Приходится прятаться

Наполовину раздетый парень страстно целует девушку в одной лишь мужской рубашке, которая спущена с неё до локтей, на кухонном столе. Оба они айдолы, знакомые всего пару встреч. Скандал. И тут раздается звонок в дверь. Ребята моментально поворачивают головы в сторону звука. Что делать? Они быстро отстроняются друг от друга, ЧонГук подбегает к своей футболке, которая лежит на полу, и ловко ныряет в неё, а Сана пытается как можно быстрее застегивать непослушные пуговицы, но у неё это получается очень нервно и медленно. Наконец завершив этот процесс, Сана подала ЧонГуку знак, что он может открывать дверь. Это он и сделал, а она в то время ушла в самую близко находящуюся комнату. — Здравствуйте, — открыл дверь ЧонГук, а сантехник, как ему показалось, на него странно посмотрел. Хотя, пожалуй, это был нормальный взгляд, учитывая то, как выглядел парень: футболка неаккуратно натянута, волосы взъерошены и в глазах какое-то возбуждение. В завершение всему мужчина заметил пробегающую сзади парня девушку в одной мужской рубашке и с такими же лохматыми волосами. — Я вам не помешал? — с усмешкой спросил тот. — Вы о чём? — наклонив голову немного вправо, строил из себя непонимание ЧонГук. Мужчина вошёл в номер. — Вот молодёжь! Хотя, что уж там, сами такими же были. Эх, мои девяностые! — приговаривал сантехник, казалось, самому себе во время того, как шёл в ванную комнату. А ЧонГук, потихоньку догоняя к чему тот клонит, чесал рукой голову, а потом быстро обернулся к зеркалу, что было позади него. Он тихо прошипел "Айщ" тому, кого там увидел, и начал укладывать торчащие пряди. Через полчаса стало известно, что такой бардак в ванной — вина соседей сверху. Сантехник сказал, что работы тут очень много и что владельцам комнаты 2804, будет предоставлен новый номер, в связи с непригодностью для проживания этого. После мужчина ушёл, а ЧонГук пошёл сообщать Сане о том, что узнал. Она внимательно его выслушала и сказала, что передаст это своим соседкам, когда те вернутся. Информации больше не осталось, и эти двое неловко замолчали, стоя друг напротив друга и думая о том, что между ними произошло пол часа назад. Вдруг парень тревожно посмотрел на часы, словно о чём то вспомнил, и нерешительно сказал, переводя взгляд на Сану: "Мне.. надо идти". Возможно, ему показалось, но на секунду выражение её лица не хотело его отпускать, однако эта эмоция быстро исчезла, и она ответила "Да! Конечно, иди". Они дошли до двери номера, и в этот момент ЧонГук вспомнил, что на Сане его рубашка. — Аа, моя... — парень развернулся к Сане лицом, рефлекторно показав рукой на свою вещь. — О, точно! — Хотя ладно, отдадите, когда будет удобно. — Ах, как же... ЧонГук перебил её, бедумно добавив: — Всё нормально! Не буду же я её с вас снимать, — внезапно парень затих, будто прикусил язык, — ...снова. Уголки девушкиного рта раздвинулись в неловкую улыбку, она быстро отвела взгляд. Повисла пауза, всё больше усугубляющая всю эту ситуацию. — Да, хорошо. Я отдам тебе сегодня вечером на концерте, — завершила молчание и встречу Сана, всё ещё не решаясь посмотреть на него. *** Наступила ночь, и сон уже многих забрал в свой мир, прихватив почти всех из номера 2809, за исключением темноволосого парня, который вот уже битые четыре часа вертелся в своей кровати, перележал во всех позах, какие только существуют, и до сих пор не уснул. Голова не могла остановить поток мыслей, ключом бьющих воспоминаниями о произошедшем с Саной. Правильными ли были его действия, или ему следовало остановиться? Как ей теперь в глаза-то смотреть? ЧонГук посмотрел на часы. 03:27. "Интересно, я хоть час сегодня посплю?"— подумал он, на что его живот издал продолжительный бурлящий звук. Понимая, что больше не может терпеть голод, парень встаёт и направляется к холодильнику. Лениво передвигая ноги по коридору, а потом повернув своё тело на кухню, Гук останавливается в дверном проёме и начинает протирать глаза, чтобы убедиться не мерещится ли ему увиденное изображение. Однако после проделанного действия, ничего не меняется. — Хён? — из-за сухости во рту хрипловато произносит он сидящему за заставленным техникой столом ЮнГи, который таращится в компьютер и что-то записывает в тетрадь. —Работаешь? Шуга отрывает глаза от экрана, но проверив, кто с ним разговаривает, вновь