fake feelings.

* * *

POV Хосок

      20:09, во столько я закончил работать и наконец прощался с охранником, тот мне пожелал приятного вечера, видно знает, что доброй ночи желать учителям слишком странно. Особенно учителям второй смены. Юнги давно ушёл, ни с кем не прощаясь, только бросив охраннику «До встречи» да так раздражённо, будто тот его доставал весь день. Выйдя за дверь на улицу, я снова встретился с серо-синим небом, преследовавшем меня каждый рабочий день.       В темноте зимнего вечера можно было разглядеть снежинки, неспеша летящие с неба, намереваясь застелить всё пушистым белоснежным пледом. Стоя на крыльце, невооружённым глазом можно увидеть эту красоту начинающейся зимы. Белые пушинки кружатся в воздухе, будто танцуя с кем-то, тем самым приковывая взгляд к себе. Хочется просто смотреть и смотреть, не отрывая глаз, на эти прекрасные явления природы. Сейчас небо тёмно-серое, отливающее немного синим оттенком, оттенком зимы. Снег постепенно усиливался, теперь больше походя на дождь, что было довольно грустно. Но через несколько минут крохотные льдинки вновь стали падать медленнее и легче.       Я наконец отошел от этой тупой злополучной школы, не хочу возвращаться туда. Ахах, я думаю как школьник после двойки в дневнике. Лучше бы в Хогвартсе работал, там хоть не так скучно, да, там убить могут запросто всякие магические твари, но там нет таких как Мин Юнги, ворчливых учителей старшей школы, которые строги со всеми, орут на всех за малейший проступок даже на коллег, хоть чуть-чуть младше по званию. И, уж поверьте мне, не только моей персоне так не повезло с коллегой. Я видел на перемене, когда мы уже шли от кабинета директора, он наорал ещё на двух работников школы, к сведению, я их даже знаю, немного. Один из них здешний психолог, работает в две смены, очень опытный, как мне кажется. Точно не помню его имя. А вот второй мне запомнился внешностью. Это был парень на вид лет двадцати или двадцати двух. Короткие тёмно-каштановые волосы, разделённые на две неровные части, были частично зачёсаны назад или куда-то в сторону, но одна маленькая прядка падала на лоб. Серо-карие весёлые глаза были немного прищурены. Зрачки расширены так, что почти не видно радужки. Тогда его бледно-розовые губы растягивались в улыбке, на щеках высвечивались небольшие ямочки. Парень носил большие круглые очки в тонкой тёмной оправе, один край которой прикрывал брови, а второй касался щёк.       Впрочем, не так важно как он выглядел, я заметил, как он смотрел на школьного психолога. Это как будто был влюблённый…взгляд. Хотя даже не знаю, можно ли таковым его охарактеризовать. Этот взор выглядел странно, тот парень слишком долго, изучающе рассматривал другого, а тому скорее всего было как-то либо плевать, либо ему нравилось. Либо я даже не знаю. Чёрт, почему я вообще лезу в чужое дело? Взгляды… Зачем оно мне в принципе? Я же не сталкер какой-то. Да и не могу им быть. Чтоб быть сталкером, надо быть скрытным и незаметным, так ведь? А ещё не палиться, что ты сталкеришь кого-то. А то спалишься и тю-тю — сталкер из тебя никакой.       Вот с такими немного бессмысленными думами я дошёл до дома, начиная думать о грустном и заканчивая таким же тупеньким и грустным.       Заходя домой, я ожидал ещё в подъезде услышать доносящиеся из моей квартиры крики, ну или оры о помощи, в крайнем случае. Но было тихо, на удивление. Может Чонгук ещё не успел придумать, как в очередной раз разнести дом? А может они уже разнесли и мне просто стоит зайти внутрь, и увидеть полнейший разгром?       Наконец рискнув зайти в квартиру, я немного удивился. Ну как немного, был в шоке. Никакого разгрома от слова совсем. Ничего не разбросано, не свалено со своего места. Я походу слишком привык к разгромам по выходным, поэтому и такая реакция.       — Хах, так вот вы где, — тихо, чтобы не разбудить парней, произнёс я скорее для себя, чем для них. А «Для них» это подразумевается для Тэхёна и Чонгука, которые на данный момент мирно сопят, мило обнявшись, так и не досмотрев на моём ноутбуке какую-то дораму. Да, я позволяю им смотреть на моём, заметьте, ноутбуке всякую дребедень в виде дорам, смешных, грустных и страшных видео на ютубе.       