Часть 1
29 сентября 2018 г., 00:21
Айзава Шота никогда не был человеком, которого сильно заботила внешность. На самом деле, он может рассчитывать на людей, чьи мнения действительно имеют для него значение.
Это, однако, не означает, что он совершенно не обращает внимания на свои собственные недостатки.
Он находит приглашение через неделю после того, как событие состоялось, засунутое на дно стопки неоткрытой почты, лежащей в беспорядочной куче на кофейном столике. Обычно Хизаши сортирует почту — подавляющее большинство писем в любом случае адресованы ему — но яркий блеск серебряной отделки, идущей по краю приглашения, притягивает взгляд Шоты.
Это какой-то благотворительный вечер, на который Хизаши пошел один. Честно, Айзава на самом деле не помнит, чтобы Хизаши много говорил об этом, просто вспоминает, что тот вернулся около полуночи и устало упал рядом с ним на кровать. Хизаши посещает столько этих мероприятий, что через некоторое время в памяти Шоты одно сменяется на другое.
Однако есть что-то в этом конкретном приглашении, что заставляет Шоту остановиться. Указано, что Хизаши может прийти с парой, и Айзава не может вспомнить, чтобы Хизаши просил его пойти.
Дело не в том, что Шоте на самом деле нравится тащиться на эти вечеринки. Он ужасен в разговоре и еще хуже, когда он симулирует интерес к вещам, в которых он даже не разбирается, и он, конечно же, отказывался пойти на множество мероприятий раньше. Однако, несмотря на это, этот вечер был особенно важен, и Шота смутно вспоминает, что Хизаши надел один из своих лучших костюмов той ночью.
Но Хизаши даже не попросил его пойти.
Осознание этого беспокоит его больше, чем, вероятно, должно. В любом случае, он просто сказал бы «да» из-за обязательства, и не похоже на то, что ему очень понравился бы этот вечер, так что Хизаши сделал ему одолжение, но…
Но, вкратце, Шота не может не задаться вопросом, а хотел бы Хизаши видеть его там. Он знает, что он не совсем непривлекателен (Хизаши, кажется, находит его достаточно красивым), но он не красив так, как Хизаши, или так, как знаменитости на этом торжестве. Его разговорные навыки, конечно же, не компенсируют его неопрятный внешний вид, и, как подпольный герой, он не может даже говорить о своих достижениях, чтобы закрыть это.
В один момент он задается вопросом, смущен ли Хизаши привести его на этот вечер. В конце концов, любовь может быть слепой, но Хизаши, безусловно, мог бы найти кого-то лучше.
Это не комплексы Шоты, это просто факт. Если бы Хизаши хотел кого-то более привлекательного, он мог его заполучить. Если бы он хотел кого-то более умного, он мог его заполучить. Если бы он хотел, чтобы кто-то был лучше или внимательнее к нему, или лучше в приготовлении пищи, или все вышеперечисленное, он мог бы его заполучить.
Не то чтобы Хизаши действительно хотел кого-то другого. Шота знает, что Хизаши любит его больше всего на свете — это не то, в чем он когда-либо сомневался, но в такие моменты он задается вопросом, достаточно ли он делает. Может Хизаши ждет большего от него, но не знает, как попросить. Ясно, что чего-то не хватает, если Хизаши стыдится брать его на мероприятия.
Так. Возможно, он должен начать прилагать немного больше усилий.
Его внешний вид легче всего исправить. У него нет времени или терпения в уходе за собой, таким же сложным, как у Хизаши, но есть некоторые мелочи, которые он может исправить.
Он начинает в субботу утром.
— Что ты делаешь? — Спрашивает Хизаши с недоверием в голосе.
— На что это похоже? — Шота фыркает, прищурившись, глядя на свое выражение в зеркале в ванной, и пытается водить бритвой по подбородку. Его губы сжимаются в тонкую линию, когда он понимает, что снова пропустил пятно, и он задается вопросом, как Хизаши способен поддерживать свои усы в таком утонченном состоянии.
