Сrazy vacation

— Знаешь, что? — Кларк стянула сыр с тарелки, пока мамка не видит. — Ты уже надралась в хлам? —Рейвен выгнула бровь, бросила быстрый взгляд на подругу и вернулась к телефону. — Нет, я выпила всего четыре бокала вина. И выпью еще столько же. Сидеть с друзьями родителей скучно, поэтому вы здесь. Они буду говорить на взрослые темы, а мы на детские. — Между прочим... — Эбигейл Гриффин вошла в гостиную с подносом полным маленьких сэндвичей. — Кларк, хватить тырить сыр! Найди себе что-нибудь другое или потерпи, когда придут гости. Эхо, немедленно выпрямись, — выпрямились все, не только Эхо. — Рейвен, убери телефон. Ведите себя культурно, — она поставила поднос на маленький столик, — И не позорьтесь перед Бенджамином и его дочерью. — У него есть дочь? — Кларк знала дядю Бена, как она его звала, 15 лет и только сейчас узнала, что у него есть дочь. Бенджамин был первый, кто вручил Кларк бутылку пива и сигарету, ей было всего 12. Он сказал: "Лучше сразу попробовать и понять, есть ли у тебя тяга к вредным привычкам". Как оказалось к первому тяга есть. До сих пор продолжается. А от сигареты Кларк закашляла, как только втянула дым, это был ее первый и последний раз, когда она курила табак. В дальнейшем только травка, только в медицинских целях (нет). — Она старше тебя на три года. Будь с ней милой. У вас с ней может быть много общего. — Например, мы дышим с ней одним воздухом, — Эбби закатила глаза: привычное явления, когда мама встречается с дочерью. — Не люблю людей старше меня, они кажутся мудрее. Чувствуется в них какое-то превосходство. Если, конечно, они не тупые, тогда я чувствую свое преимущество. И могу их убить силой знаний. — Это уж точно, — Рейвен отправила последнее сообщение Луне со словами "ссори, злая тетя отбирает телефон, сопьемся позже", — Начни говорить про "Войну и мир", все тут же умрут со скуки. — Как ты смеешь так говорить про величайшее творение в истории мира? Роман охватывает все области бытия: любовь, счастье, искание смысла жизни, измена, честь, преданность Родине. В нем есть все! — Ну зачем ты начала? — Эхо зло пнула Рейвен. — Теперь мы ее не остановим. Кинь в нее сыром, может отвлечем ненадолго. — Все, я молчу, — Кларк налила себе полный до краев бокал вина и выпила. — Вот, что я хотела сказать... — Откройте кто-нибудь дверь, — крикнула Эбби из кухни. — Открыто, — крикнула Рейвен. — Ведем себя культурно, кто бы не пришел, мы же, блядь, культурные дамы? — в комнату вошли две девушки. Из-за солнца, заполняющего все углы, никто долго не мог понять, кто перед ними. Кларк лежала на диване, прильнув к подлокотнику и не видела, кто вошел. Да ее это мало интересовало. Она пришла выполнить свой долг дочери, посидеть с родителями, выпить качественного вина, которого не найдешь на студенческих вечеринках, и уйти. В сумке у нее лежал билет на ночной вылет в Бостон: она собиралась возвращаться в университет. — Луна, в рот мне ноги, —крикнула Рейвен, ударила по столу, встала, опрокинула вино на новые шорты Эхо и побежала обниматься с гостьей. Кларк откинула голову назад и столкнулась со взглядом Лекса. — Что ты тут делаешь? — Кларк пыталась собрать мысли в кучу и проанализировать. Выпитое вино, замедляло и затрудняло процесс. — Могу спросить тебя о том же, — Лекса нагнулась, ее подбородок коснулся щеки Кларк, а губы - губ. Быстро, легко, целомудренно. Густой сумрак застилал разум. Алкоголь давал о себе знать. Он усиливал в Кларк жажду чужого тепла, чужого тела. И неожиданно появилась Лекса. — Пойду в кухню, поздороваюсь, с Джейком. —Ага, я тоже. Кларк и Лекса быстро удалились под осуждающие взгляды. — Мне кажется или они совсем не в кухню пошли? — Рейвен налила Луне вина, — И нас жестко нае... аха ха ха обманули? Эбби творила в кухне. Вообще она редко, когда бралась за готовку, это была не ее сильная сторона. Но в Майами, в их домике для отдыха, не было прислуги, как в Лос-Анджелесе, пришлось готовить самой. Она открыла духовку и вытащила запеченную картошку с сыром. Откуда-то ( уж точно не из гостиной) появились Кларк и Лекса. — Здравствуйте, — Лекса вежливо улыбнулась уголками губ. — Боже, Лекса, как ты выросла. Ты будешь картошку? — Да, я специально не ужинала. — Признавайся, когда последний раз ела домашней еды? — Да я ей недавно готовила, — вмешалась Кларк, градус алкоголя в ее крови слегка поубавилось из-за физических упражнений, которыми она занималась вместе с Лексой — Ты заварила мне доширак. — Дошик по-особому секретному рецепту,- поправочка. — Я добавила туда кусочек сыра и колбаски. — Только не говори, что ты выболтала ей наш секретный секрет дошика, — Рейвен вошла в кухню с пустой тарелкой. — У нас закончился сыр. И вино. Адам и Октавия были главное темой обсуждения. Эбби и Джейк тонко намекали им на свадьбу и детей. Адам отмахивался, Октавия мило улыбалась и кивала: хотела понравиться семье ее парня. Кларк была премного благодарна, что у нее есть старший брат, который обратил на себя око родителей, как и на всех остальных семейных и не