wake up, my dear corpse.

В городе в последнее время стали происходить странные вещи. Ким Сэюн, казалось, был этому только рад. Всё чаще и чаще по новостям сообщали, что нашли очередное мёртвое тело с обильным недостатком крови в организме. Можно было подумать, что в городе как в каких-то дурацких голливудских фильмах орудуют вампиры, но Сэюн не верил во всю эту чепуху с мистикой. Проработав в похоронном бюро отца чуть ли не с пеленок, как-то не особо верится в то, что если ты, ошиваясь 20 лет среди гробов (а иногда и среди их будущих обитателей, которых привозили на замер), не заметил ничего сверхъестественного, то в мире это вообще существует как таковое. Рад был парень, потому что дела в их конторе резко пошли вверх. Заказы сыпались пачками: и на гробы, и на хор старушек, который у брюнета уже поперек горла стоял. Сегодня должны привезти какого-то сверхважного покойника. Ну, уже он, конечно, не такой уж и важный, но при жизни явно был не последним чмошником с улицы. Киму пришел заказ на общую сумму около 4х миллионов вон (один вычурный гроб с дорогущей тканью стоит чуть ли не половину всей суммы). И вот, сегодня этого мажорчика привезут на проверку, так сказать. «Удобно» ли ему лежаться будет. Вообще, Сэюн любил свою работу. Ему очень нравилось говорить с мертвыми, пока отец решал дела с заказчиками в соседней комнате. Он любил размышлять, как тот или иной человек умер, что его сподвигло на самоубийство, если таковое состоялось, и так далее. — Сынок, помоги покойного занести! Парень закатил глаза и поплелся к парадному входу. Снова все эти процедуры с сантиметром, выслушивания слёз и тирад родственников, фразы наподобие «я так хочу, чтобы мы провели его красиво»… Задрало. На удивление, этот клиент оказался вообще неразговорчивым. Он лишь сообщил, что хочет красную ткань внутри гроба, а сам гроб из мадагаскарского эбена*. Ким младший принял это во внимание, записав в свой блокнот. После, когда отец с заказчиком ушли решать финансовые вопросы, Сэюн, как и в каждый другой день, остался наедине с покойником. — Ну, привет… Ким Бенкван? Интересное имя. Не фамилия, конечно, таких нас много, хех… А ты красивый. Был. От чего умер? Тут не сообщается. Может, от этих дурацких вампиров, о которых все кричат? Но скорее всего ты просто утонул, судя по твоей синеватой коже, — Сэюн встал с табуретки около гроба и повернулся к покойнику спиной, расставляя какие-то документы на своем рабочем столе. — А вообще, ты ничего так, будь бы ты жив… — Трахнул бы меня? Сэюн вот вообще не хотел сейчас разворачиваться. Ни капли. Он молился, что это просто его дебильное воображение и переработанные часы в темной каморке. Но почему-то так резко вот прям захотелось в обморок упасть. И с чего бы это? — Тебе не послышалось, не дрожи так. Живот скрутило, страх переполнил брюнета полностью. Не каждый, блять, день тебе задает вопросы интимного характера покойник позади тебя. — Ладно, я сейчас развернусь. И ты будешь лежать такой же мертвый, как и лежал. Надеюсь. Сэюн с громким звуком набрал воздуха в грудь и с таким же громким звуком его выпустил, когда понял, что перед ним уже не лежит, а сидит в гробу, опираясь ладонью на табуретку, Бенкван. — У меня, сука, лежит твоё свидетельство о смерти. Ты синющий, как утопленник. Твоё сердце не бьется. Я сейчас позову отца, — парень направился к выходу из каморки, но рука Бенквана обхватила его запястье и резко потянула на себя, буквально насильно усадив на табуретку. — Мой напарник уже позаботился о том, чтобы твой отец спокойно уехал домой и напрочь забыл, что такой заказ как я вообще существовал. А теперь давай проверим, выдержит ли этот гроб двоих, — блондин улыбнулся и облизнулся, из-за чего во внимание Сэюна попали очень острые и длинные клыки. — Я никогда не был пугливым, но ты понимаешь, в какой я сейчас ситуации? Я сижу у гроба и разговариваю с человеком, у которого не бьется сердце, огромные клыки и напарник с даром… Внушения? Господи, да что вообще происходит? — Побойся Бога, он тебе тут явно не поможет, а мне он вообще не указ, — Бенкван, все ещё не переставая сжимать запястье Сэюна, потянулся к шее парня и легонько прикусил кожу. Из уст брюнета вырвался едва слышный томный стон. — Нравится? Могу сильнее, — вампир провел по шее парня языком до мочки уха и едва прокусил клыками шею до крови. — Блять! Больно же, — Сэюн резко вскочил с табуретки и уставился на «покойника» сверху-вниз. — А хочешь, чтобы я сделал приятно? Брюнет уже не возражал. Он уже ничего, мать его, не понимал, да и не собирался, в общем. Бенкван решил, что молчание — знак согласия. Вампир потянулся к пряжке ремня на джинсах Кима и начал расстегивать ремень, но, когда уже собрался перейти к более радикальным действиям, остановился. — Не против, если я наложу на тебя заклинание опьянения? Так веселее будет. А вообще, зачем я спрашиваю, я же тут главный, — Бенкван снова усмехнулся и буквально