучше меня! Мулатка закрыла лицо рукой и сдержанно сглотнула. — Прошу тебя, Маринетт, — тихо произнесла она, — перестань. Я больше не могу. Если ты немедленно не прекратишь разводить тут при мне свои розовые сопли, я блевану! Не велика беда, что хоть кому-то на свете ты нравишься такой, какая есть на самом деле. Твою же Машу, да все женщины в мире могут обзавидоваться твоему положению, а ты тут ноешь, что тебе стыдно. Глупая ты женщина! — Всё, — вздохнула брюнетка, — оставь меня здесь умирать. Я готова просто провалиться сквозь землю. Нет, я убегу! Смоюсь из страны, чтобы он меня никогда не нашёл! — Ну, — хмыкнула Алья, — из страны тебе, однозначно, смыться придётся. Мулатка торжественно вынула из кармана билет и кинула его на кровать рядом с Маринетт. — Пора паковать чемоданы, подружка! — усмехнулась она. — Послезавтра мы вылетаем на остров для съёмок фильма. Мгновенно подорвавшись, Маринетт села на кровати и мигом стала бледной, как поганка. — Я не поеду, — тихо ответила она, дрожа от страха. — А куда же ты денешься? — засмеялась Алья. — Мы снимаем крутое кино и ничем не должны уступать конкурентам. Поэтому ты едешь с нами! Сердце Маринетт так громко стукнуло, будто сорвалось вниз с высокой скалы и разбилось вдребезги. Она ощутила, что готова поседеть в эту самую секунду. — Естественно, твой ненаглядный тоже едет, — злобно улыбнулась мулатка. — Нет, только не это, — дрожащим голосом произнесла брюнетка, — ты издеваешься надо мной? Делай, что хочешь, но я никуда с ним не поеду! — А если я ненароком проболтаюсь о том, какая интересная у тебя имеется татуировка на бедре. Ледяные мурашки прошлись по коже Маринетт. — Ты не посмеешь, — пробормотала она. — Да ещё как посмею! — хихикнула Алья. — Ты — демон! Как можно вообще такую называть своей подругой?! — Но ведь называешь! Гомерический хохот мулатки эхом пронёсся по квартире.