Сrazy vacation

От Октавии Кларк узнала одну особенность о Лексе: каждый вечер она совершала оздоровительную пробежку. Для нее это был ритуал перед сном. Он успокаивал нервы и помогал выплеснуть свои эмоции и энергию, которые выходили за края нормального. В этот вечер у Кларк назывался "Вечер отдыха от алкоголя". Полдня у нее болела голова, и она ничего не ела. Октавия с Адама ушли на пляж час назад. В доме была только она и Лекса. Идея пакости пришла к ней в голову, когда она споткнулась в прихожей о кроссовки. - Черт, что за... А! Она мигом помчалась в свою комнату, достала косметичку, где можно было найти практически все, даже Нарнию, взяла клей "Секунда" и вернулась вниз. Улыбка злого гения не сходила у нее с губ. - Что я творю? Я не должна опускаться до ее уровня. Но ее надо проучить. Кларк вспомнила встречу после клуба, слова, потом утро, воду, а точнее отсутствие воды, кофе, бассейн. Чаша весов склонилась к действию. Приговор был окончательный. Сомнения больше не терзали душу. Она нанесла на подошву сначала одного кроссовка, потом другого щедрые мазки клея и поставила на пол носками к двери. Лекса просто сунет ступню и пойдет. Шнурков то нет, завязывать нечего. Кухня находилась за углом, туда Кларк и оправилась выжидать. От сюда она точно увидеть, как Лекса спускается, и успеет заснять эпичное падение. Нервы находились в напряжении, а по крови бежал электрический ток. Кларк не могла сидеть спокойно на одной месте. Она то ходила, то садилась на стул, снова вставала и ходила. Открывала холодильник, что-то высматривала, закрывала, так ничего и не взяв. Лекса вальяжно спустилась и окинула Кларк взглядом. - Как себя чувствуешь? - с ноткой стеба спросила Лекса, - Вчера ты, мягкого говоря, выглядела слишком пьяной. И все время пыталась меня соблазнить. Тут я тебя не виню, я слишком харизматична. - Не льсти себе. Если я даже и подкатывала к тебе, то это только потому, что я была пьяна, а ты выглядела расстроенной. И если бы я переспала с тобой, то из жалости. - А может я специально грустила, чтобы соблазнить тебя? - коварный огонек вспыхнул в глазах и в дьявольски-обольстительной улыбке. - Это глупо, - единственный ответ, который пришел в голову Кларк. Не впервые ей трудно подобрать слова в перепалке с Лексой. Кларк винит дурную ауру исходящую от соседке. - Тем не менее ты попалась, - Лекса поиграла бровями и, раскачивая бедрами из стороны в сторону, пошла надевать кроссовки. Кларк не могла не заметить, как задница Лексы смотрится в обтягивающих шортах. Она прикусила губу, пока другая девушка опираясь на стену надевала кроссовки. Спустя несколько секунды Лекса хотела сделать шаг и упала, машинально подставив руки вперед. Раздался грохот, подобный звуку упавшему стулу. Она разбила губу и посадила ссадину на локте. - Кларк! - пронеслось по первому этажу дома. Кларк смеясь побежала в кухню и остановилась у стола. "А зачем мне от нее бегать, - подумала она, - Что мне будет? 2:1. Она ведет". Разгневанная, лохматая Лекса рванула за Кларк. Она схватила ее и толкнула к холодильнику, магнитики посыпались, и вплотную встала, заблокировав выход с обоих сторон руками. Кларк смотрела в потемневшие зеленые глаза, где искрился и бурлил коктейль не только из злости и гнева, а еще дикой, безумной страсти и возбуждения. Кларк впервые поняла Лексу, потому что заглянула глубже и дольше обычного, и увидела себя глазами Лексы, пропустила ее переживания, страдания, боль через себя. "Она приставала ко мне не из-за того, что я ей не нравлюсь, все дело в Адаме и Октавии. Она до сих пор любит ее, а я сестра ненавистного ей человека и следовательно крайняя или как говорят в народе: мальчик для битья. В моем случае девочка". - Кларк, ты нарываешься, - Лекса прижалась лбом ко лбу. - Я всего лишь продолжаю начатую тобой игру. - Я снимала этот дом, и только я имею право прикалываться над всеми, - каждое слово пропитано ядом, - Поняла? А если тебе что-то не нравится, можешь пойти и перекантоваться в любом доме терпимости. Твои навыки тебе это позволяют. Кларк с силой оттолкнула ее и замахнувшись ударила ладонью по щеке. Остался красный след. Ее гордость была оскорблена и задета. И может быть она понимала, почему Лекса поступает так, а не иначе, но не могла простить оскорбительного поведения по отношению к ней. Лекса, как часто бывало, с ней во время бурных эмоций не контролировала себя и свой язык. Пощечина отрезвила ее разум. Она провела языком по нижней губе, где была ссадина, подняла взгляд и встретилась с глазами Кларк, ледяными и колючими. Она показалась ей самой привлекательной девушкой, которую она встречала. Ни в чьих чертах нет столько нежности, тонкости, мягкости в сочетании с уверенности, страстностью, строгости, серьезностью, загадочностью, таинственностью, как в лице Кларк. Снова поддавшись порыву, Лекса прижала свои телом Кларк к холодильнику, с неуверенной страстью коснулась губ Кларк несколько раз. Тонкая