опускает их. — Да. Мне не спалось, и я решил не тратить время. ЧонГук на несколько секунд шокировано приоткрыл рот, но припомнив, что такое видит не впервые, просто продолжил движение к холодильнику. — Хён, почему тебе не спалось? — спрашивая, он параллельно открывает дверцу, какое-то время пялится внутрь, и в конечном итоге достаёт питьевой йогурт. А ему в ответ слышится лишь стук по клавиатуре. Решив, что хён так увлечен, что даже не слышит, Гук поворачивается к ЮнГи и собирается переспросить, как тот начинает говорить. — Сегодня в голову пришла одна мелодия, засела и весь день проедала мозг. Так достала, что сейчас я её обрабатываю и записываю. После его слов сразу появилось любопытство, что за песня такая, и ЧонГук подошёл взглянуть в тетрадь ЮнГи, догадавшись, что она нотная. — Ммм, — пробежавшись по нотам, он закачал головой. — Милая мелодия. Ощущение, что ты думал о девушке, когда писал. Гук, лукаво улыбаясь, посмотрел на хёна, и тот прекратил печатать, наградив рядом стоящего парня недоумевающим и даже чутка возмущённым взглядом. — С чего ты взял? — Юн Чон-хён как-то говорил, что мелодии такого типа хорошо получаются, когда думаешь о девушке. Мне кажется, у тебя здорово выходит, — непринуждённо отвечал парень, попивая напиток, и не заметил, как Шуга раздражился, услышав знакомое имя очередной раз, и от этого снова уткнулся в монитор. — Ты сам почему не спишь? После этого вопроса ЧонГук как-то приугас, вновь вернувшись в то состояние, в котором пробыл порядка четырёх часов. Пусть ЮнГи отвлек его на какое-то время, но это было не на долго. — Слушай, Хён, я могу у тебя кое-что спросить? — недолго помолчав, серьёзно заговорил макне, получив в качестве реакции на свою смену поведения удивленный взгляд собеседника. — Ну спрашивай. — Только не говори никому, ладно? — Ты меня пугаешь, говори уже. Колеблясь, рассказать или нет, Гук выдерживал паузу, но придя к заключению, что хён опытнее и может чем-нибудь помочь, всё-таки решился спросить то, что сильнее всего волновало. — Как вести себя с девушкой-айдолом, когда вы знакомы совсем не долго, но уже целовались?.. Стук по клавиатуре резко прекратился. На десять секунд ЮнГи просто завис в режиме "покер-фэйс". Его внутреннее удивление от вопроса выдавали только приподнятые брови. — Далеко пойдёшь. — Хён! Я серьёзно... — жалобно выдавил ЧонГук, а потом повернулся к находившемуся за спиной Шуги окну и, уперевшись руками о подоконник, тихим тоном продолжил: — Что она может думать об этом? Я бы не целовал того, кто мне неприятен и не нравится. Значит ли это, что я ей тоже нравлюсь? Или это произошло из-за ситуации, в которой мы находились?.. А если об этом узнают, будут ведь проблемы, так как мы оба айдолы? ЮнГи серьёзно выслушал его, закрыл свой ноутбук и повернулся на стуле, положив локоть на спинку. — Ну, во-первых, все мы люди, и то, что ты айдол, не лишает тебя отношений или таких недолгих связей, просто надо быть осторожнее, — он посмотрел на стоящего спиной Гука. — Кто она? — Из Twice. Сана. — Да ладно? Значит в той забегаловке мне не просто так показалось... — рассуждающе говорил ЮнГи, потирая при этом большим и указательным пальцем подбородок. — Думаешь, она считает это "недолгой связью"? — Скорее всего. — И что тогда делать?.. У нас будут продолжаться такие же встречи?.. Это нормально? ЮнГи ненадолго замолчал. — А ты не думал, что она наоборот может начать тебя игнорировать? — Игнорировать? — Ну знаешь, для девушек такие связи не всегда приятны, они заставляют их чувствовать себя грязными или типа того, тем более если причиной этой связи был алкоголь и всякое такое. Хотя у вас до такой степени не доходило, как я понял. Тогда она может просто предложить представить, что между вами ничего не было. — Но не было ведь никакого алкоголя, — ЧонГук нахмурился, вспоминая абсолютно трезвую девушку, от которой пахло только ванильным шампунем. — Даже так мне кажется, что возможность продолжения маловероятна, ведь вы не очень долго знакомы, — хён сделал недолгую паузу. — Но может быть и так, что ей всё понравилось. В таком случае вы ещё пару тройку раз так попересекаетесь, вам надоест и на этом конец. — Значит, вот так всё будет, — со вздохом пробормотал парень, разглядывая еле заметные звёзды, которые словно боялись противостоять неожиданно набежавшим облакам.