Нормальным доступ запрещён

Повернув ручку крана, Маринетт отрегулировала температуру воды и наконец-то позволила коже остывать под душем. Впервые за весь день у неё появилось время побыть наедине с самой собой. Ведь сначала её таскала за собой Алья, а потом и Нуар прицепился, как банный лист. До самого вечера было невозможно от него отцепиться. И тут в голове девушки безумной каруселью начали проворачиваться события всех последних дней. Очаровательные зелёные глаза, которые затягивали Маринетт всё глубже в самую бездну полного безумия. И ведь теперь она сама начала допускать сумасбродную мысль, что могла бы легко влюбиться в этого наглого самолюбца с роскошным телом, великолепным лицом и… о нет, ей бы не стоило даже думать о таком. Однако, костюмерша вынуждена была признать, что с некоторых пор все её мысли крутились вокруг Адриана Агреста, как и когда-то давно в школе. Медленно, но верно, она снова начинала в него влюбляться. И это было плохо, плохо, плохо, плохо! «Нельзя, нельзя, нельзя!» — повторяла она себе. И всё равно в голове неизбежно всплывал образ загорелого блондина, который так умело ласкал её обнажённое тело. Словно бы он вот прямо сейчас заходил в эту комнату, отодвигал полупрозрачную заслонку душевой кабины. Его руки были всё ближе и ближе, обдавая жаром. Страстные ярко-розовые губы шептали едва различимые глупости, а пальцы скользили по нежной коже. Она ощущала их на внутренней поверхности своих бёдер… стоп, как-то уж слишком отчётливо Маринетт ощущала эти пальцы! Обернувшись, девушка резко вскрикнула, увидев прямо перед собой лицо Агреста. Но, не давая ей опомниться, парень резко накрыл её губы своими и тогда миловидная костюмерша просто не смогла издать ни звука. Сильные руки Нуара прижали Маринетт ближе к себе и от этого божественного ощущения его гладкой горячей загорелой кожи хотелось выть, прикусывая губы. «Твою мать! — пронеслось в голове брюнетки. — Он меня уже полностью выдрессировал! Даже ноги едва держат!» Наконец-то ослабив крепкую хватку своих губ, Агрест страстно впился в нежную шею девушки, покрывая её обжигающими поцелуями и постепенно спускаясь к груди. В голове Маринетт начинался полный кавардак, мысли путались. Но с каждым мгновением Нуар опускался всё ниже туда, куда ему нельзя было быть и где он не должен был рассматривать тело робкой костюмерши никогда в жизни! А голова парня тем временем уже почти достигла пупка. И тут руки Маринетт резко остановили его, крепко ухватив за щёки. С недоумевающим видом, парень уставился на девушку. — Остановись! — задыхаясь, произнесла брюнетка, пытаясь сделать свой голос как можно более строгим. — Что ты собираешься делать? Лицо Нуара исказилось ещё больше. С обиженным видом он поднялся на ноги и сложил руки на груди. — А ты не догадываешься? — с упрёком в голосе произнёс парень. — Хочу заняться с тобой сексом! Переменчивый, как погода в марте, он снова притянул девушку к себе и попытался поцеловать, но она резко остановила его. — Эй, — зелёные глаза уже выдавали отчасти мольбу, — так ведь нечестно! Мне по твоей вине завтра придётся с парнем чпокаться и я от этого не особо-то в восторге, вообще-то. Так что, не обессудь, но я требую компенсации! — дерзко заявил он, резко сжимая ягодицу девушки. Он вновь уткнулся ей в шею, продолжая любимое занятие. — И, поверь мне, сегодня я выжму тебя до такой степени, что ты ещё дня два не сможешь двигаться. В голове девушки звенели алмазные молоточки вперемежку с сумбурным осознанием того, что какие-то пара мгновений отделяют её от момента, когда Нуар узнает, что она та самая девушка, что лишила его девственности. И тогда он точно затрахает её до смерти. Надо было что-то решать, причём срочно! И в тот момент Маринетт приняла единственное решение, которое пришло ей в голову. Резко оттолкнув парня к стене, брюнетка стащила с него трусы, а сама опустилась на колени и немедленно прижалась к его внушительному мужскому достоинству. Парень издал судорожный возбуждённый вздох и девушка почувствовала, как задрожали его бёдра, стоило только её языку коснуться его сверхчувствительной плоти. «Вот же развратник!» — ехидно