накаленная проволока вспыхнула. Дикое пламя разгоралось, где-то внизу живота и расползалось по телу вместе с горячей кровью. Она запустила обе руки под майку и, чуть поднимая ее вверх, порхала пальцами по пояснице, усиливая электромагнитное возбуждение, которое образовалось между ними. Лекса оторвала Кларк от холодильника и пихнула на стол. А сама пристроилась между ног, нависая сверху. Тяжёлые, страстные поцелуи обрушивались на лицо, шею и ключицу. Томные вздохи только лишь еще больше накаляли атмосферу. Реальность осталась за пределами возбуждения. - Лекса, - Кларк попыталась остановить процесс, схватив Лексу за плечи, - Стой, - ее голос перешел в стон. Кларк толкнула сильнее. Лекса шагнула назад и пошатнулась. - Я что-то не то сделала? - ее голос дрожал от волнения, - Прости? - за долгое время это простое слово преобразовалось из мысли в звук. Кларк спрыгнула со стола. В прихожей хлопнула дверь, и послышались веселые громкие голоса Октавии и Адама. Они, свернув за угол, оказались на кухне и в недоумении уставились на девушек. Парочка стала причиной, из-за которой Кларк прервала процесс.. - Лекса, что у тебя с губой? И щекой? И локтем? - первая очнулась из минутного забытья Октавия, - Вы подрались? Кларк ты ее ударила? Как ты могла! - Я упала, - ответила Лекса, - Кларк здесь не причем. Она мне вообще хотела обработать раны. Адам и Октавия подозрительно сощурили глаза. - Да, - подала голос Кларк, ее тело до сих пор била мелкая дрожь, после прикосновений Лексы, - Все так и было. Пошли наверх, в ванной есть аптечка. Ранка на локте пенилась от перекиси водорода. Сидя на краю ванной, Лекса слегка постанывала от боли, тем самым возбуждая Кларк. - Ты можешь перестать издавать звуки? - Кларк намочила ватную палочку антисептиком и, присев на корточки напротив Лексы, аккуратно схватив ее за плечо, чтобы не упасть, обработала ссадину на губе. Все ее мысли были о том, как Лекса только начала познавать азы ее тела, как ее губы нежно скользили по коже, задевая все нервные окончания, – Не то, чтобы меня это раздражало, наоборот вызывает желание. - Я постараюсь не вводить тебя в возбуждение, но я не виновата, что такая секаЗная. - Знаешь, что мне говорит мама, когда моя самооценка зашкаливает? Спустись на крышу с окурками. - Что за крыша с окурками? - усмехнувшись спросила Лекса. - Когда мы жили в Нью-Йорке в пятиэтажном доме, - рука с палочкой замерла, - там был крыльцо, а над крыльцом козырек. И, когда соседи выходили курить, они бросали окурки на него. Однажды мы с мамой посмотрели из окна вниз: вся крыша была усеянная ими. Теперь это что-то наподобие семейного прикола. Лекса почувствовала, что Кларк делиться одним из тех важных, но на первый взгляд простым рассказом о семье. На самом деле он много для нее значил. Как и любое другое воспоминание связанное с семьей. - Глупый рассказ, - для нее не свойственно делиться сокровенным в трезвом состоянии, да и в пьяном не всегда. Она выкинула палочку, резко поднялась и собралась уйти. - Кларк, - Лекса схватила ее за руку и притянула к себе, - Извини за то, что я наговорила тебе. Это все в состоянии гнева. - Именно в гневе часто всплывают истинные мысли. - Не всегда. Иногда хочется сделать больно. Как в моем случае. На самом деле я так не думаю. И еще мне немного стыдно за кофе, бассейн, что-то там ещё, что я тебе сделала. Прости? - Я давно все уже забыла. Так что не парься. - Тогда друзья? - Лекса протянула мизинчик правой руки, на котором было обычное металлическое кольцо с непонятной гравировкой. - После того, что было на кухне, мы точно чуть больше чем друзья, - Кларк протянула мизинчик в ответ, - Точно! - по детски воскликнула она, - В знак нашего союза я хочу вот это кольцо. - Ладно, - проговорила Лекса, стягивая с маленький круг с мизинца, и протянула, - Я дарю тебе кольцо, хотя мы даже не женимся. - Это пока что. Может в скором времени ты в меня влюбишься и сделаешь мне предложение? М? "Я уже влюбилась в тебя,"- далеко в подсознании Лексы пробежало. Что-то в ней закипало, зажигалось и растекалось при виде Кларк, при звуки ее хриплого голоса и необычного смешного смеха, при мысли о ней. Но она не задумывалась о чувствах, которые испытала, для нее это было чуждо также как анализ поступков. - Ты уверена? Может что-нибудь другое? Просто оно ничего не стоит. Обычная железяка. - Поправь меня, если я не права. Ты состоятельная девушка, которая может позволить себе украшения из золота, но тем не менее ты носишь кусок обычного металла. Значит что-то оно для тебя значит. - Ты права. Его мне дал отец перед моим первым экзаменом, сказав, что оно приносит удачу. Мне кажется, что он тогда соврал, чтобы помочь мне. Я очень сильно переживала. Я не снимала его с 16 лет, время доказало, что оно и правда магическое. "Она верит в волшебство, как это мило", - губ Кларк коснулась улыбка. - Обещаю, я буду беречь его. Спокойной ночи, - Кларк вышла, плотно закрыв за собой дверь.