— Прекрасно, позволь мне перефразировать: зачем ты бреешься? — Хизаши закатывает глаза, все еще смотря на Шоту таким взглядом, будто его подменили. — В любом случае, зачем ты так рано встал? Неужели собираешься на очередную пресс-конференцию?
Шота вздыхает. Все идет не совсем в том направлении, которое он задумывал.
— Нет никакой пресс-конференции, — говорит он, наконец, сумев убрать еще одно небритое пятно. — Мне просто захотелось побриться.
— Шота, детка, ты что-то скрываешь? — Хизаши подходит ближе и прижимает тыльную сторону ладони к лбу Шоты, проверяя температуру. — Ты меня пугаешь.
Часть Айзавы думает, что он должен просто высказать причину, прежде чем Ямада потащит его в больницу, но он отказывается от мысли признаться вслух, что хочет хорошо выглядеть для Хизаши. Вспомним о смущении.
— Я в порядке, — отвечает Шота, плавно убрав руку Хизаши и снова наклонившись над раковиной, чтобы смыть остатки бритвенного крема с лица. Он чувствует, что Хизаши неловко переминается у него за плечом, и волнение усиливается вдвое.
Высушив лицо полотенцем, он вытаскивает из аптечки одну из резинок Хизаши и собирает волосы в аккуратный пучок. Это не сильно сложно, но это все, что он умеет, кроме неряшливых конских хвостов. Затем он поворачивается к Хизаши, который все еще смотрит на него с выражением, которое предполагает, что он задается вопросом, не спит ли он.
— Одевайся, а потом мы поедем на бранч, — говорит Шота.
Хизаши кивает, все еще выглядя немного ошеломленным, и Шота может только надеяться, что это приятное удивление.
***
Бритье — это не то, что Шота может делать каждый день, но он старается пару раз в неделю, когда есть настроение, и он может себе позволить проснуться на десять минут раньше обычного. Сначала это кажется немного странным: он не думал, что его лицо было таким гладким, когда он впервые начал бриться, но так он, конечно, выглядит лучше. Тем не менее, он понимает, что не сможет бриться каждое утро, как это делает Хизаши. Собирать волосы легче, и он делает это почти ежедневно. Он заметил, что глаза Хизаши чаще блуждают по затылку на шее, так что он распускает волосы лишь за работой над документами. Иногда Шота лениво держится за волосы, проверяя резинку на месте, как тонкое напоминание о Хизаши. Это не дает такого же чувства, как носить одежду Хизаши, но это… неплохо. Примерно через неделю после своих перевоплощений Шота вспоминает о юбилее, и он не может не чувствовать смутное чувство вины. Хизаши вспоминал об их годовщине каждый год с тех пор, как они перешли на третий курс средней школы, но Шота ни разу не вспомнил. Он никогда особо не заботился о том, чтобы следить за датами — день рождения Хизаши — единственное, что есть в его планах, — но теперь это похоже на еще один недостаток для Хизаши. В этом году он вспомнит. Обычно на их годовщину Хизаши готовит одно из любимых блюд Шоты, дарит ему небольшой подарок, а затем следует фантастический секс. Однако в этом году их юбилей выпадает на пятницу, а это значит, что Хизаши будет занят своим радиошоу большую часть вечера, оставляя Шоте возможность готовить. К сожалению, Шота хоть и не плохой повар, но и не звездный. Это значит, что ему понадобится заручиться помощью, если он каким-то образом хочет научиться делать любимый рамен Хизаши до их годовщины. К счастью, Lunch-Rush согласился помочь. Единственным недостатком является то, что у Шоты теперь есть уроки кулинарии, которые нужно как-то объяснить. — Кстати, сегодня вечером я буду дома поздно, — говорит Шота за обедом, когда он и Хизаши едят рядом в комнате для персонала. — Что? Почему? — спрашивает Хизаши, нахмурившись. — Немури тянет меня на какой-то фильм, — отвечает Шота, и он чувствует себя немного некомфортно из-за лжи, но это — ложь во благо. — О… — Медленно говорит Хизаши. — Хорошо. На мгновение они