С открытого окна подул ветер, я поспешил закрыть его, чтобы никто не заболел ненароком. Повернув ручку окна, я невольно засмотрелся на продолжающийся снег, отметив, что тот уже довольно долго идёт.       Пройдя на кухню предо мной предстала такая картина: разбросанные по столу пачки из-под чипсов, несколько тарелок в раковине и рядом с ней, брошенные на столе возле холодильника ингредиенты для бутербродов, парочка бутылок недопитой газировки, всё-таки я ошибался, разгромлена только кухня. Ну как разгромлена, просто захламлена, удивительно, но эти двое не стали всё разбрасывать по всему дому, а оставили на кухне. Я решил ещё раз пройти по комнатам и посмотреть на наличие мусора. Но, не заметив препятствие, запнулся об валявшийся на полу провод от вай-фая, оказавшись на холодном ковре, я недовольно прошипел, ударившись коленом и немного локтем. Встав с небольшим трудом, я как ни в чём не бывало пошёл к аптечке, чтобы взять перекись и обработать ранки.       Но я слишком поздно заметил, что до сих пор не переоделся в домашнюю одежду, и отметил себе сразу же после обрабатывания пойти переодеваться. Спешно взяв ватку и налив на неё прозрачную, странно пахнущую жидкость, я стал промывать образовавшиеся синяки и маленькие кровоподтёки, удивительно, как так можно было вообще упасть на ковёр? Хотя если проехаться по нему ногами будет довольно больно, как по крохотным камушкам. Помню как в детстве бежал за отцовской машиной, медленно ехавшей по лесу, и, не заметив выглядывающий из земли корень дерева, запнулся об него и проехался коленями по земле, где вскоре остались неплохие шрамы.       Наконец оглядев проделанную работу, в виде остановившейся крови, я пошёл к себе в комнату, планируя переодеться и начать прибираться за мелких. Совсем недолго стоя у шкафа с различной одеждой, я выбрал первые попавшиеся вещи, более походящие на домашние. Мой выбор пал на светло-зелёную футболку и шорты цвета бордового листа. Взяв по дороге махровый халат, я быстро и тихо прошёл в ванную, собираясь принять душ.       Не совсем прохладная вода обволакивала тело, принося долгожданное удовольствие после тяжёлого трудового дня. Душа будто очищалась от бесконечной рутинной работы и пыли, вместе с водой уходя в слив.       Выйдя из ванной в халате и с полотенцем на голове, меня буквально уже поджидал Чонгук, видно проснувшийся только-только. — Как давно ты пришёл? — сонным голосом спросил он. Было интересно, насколько давно он проснулся, раз такое спрашивает, но отбросив мысли, я быстро сделал вывод, что это не важно вообще. — Не так давно, минут двадцать назад, — спокойно ответил я, растирая мокрые волосы полотенцем. — Значит, ты видел нас.? — с небольшой долей страха и смущения снова задал вопрос брат. — Ну… Да, а что? — я начинал недоумевать, почему ему это так любопытно. — Ах… Ничего. Я дальше спать, спокойной ночи, хён.       А я так и не понял, зачем он это спрашивал. Ну да, он спал рядом с Тэ словно парочка, заснувшая на половине фильма, обняв друг друга, но именно «парочкой» я никогда не считал их и не собираюсь, ибо Гук сам говорил, нет, даже твердил, насколько он натуральный и не притронется ни к одному парню в романтических целях. Да и сам Тэхён весь такой из себя правильный, учится хорошо, иногда занудствует, но вообще он отличный парень, весёлый, любит какао и вечно ходит с младшим. Если так посмотреть, то он совсем разные, но в какой-то степени прям близнецы. Чонгук либо «плохо на него влияет» по словам матери Тэ, либо просто сам ТэТэ так хочет и маму не слушает. Эти двое знакомы с детства, даже помню день, когда они встретились. Был вроде май, середина. Я со школы шёл к садику, который был достаточно далековато, что аж две остановки надо было на автобусе проехать. Идя вдоль дороги от остановки, я через забор видел площадки возле большого двухэтажного здания, дети качались на качелях, кто-то на карусели, кто-то просто в догонялки или прятки играл. Эх, детство… Нет никаких сложных уроков и прочей ерунды, которая