подумала про себя девушка. Она ласково обвела языком головку и мягко прижалась к ней губами, легонько посасывая. Нуар тихо зашипел от удовольствия. Маринетт почувствовала, что он так и норовит поскорее проникнуть внутрь горячего рта девушки, но ему хватало опыта, чтобы не быть таким нетерпеливым. И девушка оценила сей джентльменский жест, продолжая заигрывать с головкой, а потом мягко соскальзывая и покрывая лёгкими влажными прикосновениями ствол. От каждого её движения блондина только ещё больше исходился страстными возбуждёнными стонами, заставляя Маринетт удивляться тому факту, какой же шлюхой он был. И насколько же лестно было при этом осознавать, что в который раз он желал именно эту скромную костюмершу. Наслаждаясь сладостными звуками, Маринетт без конца дразнила дрожащий от нетерпения возбуждённый орган, чувствуя всё то нетерпение, которое скапливалось внутри Нуара. Вздохи уже постепенно превращались в жалобные стоны, от которых сносило башню. Агрест был так напряжён, что уже готов был взорваться. Казалось, ещё секунда и он начнёт умолять. И вот только тогда она позволила набухшему члену скользнуть прямо в её рот. От нахлынувшего возбуждения Агрест громко крикнул и резко толкнулся вперёд, чуть не заставив Маринетт задохнуться. — Прости, — слабо пискнул блондин и попытался расслабиться. Девушка мысленно кивнула, отстраняясь, позволяя возбуждённому члену выскользнуть из её рта. И тогда она взглянула на Нуара, который напряжённо дышал. Его загорелая грудь с капельками пота на ней с силой приподнималась, волосы были совершенно мокрыми, аппетитные малиновые губы были приоткрытыми и влажными, а полуприкрытые глаза сверкали лихорадочным блеском. И в этот момент в голове Маринетт что-то вновь взорвалось, лишая её последних доводов разума. Поднимаясь на ноги, девушка прикоснулась к щеке Нуара, на которой уже чувствовалась лёгкая щетина. Его чудесные глаза раскрылись — зрачки были расширены. Он был такой красивый, что в это почти не верилось. И коснувшись его горячей кожи, Маринетт не смогла устоять перед соблазном. Их губы вновь слились в едином страстном порыве. Не в силах оторваться друг от друга, они сплетались языками и впивались ногтями в кожу. Девушка не успела даже изумиться, когда сильные руки Нуара уже приподняли её над полом и вот он уже был внутри неё. Неужели он и в самом деле так выдрессировал её тело, что оно теперь было готовым принять его в любую минуту? Маринетт и самой не верилось в то, какой податливой и распутной она становилась рядом с Нуаром. Однако это было правдивее любой правды. В его объятьях темноволосая костюмерша стонала, кричала и инстинктивно стремилась навстречу тому горячему и распутному существу, что проникало всё глубже в её тело. Казалось, от той силы, с которой Агрест вдалбливался в неё, тряслись стены. И было плевать на всё на свете. Она позволяла себе полностью раскрыться. Нуар снова прижался к её губам и через приближение их тонкой кожи, Маринетт ощутила наступление его бурного оргазма. И позволила этому случиться. Упав на дно душевой кабинки, Агрест пытался отдышаться: — Дай мне пару минут и я буду готов на второй раунд, — это неприкрытое счастье на его лице даже немного выбешивало. Быстро высвободившись из объятий Нуара, девушка мгновенно скукожилась, закрывая от него своё тело. — Убирайся! — приказала она. Парень смотрел на неё, как баран на новые ворота, совсем не понимая что происходит. И в этом была его правда — как понять логику женщины, которая то отвергает тебя, то тянет к себе при этом не забывая раз за разом отрицать происходящее. Маринетт и сама понимала этот диссонанс, но и крышу ей несло уже с такой силой, что остановиться было невозможно. — Иди в спальню! — был следующий приказ темноволосой костюмерши. Лицо Нуара озарилось улыбкой и, чмокнув возлюбленную в губы, он пулей унёсся в соседнюю комнату. — И выключи там свет! — добавила Маринетт. Она продолжала сидеть на дне душевой кабинки, плотно прижимая колени к груди. Отодвинувшись, девушка вновь взглянула на маленькую божью коровку на своём бедре. «Падаю всё ниже и ниже, — подумала она, — даже самой интересно!»