Дракон

      Маг суетливо бегал по маленькой комнатке, что-то быстро бормоча и убирая весь беспорядок, что творился в его обители: он стремительно подбирал разбросанные по полу и столам книги, приспособления для приготовления зелий и эликсиров и другой хлам, что был практически у каждого уважающего себя чародея, не зависимо от его принадлежности к белым или чёрным. Найтмер же просто стоял и наблюдал за беготнёй Гастера, опасаясь, как бы он ни задел одну из полок со склянками и ни устроил здесь очередной взрыв. Вот маг привёл своё жилище в более-менее божеский вид и, с облегчённым вздохом, повернулся к будущему правителю. — Прошу простить меня, ваше высочество. Столько работы, просто не остаётся времени на порядок, — виновато протянул маг, неловко почесав затылок. — Вы проходите, присаживайтесь, — монстр выдвинул из-за стола стул, предлагая Найту присесть. — Благодарю, но я предпочту постоять, — уверенно ответил принц, с опаской взглянув на предложенное сидение. — Не буду принуждать, — сказал Гастер, ставя стул на место. — Так о чем вы хотели поговорить? — маг сцепил ладони. — Мне кажется меня прокляли, — ответил на это Кошмар. — С чего вы взяли? — лицо придворного чародея удивлённо вытянулось. — У меня на плече появился странный рисунок, которого ещё вчера не было, — ответил принц, задумчиво уставившись в одну точку. — Я читал о проклятьях… И… Это совершенно не похоже на магическую метку, но мало ли. Я не знаю, какого уровня могли достичь черно-маги за эти годы, — так же задумчиво проговорил он.       Лицо Гастера вмиг стало серьёзным. Он уже имел дело с сильными проклятьями и знал, как тяжело их снять, особенно если оно лежит на человеке или монстре уже не один день. Если опасения Найтмера оправдаются, то он принял верное решение, сразу же обратившись к нему. — Могу ли я взглянуть на этот рисунок? — спросил Гастер, сурово взглянув на Найта. — Да, конечно, — принц стал стягивать с плеч кафтан и закатывать рукав.       Маг подошёл к наследнику ближе, рассматривая изображение дракончика на его плечевых костях. Его взгляд стал ещё более задумчивым. Да, это не было похоже на колдовскую метку, но принц был прав: тёмные чародеи тоже не стоят на месте и изобретают новые изощрённые уловки, чтобы скрыть свою причастность к тому или иному проклятью. — Сею минуту, мой принц, — сказал маг, бросившись к одному из шкафов с эликсирами.       Он стал что-то искать меж разноцветных скляночек и баночек, всё время повторяя: «Где же он? Я помню, что ставил его в этот шкаф». — Нашёл! — громко вскрикнул чародей, выуживая из шкафа маленькую прозрачную баночку с такой же прозрачной густой жидкостью.       Чародей подскочил к столу и, намотав на тоненькую стеклянную палочку клочок ткани, откупорил баночку и обмакнул палочку в жидкость. Затем Гастер подошёл к Кошмару и осторожно провёл мокрым концом палочки по рисунку. Принц немного вздрогнул от прикосновения холодного предмета к костям, но ничего не сказал, ведь знал, что если этот чудак что-то делает со столь серьёзным лицом, значит, так нужно, если это что-то, конечно, не касается новых зелий и магических снадобий. Белый маг отстранённо посмотрел на палочку и окунул её обратно в жидкость. Зелье постепенно приняло розовый оттенок, а чародей облегчённо вздохнул, опустившись на лавку. — Что это значит? — спросил Найтмер, глядя на теперь уже ярко пурпурное зелье. — Вы не прокляты, ваше высочество, — ответил чародей, устало потерев глаза (А: вроде Гастер, негласно, считается скелетом, но этому нет никаких доказательств. Поэтому, чтобы не оскорбить чьи-нибудь интересы, я не буду его называть скелетом на прямую, хоть и придерживаюсь теории, что он отец Санса и Папайруса). — Тогда что это? — нетерпеливо спросил Найт, указывая рукой на свои плечевые кости. — Это метка, предназначенная для того, чтобы вам было легче найти личность, уготованную вам судьбой. В простонародье подобных вам называют «Соулмейты», — спокойно объяснил маг. — У вашего «Соулмейта» есть такая же метка, как и у вас, вам осталось только найти друг-друга, — более подробно растолковал он. — И что, мне теперь к каждому подходить и спрашивать: «А нет ли у вас на плече рисунка, где изображён дракон»? — зло прошипел Найт.       Принц был раздражён. Он не желал себе чего-то подобного, ведь всей душой любил Дрима и ему было плевать, что они братья. Кошмар не хотел оставлять своё солнышко из-за какого-то неизвестного индивида, что носит такой же рисунок на плече. — Нет-нет, что вы. Ваша метка даст вам знак, когда вы встретите того единственного, с кем разделите остаток жизни, да и потянет вас к нему или ней, появится некая «любовь с первого взгляда», — разъяснил чародей, жестикулируя руками.       Найтмер глубоко вдохнул и так же глубоко выдохнул, успокаиваясь: не хватало ещё на ни в чём не повинного Гастера сорваться. — Понятно… Спасибо, Гастер, — спокойно произнёс принц, подходя к двери: он больше не хотел здесь находиться, чувствуя нарастающую на весь мир злобу. — К вашим услугам, мой принц, — ответил придворный маг, прежде чем дверь захлопнулась.       Немного посидев, чародей снова принялся за свою работу. Размышления размышлениями, а зелье само себя не сварит.