в считанные секунды исполнил задуманное. Вообще, вампир думал как всегда провернуть всё по-быстрому и уйти, но ему так понравилось удовлетворенное лицо этого красавчика во время минета, да еще и под заклинанием, что парень решил никуда не спешить. Он вообще любит это дело. Находит себе «жертву» и развлекается. Но за Сэюном он наблюдал уже больше месяца и никак не мог подобраться, что странно. Тот имеет какую-то странную ауру, что-то, что не дает убить его, а лишь самому убийственно влюбиться. Кланам нельзя оставаться в городах больше, чем на неделю, сейчас сложные времена. Но Бенкван поклялся себе, что никуда не уедет без Сэюна. Мертвого или живого, не суть. Лицо парня освещалось тусклым лунным светом из маленького окна в помещении. Конечно, никто бы не пришел утром. Потому что солнце — смертельная хрень. Бенкван прожил на этом свете более четырехста лет и это он уж точно запомнил. Увлекательное занятие вдруг прервал голос брюнета. — Кто ты и почему именно я? Вампир поднял взгляд на Сэюна и первый раз за всё свое существование не знал, что ответить на вторую часть вопроса. А правда, почему именно он? Почему этот красивый и обаятельный парень с бездонно шоколадными глазами и прекрасной улыбкой настолько заворожил его разум, что Бенкван даже не собирается быстро получить от него всё, что хотел и убить, не оставив и следа после произошедшего? Возможно, это то, чего он искал так долго. Не возможно, а с огромной вероятностью. Взгляд блондина был настолько пронзительным, что Ким не мог больше терпеть. Ему было всё равно, кто перед ним — человек или непонятное сверхъестественное существо, что ему нужно и будет ли он жив после всего этого, но сейчас ему хотелось одного. Того же, что и человеку напротив. Сэюн резким движением потянул Бенквана на себя и заставил выбраться из гроба, швырнув того прямо на пол. Вампир был в недоумении от таких действий, но ему даже нравилось. Нравилось, когда его не боятся. Первый поцелуй вышел рваным и торопливым, но страсть просто окутала их с головы до ног, поэтому иначе быть и не могло. Бенкван всё же перехватил инициативу в свои руки и, воспользовавшись своей вампирской силой, в долю секунды оказался сверху на бедрах парня, завев тому руки за голову. — Ты такой красивый, когда беспомощный. Представляю, каким ты будешь когда станешь таким же, как и я. — А кто ты? — Сэюн беспомощно, но влюбленно смотрел в глаза блондина. — А разве ты еще не понял? Бенкван уже настойчивей впился в губы парня под ним, слегка покусывая их своими клыками. Слизывая кровь, вампир отпустил правую руку Сэюна и принялся расстегивать его черную рубашку. Шею обойти было большим искушением, но Ким справился и принялся покрывать алыми засосами грудь брюнета, который уже вовсю извивался под ним. Бенкван провел языком от левого соска парня к пупку и стал стягивать с него штаны вместе с нижним бельем. Никого сейчас не волновало, что дверь открыта, что они друг друга знают меньше часа, что Бенкван, вообще-то, явился сюда в мертвом виде. За долю секунды вампир избавил от одежды себя, как именно Сэюн даже не понял, и почти сразу насадился сверху на член парня. Тот буквально взвыл от неожиданности, но как же это было приятно. У него не было секса более трех лет и настолько яркие ощущения, еще и вперемешку с какой-то странной аурой партнера просто сносили ему крышу. Ким продолжал двигаться вверх-вниз, плавно, не спеша, при этом наклоняясь и томно дыша в шею Сэюну. Не сейчас, еще не время. Брюнет же решил всё-таки воспользоваться своей ролью актива и переместил вампира под себя, закинув его правую ногу себе на плечо. Из-за того, что парень был хорошо растянут, Киму не составило труда резко сменять темп с плавного на резкие толчки и входить в блондина на всю длину. Сэюн целовал его как в последний раз, возможно зная, что потом всё будет иначе. — Я… Сейчас… Бенкван знал, что нельзя терять ни секунды. Он снова своей вампирской силой переместился на бедра парня, но не стал насаживаться на его член, а начал проводить по нему рукой, приводя к разрядке. — Умереть во время оргазма круто, не так ли? — Да мне уже всё равно, — лицо Сэюна с прикрытыми глазами отражало всё краски блаженства, что не могло не восхищать вампира. — Зато потом я подарю тебе вечную жизнь и еще миллионы оргазмов, мой сладкий. Только мой. Укус. Крик. То ли от удовольствия, то ли от боли. А может, всё вместе. Кровавые пятна на теле, на полу, на крышке гроба, лежащей рядом. Всё так, как нужно. И всегда будет так. *** — А помнишь, как мы познакомились? — Да хрен забудешь, полвека прошло, а я всё ещё боюсь поворачиваться к кому-либо спиной, хотя у меня теперь ментально глаза и уши даже на затылке. Двое вампиров сидели в обнимку на терассе своего особняка в забытой глубинке где-то под Сеулом и попивали из пакетиков кровавый сок. А в родном городе Сэюна по прежнему происходили странные вещи, только виной этому был уже он сам.