замолкают. — Я могу пойти с вами? — наконец спрашивает Хизаши, одаривая Шоту взглядом щенячьих глаз, который заставляет его чувствовать себя виноватым в том, что он лжет. — Немури жаловалась на то, что очень долго не проводила время со мной, — отвечает Шота, качая головой. — Хорошо, — говорит Хизаши. Однако Шота хорошо разбирается в разных тонах голоса Хизаши, и это определенно не звучит хорошо. — Эй, — отвечает Шота, его тон становится мягким. — Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты был там. — Да-да, — вздыхает Хизаши, протягивая руку, чтобы соединить их пальцы. — Извини, что цепляюсь. Я не пытаюсь превратить нас в одну из тех пар, которые делают все вместе. Шота не может не думать о приглашении на мероприятие, которое он нашел на прошлой неделе, и ему хочется отпустить комментарий о том, что Хизаши, похоже, не возражает против его выборочного исключения. Встречи с друзьями и присутствие на официальной вечеринке — две разные ситуации, но это явно не та тема, которую он хочет сейчас поднимать. — Я буду весь твой, когда вернусь домой сегодня вечером, — говорит вместо этого Шота, довольный, когда видит, что глаза Хизаши немного темнеют. — Звучит разумно, — отвечает Хизаши. В конце концов, Шота не смог подарить «всего себя», потому что кулинария на удивление утомительна, и он обнаруживает, что зевает после нескольких поцелуев. Хизаши закатывает глаза, но целует Шоту еще раз в лоб и желает спокойной ночи, укрывая их одеялом. Шота решает, что у него определенно лучший муж.***
Уроки кулинарии проходят достаточно хорошо, и творения Айзавы выглядят все более съедобными с каждой сессией. Тем не менее, он может сказать, что постоянные оправдания, которые он придумывает, чтобы скрыть отсутствие по вечерам, явно начинают беспокоить Хизаши, заставляя внутренности Шоты скручиваться от вины. Он пытается компенсировать это, одеваясь немного красивее, вытаскивая старые джинсы, которые слишком облегают. Хизаши однажды сказал ему, что они открывают потрясающий вид на его задницу. Шота носит их в субботу утром, и Хизаши ловит его, прижимая к кухонному столу и крепко сжимая его бедра, так что, по-видимому, план работает. — Мои ноги начинают затекать, — жалуется Шота через несколько минут после приятных ощущений (не то, чтобы этой большей частью «приятных ощущений» был жесткий край стола, упирающийся в его живот). Однако Хизаши молча поставил засос на затылке, и Шота вздыхает, прикидывая, через сколько он исчезнет. Обычно он не возражает против того, чтобы Хизаши метил его шею, но теперь, когда он чаще собирает свои волосы, засосы немного труднее скрыть. Опять же, может быть, все дело в том, что Хизаши не хочет, чтобы он скрывал их. Шота немного вздрагивает от этой мысли. Тем не менее, абсолютно последним, что он хочет, является то, что его ученики узнают, как весело он провел выходные. Он надеется, что его шарф покроет большую часть отметок. — Хизаши, — ворчит Шота, пытаясь пошевелиться из хватки Хизаши. — У меня есть дела сегодня. — Ты уверен, что я не смогу убедить тебя провести весь день в постели? — спрашивает Хизаши, проводя губами вдоль чувствительной кожи шеи. Как заманчиво ни звучало бы это предложение, главная причина, по которой Шота должен ходить по магазинам, — это найти юбилейный подарок для Хизаши, и это не то, на что он хочет забить. — Завтра, — вместо этого говорит Шота, оборачиваясь, чтобы улыбнуться Хизаши. Тот немного вздрагивает в ответ. — Я могу пойти с тобой? — спрашивает Хизаши, и, если Айзава выполнял бы любые другие поручения, он сказал бы «да», но Хизаши слишком увлечен, когда дело доходит до покупок, и Шота хочет сохранить свои юбилейные планы в сюрпризе на этот раз. — Разве ты не жаловался вчера на все эссе, которые ты должен проверить? — Отвечает Шота, приподнимая бровь. На мгновение он думает, что видит, как