Конец
14 февраля 2019 г., 04:45
Луи лежал на кровати, играясь с пирсингом в пупке, когда Гарри решил, что сейчас — лучшее время для секса. Альфа навис над парнем, размещая руки возле головы Луи. Омега лишь вопросительно посмотрел на него.
— Твоя борода уже начала отрастать, — правой рукой Гарри провел по едва заметной щетине Луи, втайне наслаждаясь тем, как дрожит его мальчик при этом прикосновении. Но вскоре он вернул руку обратно.
— Знаю. Не могу избавиться от этой щетины. Жаль, что у меня так много волос на лице, как у тебя, — Гарри вопросительно выгнул бровь, наклоняя голову, чтобы пощекотать его. Мальчик под ним начал извиваться и не перестал до тех пор, пока Гарри не сжалился. Он сел на ноги Луи и провел по голому торсу парня; ему нравилось ощущения гладкой кожи под пальцами.
— Ты же знаешь, у нас не так много времени, — предупредил Луи, уже начиная тяжело дышать. Гарри мог чувствовать, как мальчик начал задыхаться от прикосновений его пальцев.
— Они могут подождать, — пробормотал Стайлс, соединяя их губы вместе. Гарри никогда не устанет чувствовать губы Луи на своих — как розовые губы становятся ярко-красными.
Гарри перестал нормально мыслить, когда Луи простонал в поцелуй, дергая бедрами. Гарри также начал двигать бедрами, имитируя половой акт. Его ноги дрожали и покалывали, поэтому он повторил свои действия, кусая губы Луи и продолжая действия.
Они оба тяжело дышали, и только Гарри потянулся рукой, чтобы обхватить их члены, дверь в комнату открылась, впуская уставшего Зейна.
— Можете, блять, поторопиться. чтобы остальные могли поесть? — Стайлс громко простонал и почувствовал, как обмяк член Луи. Это так обидно, особенно учитывая тот факт, что Гарри безумно твердый и хочет кончить. Зейн так и не двинулся с места, опираясь на дверной косяк и складывая руки на груди, продолжая смотреть на двух парней.
Гарри прекрасно знал, что они должны быть внизу. Сегодня Рождество, и вся семья Гарри здесь, вместе с тысячами кузенов и родственников Зейна, и даже Пейны все здесь. Они ужинали в доме отца Зейна, и, видимо, Малики были очень взволнованы, потому что у каждого должна была быть своя комната. Сам Мистер Малик даже не празднует Рождество, но, видимо, Зейн убедил своего отца отпраздновать его в этом году, так что сегодня все могут быть вместе. Гарри и его семья прибыли вчера вместе с семьей Пейна.
Джей тоже собиралась приехать, но ее новый бойфренд пригласил ее вместе с девочками на какой-то остров, поэтому они решили поехать туда. Луи, вообще-то, поднялся наверх, чтобы поговорить с ней, пока менял пирсинг в пупке, а Гарри поднялся к нему, чтобы посмотреть, почему он так долго, но отвлекся, увидев, что Омега полностью голый; вот как они оказались в такой ситуации.
Томмо толкнул его в грудь, заставляя Альфу, наконец, слезть с кровати. Он начал одеваться и Луи встал с кровати, начиная делать тоже самое. Зейн кивнул, увидев, что они одеты, и они втроем спустились вниз.
В доме очень шумно. Здесь так много людей, все говорят друг с другом и суетятся. Гарри даже не помнил всех имен, но всем улыбнулся и извинился за задержку. Стол просто огромный. За ним могло легко поместиться сорок человек, ровно по количеству присутствующих. И с ним шли красивые коричневые стулья.
Гарри усадил Луи рядом с уже сидящими за столом близнецами, и все склонили головы, чтобы мистер Малик мог помолиться.
— Мы собрались здесь сегодня, чувствуя себя благословенными. Для нас большая честь отмечать этот праздник с новыми и старыми друзьями и семьей. Давайте благословим эту еду и насладимся ею, — мистер Малик закончил, а затем блюда начали передаваться по кругу.
Теперь слышны были только звон серебряных столовых приборов о края тарелок, и голоса людей, просящих передать им те или иные блюда. Кто-то удовлетворенно хмыкал, кто-то вслух восхищался едой, приготовленной личным шеф-поваром мистера Малика.
Примерно через десять минут тихой трапезы Гарри прокашлялся и встал, чтобы сделать объявление.
— Мне нужно кое-что вам сказать, — заявил он, и все тут же посмотрели на него; даже его сыновья повернули головы к нему.
— Дай-ка угадаю, — прервал его Найл. — Ты собираешься объявить, что ты гей! Ха, я знал, — поддразнил он, и Гарри боролся с желанием что-нибудь в него швырнуть.
— Заткнись, Найл. Как я уже говорил… — снова попытался сказать Гарри, но его снова прервали.
— Игры в угадайку — мои любимые. Думаю, Луи беременный, — Гарри сжал предмет в кармане, в отчаянии стискивая зубы.
— Нет, Лиам, это не игра в угадайку, и он не беременный, или, по крайней мере, я так не думаю. Ты беременный? — спросил Гарри Омегу, потому что, бог мой, если он беременный, то это просто замечательно.
— Нет, не чувствую себя беременным, — ответил Луи, поглаживая свой животик.
— Черт возьми, я надеялся, что у Джеффри появится новый партнер по играм, ведь близнецы такие грубые, — Пейн надулся, и один из кузенов Зейна заинтересованно поднял голову. Гарри сжал пальцами переносицу.
— Боже мой… — скрипнул зубами он.
