У снежного короля к доброму принцу сердце неравнодушно

      Утро выдалось свежим и облачным. Всё звенело и сверкало. Всё двигалось. Ветер пел за окнами. Небо укуталось в тяжёлую шаль серых облаков, пряча солнце. Поэтому стало гораздо прохладней.       Джин проснулся от холодного воздуха, который залетал в комнату. Рядом спал Намджун. Его безмятежное лицо выражало покой. Приятно смотреть на него спящего. Ощущение защиты и тепла. Около ноги Нама спал Перси, так как он мог запросто проходить в комнату через маленькую кошачью дверку. Похоже, Момо сейчас внизу, и стоит сейчас пойти с ним на прогулку. Перед этим нужно привести себя в порядок, к счастью, это недолго.       Через пятнадцать минут Джин надевал на своего пса ошейник с поводком и вышел на улицу.

***

      Намджун проснулся от звука закрытия двери. Скорее всего, Джин ушёл гулять с Момо. Так даже лучше. Можно было подумать, что можно сделать ещё интересного и хорошего для «принца». Можно ему что-нибудь приготовить!.. А, Нам же не умеет готовить. Ну, хорошо… Тогда, купить что-нибудь дорогое… Часы! А зачем? Первое, у Джина были уже часы, которые ему когда-то подарили родители, второе, он парень с хорошим финансовым обеспечением, он в состоянии приобрести подобную вещь самостоятельно. Что же такое?.. И тут Наму пришла славная идея в голову.       Через пол часа вернулся Сокджин. Джун ждал его на кухне.       — Как у тебя получается поздно ложиться и рано вставать?       — Хороший вопрос, — улыбнулся Джин, снимая ошейник с питомца и вытирая тому лапы.       — Ты занят сегодня? Может, какие-то планы?       — Да. Подготовка.       — А вечер?       Джин взглянул на Нама.       — Только если что-то не супер активное, — устало выдыхает парень.       — Я предлагаю тебя прогуляться в парк аттракционов. Мы вроде уже взрослые, и это правда. Нам нужно быть вечно строгими и чёткими, но иногда нужно разгружаться, поэтому я выбрал это место, — пока Джун повествовал, Сокджин подошёл к нему и присел рядом.       — Хорошо. Только если ты будешь сегодня со мной усердно заниматься. А ещё мы съездим к преподавателям на консультации.       Джун закатил глаза, но сразу же взял себя в руки. Он хочет быть как Джин, и, к тому же, он его любит. Поэтому, стоит пожертвовать своим свободным временем.       — Да, да, уговорил.       — Что хочешь на завтрак?       — Смузи из банана, яблока и пломбирного мороженного, а также фруктовый салат. Этого вполне хватит. Также, я бы хотел помочь тебе с этим.       — Ого! Это нужно идти в магазины. Благо, они неподалёку. Тогда, я собираюсь. Не переживай! Я сам. Я возьму немного.

***

      После возвращения из магазинов (уже было одиннадцать часов утра)Джин выдохся. Он не рассчитал: пакеты были тяжёлые. Он покупал всё, что нужно для завтрака? Это не так. Он купил также бытовую химию, другие продукты и прочие вещи, нужные для обустройства дома и по уходу за собой. Именно из-за этого парню было больно и тяжело тащить на себе всё это. Как только Джун его застал, он схватил пакеты и отнёс на кухню.       — Ты говорил, что тебе не нужна помощь! Что ты купишь всё самое лёгкое! Почему ты мне не позвонил?       — Я спортом занимаюсь… Занимался. Я сильный. Я — мужчина. Я должен самоутвердиться как субъект мужского пола! Понимаешь же?       — Нет! Не понимаю! — Намджун сорвался на крик, — ладно, прости пожалуйста. Ты прав. У тебя свои мысли, свой выбор, своё мнение. Прости. Я не прав.       — И ты прости… Они и правда тяжёлые.       — То-то, — буркнул младший.

***

      — Мне бы так готовить! Боже, как вкусно!       — Да ладно тебе. Порезал фрукты взбил — смузи готов. Порезал фрукты, заправил йогуртом — салат готов… Всё. К тому же, ты мне сам помогал, у тебя уже лучше получается резать.       — Сокджин! — всё также восхищённо радовался Джун.       — Какой странный…       После завтрака Джин отправился мыть посуду, а Джун — готовить материалы для подготовки к предстоящим экзаменам.

***

      — Я всё решил, только я не понимаю двадцать пятое задание.       — Я тоже не понял…       — Ох, уж эта физика…       — Наслаждайся тем, что это не термоядерка, — Сокджин не отвлекается от своих заданий.       — Хорошо, как решать пятнадцатое по алгебре?       Джин взглянул, пробежался глазами и написал начало решения:       — Понятно?       — О, а я не додумался сначала.       — Ну, вот. Теперь получилось?       — Да. Спасибо.

***

      Уже два часа дня. Набралось достаточно материала, который хотелось обсудить на консультациях с преподавателями, поэтому Джин едет к дому Нама на своей машине. В это время Джун собирается и надевает приличный костюм.       — Интересно, нормально? — спрашивает себя Джун, вглядываясь в отражение, — вроде…       Пришло сообщение на его телефон.       Любимый: Я около дома       — Зачем я ему тогда соврал, что я записал его как «Ким Сокджин»? — посмеялся Джун.       Он вышел из дома, заперев дверь.       — Хорошо выглядишь, — даёт оценку внешнему виду Джин через открытое окно.       — Спасибо, — садится Нам рядом.       — Поехали?

