культурная поездка

      Холодный сентябрьский день заставил людей укутаться в тёплые пледы с чашкой какао в руках, накинуть на плечи старое пальто, которое пылилось в шкафу и ожидало своего часа почти полгода. Погода заметно ухудшалась, дождь лил чаще, а ветра с ещё большей силой кружили по улицам столицы. Однако, даже холодная дождливая осень не помешала москвичам оставаться такими же суетливыми.       Среди огромной толпы народу, где каждому было плевать на рядом стоящего, проталкивались к поезду метро три молодых человека, чья жизнь была всяко интереснее, чем жизнь, допустим, той женщины, которая двумя минутами ранее не на шутку разозлилась и начала кричать на Кейка из-за того, что тот в большой куче людей не заметил её новеньких бархатных сапожек и прошёлся ей по ногам. «Ну, с кем не бывает».       Саша уже проклинал Диму за решение взять билеты на столь ранний поезд, из-за чего им пришлось поднять свои задницы с кроватей слишком рано, накинуть куртки и войти в «переполненный муравейник» — так он называл московскую подземку по утрам.       Забитый поезд нёсся по Кольцевой линии, на каждой станции открывая свои двери, чтобы выпустить одну ораву угрюмых мужчин и женщин и запустить другую. Такое себе развлечение — поездка до вокзала в такую рань, но уже ничего не поделаешь, остаётся только терпеть и ждать, когда диктор объявит нужную станцию. «Станция Комсомольская…»       Эти слова звучали как сирена пожарной машины, которую удаётся услышать сквозь валы дыма и огня. Фладда поправил рукава куртки и выдохнул. Полностью готов к борьбе за выживание, борьбе за первое место у выхода из метро.       Двери распахнулись и ребята двинули к лестнице. — Куда ты так спешишь, до отправления ещё сорок минут, — крикнул Виталя, протянув руку к плечу Саши. Хотелось бы ему не делать этого через людей, и без него ненавидящих всё вокруг, но иначе Фладда его бы не услышал и вообще не заметил, что его друзья по-прежнему с ним.       Выйдя на улицу, Дима вдохнул в лёгкие леденящий горло воздух и взял Сашу за руку. — Не спеши так, — проговорил он тяжело дыша, — навернёшься ещё где-нибудь, да и мы не поспеваем за тобой.       Фладда остановился и повернулся к парням. Он оглядел их и посмотрел на сцепленные руки. Ладонь Димы грела холодную руку Саши, что не могло не быть приятным. Около минуты они держались за руки, но Саша, опомнившись, одёрнул свою и засунул в карман. — Сорян, чуваки, увлёкся, — пожал плечами он и посмотрел на чистые кроссовки. Бывшие чистые. «Ну надо же, вот тебе и утренняя поездка на сраном метро!» — Ты что, так сильно хочешь в Питер? — с усмешкой взглянул на него Флиппер и поправил растрёпанные зелёные волосы. Его зелёная рубашка в клетку, которая торчала из-под тёмной куртки, очень сочеталась с новым цветом шевелюры, хотя он сам никогда не подбирал вещи по цвету, просто так вышло, зато смотрелось очень неплохо, на что обратили внимание и прошедшие мимо девчонки лет семнадцати. — Концерт мой, а спешишь туда ты, — Дима похлопал красноволосого друга по плечу и обнял его за шею, развернувшись вместе с ним к главному зданию Ленинградского вокзала. — Просто хотел поскорее выйти из душной подземки, делов то, — Саша покосился на руку Кейка на своём плече и моментально скинул её с себя. — Как будто вам было приятно там находиться. Скажите, что нет! — Ох, ну начинается, — Дима закатил глаза и, не оборачиваясь, направился ко входу на вокзал, где их уже ждал их поезд. Виталя быстро догнал его, на пару минут оставив Фладду в гордом одиночестве.       Когда многочисленные проверки багажа были пройдены, ребята с улыбкой шагали по платформе, направляясь к своему вагону, в то время как уже уставший Саша плёлся за ними.       Их ждало не столь долгое путешествие длиною не более четырёх часов, но Флиппер всё равно решил вздремнуть, о чём говорила его нестандартная поза. — Не пробовал сесть нормально, ты мне мешаешь, — продолжал жаловаться Фладда, толкая приятеля в плечо. — Сань, не нуди, пожалуйста, — отмахнулся тот и отвернулся к окну. — Как дед старый, честное слово. Отстань от меня.       Он ничего не ответил на его слова, которые можно было бы расценить как оскорбление, а лишь пробубнил что-то нечленораздельное себе под нос и уткнулся в экран телефона.       Наблюдающий за картиной со стороны Дима бросил смешок и открыл обклеенный различными стикерами макбук, приступив разбирать нужные для предстоящего концерта записи и документы.       «Сапсан» начал торможение, и из окна уже виднелись здания северной столицы России. Удивительно, но прогноз погоды не обещал дождей, а небо было относительно чистым, кое-где даже проглядывали лучики солнца, которые, увы, совсем не согревали замёрзшие руки и покрасневшие от ветра щёки.       Саша будто проснулся летним солнечным днём, оживился, первый вскочил с места и направился к выходу, хотя пару часов назад он выглядел слишком поникшим и печальным, действующим всем на нервы. Дима и Виталя переглянулись: они оба понимали, что его друга очень тянуло в этот город, но оба не знали, что конкретно так привлекло Сашу, потому что никогда ранее он с такой тягой не рвался в Питер.       Парни снова накинули куртки и рюкзаки и вышли в город. Фладда оглядел площадь Восстания с таким ярким огоньком в глазах, будто видел и находился здесь впервые. Он бросил кроткий взгляд на проходивших мимо петербуржцев: они заметно отличались от москвичей, никуда не спешили, даже на работу ходили с грациозной походкой, казалось, что в их голове всегда была закреплена мысль: «Я житель Санкт-Петербурга и должен подобать столь красивому и исторически ценному городу», одевались совсем не так, как люди в Москве, а со вкусом и чувством стиля, подбирали цвета и оттенки одежды, даже если та была скрыта под застёгнутым пальто.       По-прежнему прекрасным был обелиск в самом центре площади, что возвышался над остальным близ лежащими зданиями, а на самом верху красовалась золотая звезда, которая знаменовала победу и героизм города и его жителей.       Дима подошёл к Саше со спины и, наклонившись к уху, прошептал: — Да уж, мы все скучали по этому городу.