тебе в жизни-то не понадобится. Уже подходя к «Детскому Раю», как я его называл, я услышал отчаянный вопль, а далее плач. Обернулся и увидел такую картинку: Чонгук злобно смотря на какого-то мальчика, держит красную машинку, а тот мальчишка, в свою очередь, плачет и зовёт воспитательницу, чтобы та разобралась. Ну знаете, как это иногда бывает, хочешь, значит, поиграть с машинкой, а тут какой-то мальчик её у тебя отбирает и говорит, мол, это его игрушка и вообще он её из дома принёс. Тут и начинаются споры, плачи, крики, драки изредка, в итоге заканчивающиеся злобными родителями обоих детей на них и друг на друга. Чонгук почти каждые две недели во что-нибудь ляпается, вроде: «Он защемил палец моей девочке!», или: «Он осыпал песком моего маленького ребёночка! Как ему не стыдно!!!» ну или вообще такое: «Ваш брат хулиган! Он забрал все игрушки у детей!», хотя на тот момент никто не заметил ещё одного мальчика, у которого было намного больше игрушек. Мда. Вот тебе и справедливость. Но здесь всё немного проще: отдал тому, кому принадлежит и заставил извиниться друг перед другом. — Тэхёнчик, извинись перед Чонгуком, ты ведь первый начал, — заметила воспитательница Мин Чхве. Очень наблюдательная жещина была, как я думаю до сих пор. Она вполне могла быть детективом с такой памятью и внимательностью, но почему-то стала воспитательницей, проработав ею шестнадцать лет. Шестнадцать! Вы просто представьте, сколько она видела выпускников, сколько она видела младшеньких детей, ещё ничего не знающих о жизни, для них она была как вторая бабушка, которая знала всё и любила рассказывать истории про бывших воспитанников. — Прости…я не хотел… я…я просто не знал… что это…твоя машинка, — заикаясь через слово, с ещё невысохшими слезами на глазках, произнёс маленький Тэ. — Ничего, я не обижаюсь, на, можешь поиграть, — с улыбкой ответил Гук, протягивая машинку, за которую так упорно боролся. Добрым был. Да и сейчас такой же, если честно. — Правда? Спасибо! — запрыгал от радости Тэхён, мягко забирая игрушку. Как я помню, братик эту красную машинку оставил ему на целый следующий день, ведь тогда уже был вечер и все уходили, а ТэТэ ушёл с новой «арендованной» игрушкой, радостный такой. А потом, припоминая Гуку этот день, тот только молчал и отводил глаза. До сих не знаю почему.       И вот, вновь смотря в окно, параллельно моя посуду, я вспоминал всё то, что сегодня произошло: грозного Юнги, злобного директора, доброго охранника, всегда готового поддержать, сонных Тэ и Гука. Завтра, слава всему живому, выходной, и я могу его провести с пользой, но, как обычно, я этого делать не буду. Я просто буду целый день залипать в ноутбук, попивая кофе в поисках нормального фильма. А ведь ещё и скоро новый год...Нужно уже начинать искать подарки для мелких.. Отбросив на пока что мысли в сторону, я домыл посуду и поставил по полочкам, свободно и облегчённо вздохнув. Затем я пошёл ставить некоторые окна на проветривание, отметив, что уже стало душно. Присев в кресло у окна и наслаждаясь чистым, морозным, пахнущем зимой, воздухом, я невольно задумался, а почему бы завтра не сходить прогуляться? Снег уже выпал, так почему бы и нет? Он кстати и сейчас идёт, только это уже метель, видно завтра будет либо гололёд, либо сугробища. Скорее гололёд, ведь снежинок не так много. Постепенно уже проваливаясь в сон, я вовремя открываю глаза и закрываю форточки, чтобы никого не продуло. Наконец ложась в кровать, я, случайно посмотрев на рабочую сумку, вспоминаю как нас сегодня директор ругал. Кричал что-то вроде "Сквернословя, вы вредите психике ребёнка, а ведь перед вами был целый класс!!" вообще, ко мне это не относилось, меня вызвали только для того чтобы сделать выговор по поводу опоздания. Все претензии были к Мину, что меня немного радовало и настораживало одновременно. Я даже помню его выражение лица в тот момент: безэмоцианальное, но с ноткой раздражения, губы подрагивали в незаметной усмешке, будто для него это было всего лишь шуткой. Я, упав на кровать, буквально вырубился, даже не укрывшись одеялом, и не сняв полотенце с головы.