***

      — Сколько времени?       — Около шести.       — Долго же мы беседовали с преподавателями, — вздыхает старший.       — Не я. Ты очень много у каждого сидел… Корейский, математика, английский, физика, информатика… Я сам заждался тебя, — объясняет бывший хулиган.       Сидевший за рулём начинает смеяться.       — Мне нужно было узнать больше, чем я знаю! Это же всегда интересно!       — Ты и так много знаешь! Для чего? К тому же, есть интернет.       — Я люблю этих преподавателей. Я плохо их знаю как людей, но учителя потрясающие. С детьми потрясающе общаются.       — В этом я согласен. На меня здесь ещё никто никогда не кричал… Ты бы видел, что я творил…       — Прости, что перевожу тему… Я вспомнил кое-что… — машина остановилась на светофоре, — когда меня Чонгук привёз к тебе, будто я проститутка… Я вспомнил… Я же до этого поехал к дяде, который помогает мне содержать компанию. Я там потерял сознание и после оказался здесь, ну, в твоём доме… Я не мог просто-так потерять сознание, потому что я соблюдаю режим, хорошо ем, пью и сплю, не переутруждаюсь, понимаешь? И также я помню, мы пили кофе, как я люблю, эспрессо с сахаром и сливками… Мой был какого-то странного вкуса…       — Хочешь сказать, — машина тронулась, — он тебе подмешал что-то?       — Кажется, наркотик… Потому что я смутно вспоминаю, что было дальше… Если бы я выпил снотворное, ничего бы не помнил… Меня посадили в чью-то машину, куда-то повезли… Затем пересадили в другую машину… Больше не помню — уснул.       — С чего бы ему это делать?       — Понятное дело — отобрать владения. Я — человек с именем в бизнесе. Поэтому, здорово устроить её владельцу плохую репутацию, а потом тихо забрать себе.       — Циничность и лицемерие.

***

      — Давай ещё позанимаемся?       — Не сейчас, у меня вдохновение, — музыкант побежал за бумагой и карандашом.       — Здорово, когда есть вдохновение… — шепчет Джин.       Парни уже сидели дома в тихой обстановке. Сумерки завладели улицей. Огни города стали спасательными маяками. Редкие птицы, пролетающие где-то высоко, громко кричали.       — Вау, я молодец, — гордо смотрит на листок с стихами.       — Дай посмотреть, — просит Джин, отвлекаясь от подготовки к тесту по корейскому.       — Потом.       — Ну, Намджун! — в интонацию добавилась небольшая капризность ребёнка.       — Нет, — отрезал композитор.       Джин разочарованно выдохнул.       — Уже скоро семь… Давай собираться, — перевёл тему Джун.       — Куда?       — В парк, забыл?       — О, нет, конечно!       — Тогда, давай собираться.       Через пятнадцать минут оба были готовы.       — На чём мы поедем? — спросил Джин.       — Тут недалеко, так что, дойдём пешком.       На улице было не ветрено, но свежо. Улицы освещало большое количество огней. Всё блистало и сверкало. Всё дышало осенью.       — Вот и пришли.       Через полчаса они подошли ко входу в этот парк. Всё было яркое и детское. Продавали много сладостей и всего, что так любят дети и те взрослые, кто не забыл себя. Таких, правда, немного. Но они есть, и это — главное. Также здесь было много людей, хоть было и поздно, так как этот парк славился большой популярностью.       — Дай руку, здесь можно потеряться. Ты, наверное, тут не бывал.       — Да. Я тут был только два раза в детстве.       Оба сплели руки. Джин чувствовал тепло, а Намджун — сердцебиение через руки.       — Куда бы ты хотел?       — Честно, в таких парках мне всегда нравилось только «Колесо обозрения».       — Ну, хорошо. Ты тем более очень устал, я могу понять. Я тоже не прочь сходить туда.       Вот они сидели в кабине.       — Вау! Так давно не поднимался… Боже, мы сейчас всё увидим! Все огни!.. Этот город!.. — восхищался старший как ребёнок.       — «Если любовь и ненависть это одно и то же, то я люблю тебя — Сеул, если любовь и ненависть это одно и то же, то я ненавижу тебя — Сеул» — напевает Нам строчку из своего рэпа.       Несколько секунд они молчали, пока поднимались на некую высоту.       — Знаешь, Намджун, мне нужно кое-что сказать…       — Да, я слушаю, — Нам заглянул в глаза любимого.       Джун прикусил губу от озадаченности и отвёл взгляд. После он снова поднял глаза и подсел к младшему.       — Я — гей, — Джин смотрел в глаза Джуну, — я люблю тебя.       После этих слов последовал тёплый и мягкий поцелуй, который Нам, конечно же, принял. Они целовались недолго. Джин первый отпустил Джуна и отсел от него, хитро улыбнувшись.       — Что чувствуешь? — спросил «принц».       — Не знаю, — посмеялся Намджун.       — Я тоже, — произнёс шёпотом Джин.       Это была настоящая любовь. Вот она. Тихая. Незаметная. Даже невидимая. Но она проникала в грудь обоих парней, которые смотрели друг другу не в глаза, а в душу. Эти влюблённые тёплые взгляды. Тихо расплывающиеся улыбки. И тихий смех.       — Ким Сокджин!       Джин перестал смеяться:       — Кто это? Ты же слышал?       Нам замер:       — Да.       — Ким Намджун!       — Кто ты?       — Я знаю тебя, — отозвался Джин.       — Тише, тише! Эта глава заканчивается.       — Какая глава? — не понял Джун.       — Сейчас всё закончится, я тебе объясню.       — Сейчас, только уточню кое-что для других, подождите.       Выйдя из кабины, они взялись за руки и пошли гулять по городу.