— Эй, что ты имеешь против Джеффри? — спросил Найл, и Энн, видимо, понравился этот поворот событий.
— Кроме того, что он не настоящий? — сказал Зейн, и теперь мистер Малик вопросительно глянул на сына.
— Как ты смеешь? У него есть чувства, — возразил Лиам, и Зейн закатил глаза.
— Я уверен, что есть… — пробормотал Альфа и несколько человек захихикали. Гарри хотел удариться головой об стол пару сотен раз.
— Можно прекратить и я вернусь к своему объявлению? — снова попытался сказать он, но, по-видимому, тема «Джеффри» гораздо интереснее.
— Подождите, что за Джеффри? — спросил кто-то, и Альфа даже не хотел смотреть, кто.
— Невидимый друг Лиама, — быстро ответил Луи, хихикая.
— Дитя любви, — ответил Найл, глядя на Омегу.
— Какая разница, — раздраженно сказал Зейн.
— Да, мы думали, что потеряли беднягу, — продолжил Пейн, как будто Гарри не собирался переломить стол пополам.
— Потому что был вовлечен в оргию, — объяснил Найл и со всех сторон послышались вздохи.
— О мой… — сказала Энн.
— О мой Бог, — продолжил мистер Малик.
— ЗАТКНИТЕСЬ ВСЕ! — закричал Гарри, покраснев. — Ради бога, остановите это безумие.
— Гарри, ты должен быть повежливее со своим соседом и перестать орать, мы здесь все гости, — отчитала его Энн, а перед глазами Гарри все поплыло. Вот так все и закончится. Он совершит массовое убийство.
— О, он все время такой, один раз даже пытался меня убить, — соврал Найл.
— Это не правда, — парировал Стайлс.
— Это правда! Я был по-настоящему напуган, — продолжил говорить его друг, между приемами пищи.
— Однажды он сделал меня лысым, — также соврал Лиам.
— Это не моя вина! — прохрипел Гарри.
— Однажды он пукнул на подушку и не сказал мне, когда я лег на нее, — продолжил Хоран, и Гарри правда хотел их всех передушить.
— Это был Зейн, — сказал Луи.
— А еще он… — все, с него хватит.
— Можете, блять, все заткнуться, чтобы я мог сделать Луи предложение? — прокричал он и все замолчали.
— Ты хочешь сделать мне предложение? — тихо и потрясенно спросил Луи. Он смотрел на Гарри полными надежды голубыми глазами.
— О, это прекрасно, милый, почему ты сразу об этом не сказал? — Гарри хотел убить свою мать. Абсолютно точно.
— Я вас всех ненавижу, — сказал он.
— Не надо грубить, сынок, — сказал его отец и Гарри развернулся, чтобы выйти из-за стола. Он слышал, как скрипнул стул, и громкий шепот за спиной, пока шел в гостиную.
— Ты хочешь сделать мне предложение? — снова спросил Луи; он, должно быть, пошел за ним. Гарри, который сел на диван, посмотрел на свою омегу и кивнул. Он встал на одно колено и вытащил бархатную коробочку из кармана. У Луи на глазах выступили слезы, когда он надел кольцо ему на палец.
— Да. Мой ответ — да, — мальчик бросился Гарри на шею, отчего тот упал на пол. На Альфу обрушился миллион поцелуев, и он даже не стал возражать.
Луи был в полном шоке. Он не мог поверить, что это все не сон и что он на самом деле когда-нибудь выйдет замуж за Гарри. Конечно он знал, что они уже были друг у друга и они планировали пожениться на день рождения Альфы, но так приятно знать, что ты теперь муж Стайлса. Луи снова поцеловал Гарри, а затем его усадили на колени Альфы и на диван.
Томлинсон поцеловал Гарри в шею, прежде чем отстраниться и рассмотреть кольцо. Он поднял взгляд и увидел идущего к ним Лиама. У него на руках Джордан, а за ним шел Зейн с Эдрианом. Вскоре к ним присоединился и Найл, и Зейн заговорил.
— Нам очень жаль, что мы все испортили, — сказал он.
— Да, Хаз, мы легко отвлекаемся, ты же знаешь, — добавил Хоран.
— Мы принесли ваших деток в знак примирения, — сказал Лиам, и Луи тихо хихикнул, прежде чем поцеловал сыновей в щечки. Мальчики захихикали и пролепетали «па стоп».
— Я вас всех прощаю, — объявил Гарри, поворачивая Луи, чтобы он мог смотреть телевизор.
— Спасибо… — начал Пейн, но затем кто-то включил телевизор.
Срочные новости, были пойманы десять Бет, замышляющих преступление века. Повторяю! Были пойманы десять Бет, которые отвечают за массовое производство испорченных подавителей для Омег и Альф. Им грозит…
Луи дальше уже не слушал, он просто улыбался, потому что все кончено. Все правда, официально, закончилось.
— Долго же они провозились. Прошло больше года, — проворчал Лиам.
— Да, но теперь все кончено. Такое чувство, будто эта глава уже закончилась, да? — Луи кивнул на слова Зейна, потому что это именно то, что он чувствовал.
— Каково это — быть свободным, Луи? — Томмо задумался над вопросом Лиама, потом посмотрел на безымянный палец и улыбнулся.
— Чувствую себя как дома, — наконец ответил он, и он знал, что с его мальчиками все будет хорошо. Он всегда будет свободен и всегда будет дома. Это все больше было похоже на плохой сон. Все это, почти три года назад, началось с разбитого сердца, а теперь эта глава в его жизни закончена. Его новое путешествие начинается с мужа, детей и трех самых лучших соседей.
Это не конец, это начало чего-то великого.