семейных праздниках, а она оставалась в тени и наслаждалась этим. Никто не досаждал ей: мальчики наверное толпами бегают за тобой? Когда замуж? Сколько детей планируешь? Кларк вообще не думала о замужестве или женитьбе. Чтобы она добровольно зарегистрировала рабство – ни за что! Получилось своеобразное разделение на группы: Джейк, Эбби, Адам и Октавия сидели у левой стены, болтали о семейной жизни, Луна с Рейвен валялись под большим растением Рози, Кларк, Бен, Лекса и Эхо на диване у окна. Мужик из Фейсбука: ты слыхала, что хотят установить камеры в общаге? Мужик из Фейсбука был Роан, который учился в магистратуре на историческом факультете в одном университете с Кларк, Рейвен и Эхо. Они познакомились в Фейсбуке за один день до начала первого курса Гриффин. Она так его и не переименовала. Прошло уже целых шесть лет. Кларк: нет, значит мы не сможешь устраивать вечеринки в общаге? Мужик из Фейсбука: миссис Кайт против, она думает написать петицию. Ты готовишься к неделе убийств? Я да *фотка в спортзале*. Если ты победила в прошлом году, это не значит, что победишь в этом. Кларк: Попизди мне тут еще. Я нагну тебя, как два пальца в рот. —С кем ты переписываешься? — Лекса, наклонив голову в сторону, попыталась подсмотреть. — Да так, — Кларк тут же спрятала телефон в карман. — Неважно. Личная жизнь в понятиях Кларк должна быть чем-то тайным, только принадлежавшей ей. Людей, которые нарушают ее право на тайную переписку и личную жизнь, старалась не впускать в круг общения. Это был не бзик всегда следовать законам. Слишком назойливые людишки надоедают, а если их еще любить, то они превращаются в злобных тиранов, без чьего согласия нельзя ступить шагу. Опыт такой был. Фантазия и паранойя – ядерный коктейль Молотова. — Лекса, — Бен прошептал, услышали его только те, кто был рядом: Кларк, Эхо и Лекса. — Разве Октавия это не та девушка, с которой ты хотела обручиться? Определенно это была самая интересная тема за последний час. — Эммм... ну да. Давай не будем говорить об этом. Все в прошлом. Люди расстаются, это нормальное явление в мире. Я же не возникала, когда ты разводился с мамой. — Кларк, как учеба? — пропустив последние слова дочери, Бен облокотившись, вынырнул из-за плеча Лексы. — Нашла кого-нибудь? Если есть вопросы, спрашивай. — Ты объяснил мне, как все устроено в еще 14 лет. — Я говорил чисто про физиологию: что к чему. А как все происходит здесь, — он коснулся двумя пальцами виска, — Я не объяснял. Ничего не подумай, хочу помочь по-дружески. Если не надо, то можешь послать меня. Не обижусь — Что здесь происходит? — вмешалась Лекса, коснувшись коленки Кларк. Она увидела в отце потенциального соперника. — Это называется разговор, милая, — Бен налил девушкам вина, себе виски. — Попробуй как-нибудь. Стрелка часов ползла к девяти. Кларк выпила десятый бокал и не ощущала легкости, как обычно бывало. Она машинально отвечала на вопросы родителей и дяди Бена и улыбалась. Все шло хорошо, пока Лекса не начала вмешиваться в ее личную жизнь. Она еще раз убедилась, что правильное выбрала решение: вернуться в Бостон раньше времени. — Я сейчас приду, — Кларк поднялась с дивана и вышла в ванную. За ней Эхо и Рейвен. Алкоголь отключил чувство страха. Уйти с семейного праздника, значит в дальнейшем выслушивать от родителей нотацию. Раньше они угрожали карманными деньгами, больше этого козыря у них нет. — Что случилось? — Рейвен села у ванной. Она тоже весьма переборщила с алкоголем, все потому, что рядом Луна. — У меня в одиннадцать вечера самолет. — Куда? — В Бостон. — Но каникулы еще не закончились, — Рейвен не понимала, что происходит. — Все дело в Лексе. Наши взаимоотношения слишком быстро развиваются. Меня это пугает. Я не боюсь начать встречаться с кем-то. Я боюсь повторения истории: потерять свою индивидуальность, свободу и личность. Итак свобода ограничена законом, и я следую этим законам, потому что так становлюсь свободной не только я, но и общество. Но неправильно, когда свободу одного человека, ограничивает другой, при этом не имея права делать это. Любовь – рабство. Один всегда подчиняется другому. Нет равноправия в отношениях. Я не хочу так. И еще не могу понять, нравится она мне или нет. — Я знаю верный способ проверить, — Эхо с лицом эксперта подмигнула. — Надо напиться до говна, чье лицо будет всплывать перед глазами, и ты начнешь выть, как белуга – вот это и есть человек, который нравится. — Я думаю о ней сейчас. И завтра буду думать. И послезавтра. Я поеду в аэропорт, — Кларк сняла с мизинца кольцо и передала Эхо. — Отдай Лексе завтра, оно приносит ей удачу. Запомни, завтра! Не раньше. — А ты не хочешь с ней поговорить, как обычно это делают люди? — Эхо убрала кольцо в карман. Рейвен заснула, прильнув спиной к бортику ванной. — Нет, слишком банально. Я уеду. Не хочу ввязываться в проблемы под названием отношения. Подожди, не буди ее, — Кларк достала из ящика тумбочки ручку и нарисовала Рей усы. — Сученька, один-один. Я ща выйду через черный вход, никому ни слова. До встречи.