вспышка боли пробегает по лицу Хизаши, но это так мимолетно, что ему, должно быть, показалось. — Хорошо-хорошо, — вздыхает Хизаши. — Но завтра мы проведем день вместе. — Я думал, что мы и так делаем почти все вместе, — фыркает Шота, наклоняясь и поднимая футболку Хизаши с пола. — Ты знаешь, что я имею в виду, — вздыхает Хизаши, забирая футболку и натягивая ее через голову. — Ты переживешь несколько часов без меня, — говорит Шота, наклоняясь за еще одним поцелуем. Когда он отрывается, на мгновение кажется, что Хизаши хочет что-то сказать, но в конце концов он просто выходит из кухни, чтобы выполнить свои поручения. Чтобы добраться до магазина, в котором он, наконец, найдет подходящий подарок для Хизаши, Шоте понадобилось три часа. Хизаши жаловался несколько месяцев на то, как его любимая пара кожаных перчаток изнашивается, и, к сожалению, эта модель уже не выпускается дизайнером. Конечно, с таким же увлечением, как у Ямады, Шота должен был пройти по каждому магазину города, но в конце концов он находит идеальную пару: лакированные черные перчатки, кожаное покрытие внутри — мягкое и гладкое на ощупь. Конечно, они также стоили довольно дорого, но Шота никогда не думал о том, чтобы жалеть денег на подарки Хизаши. Он возвращается на железнодорожную станцию, когда видит магазин немного другой специальности. На мгновение он считает, что просто пройдет мимо — Хизаши, вероятно, начинает задаваться вопросом, где он сейчас, но в конце концов решает зайти, просто чтобы посмотреть, найдет ли он что-нибудь интересное. В конце концов, пока у него есть подарок для Хизаши и план обеда на их юбилей, он еще не понял, как именно он сделает секс более эффектным, чем обычно. Честно, как Хизаши справляется с этим каждый год? Это изнурительно. Сотрудник приветствует его, когда он входит в магазин, и Шота не упускает, как его взгляд задерживается на нем слишком долго. Ну, по крайней мере, он все же смог зайти, даже если чувство, что кто-то смотрит на него, заставляет его кожу покрываться неприятными мурашками. Ему всегда странно, когда кто-то, кроме Хизаши, смотрит на него так. Он отвлекается на полку высокотехнологичных вибраторов, подбирает и задается вопросом, подойдет ли он Хизаши. На протяжении многих лет они оба приобрели довольно много игрушек и вибраторов, и Шота всегда любил наблюдать за уникальными реакциями, которые демонстрировал Хизаши. Эта конкретная игрушка имеет семь различных режимов вибрации и регулируемых скоростей, и Шота знает, что он определенно не будет торопиться, проверяя каждый из них на Хизаши. Однако Шота ставит его обратно на стол, и идет проверять другие продукты магазина. В конце концов, он должен знать все свои возможности. Однако, он возвращается к этому вибратору, прихватив с собой наручники. Он всегда любил наблюдать, как извивается Хизаши. — Кто-то сегодня повеселится, — говорит кассир, пробивая покупки Айзавы и кокетливо смотря на него. Он нахмурился. — Да, мой муж, — коротко отвечает Шота, наблюдая, как краснеет парень напротив. К счастью, кассир не делает более неприятных комментариев, и Айзава уходит со своей покупкой, спрятанной в специальной сумке. Может быть, в следующий раз он должен взять с собой Хизаши, хотя это может закончиться тем, что вместо этого кто-то окажет ему знаки внимания. Заказ онлайн — это, вероятно, более безопасный выход. Когда Шота наконец возвращается домой, он находит спящего на диване Хизаши, стопку полупроверенных эссе на журнальном столике и их кошку, Джелли, свернувшуюся рядом с ним. Шота ловит себя на маленькой улыбке и наклоняется, чтобы мягко поцеловать в лоб Хизаши. Затем он прячет свои покупки в задней части шкафа.***
За день до их юбилея, Шота действительно чувствует себя хорошо во всех смыслах. Перчатки были обернуты красивой подарочной бумагой, он выбрал одежду, которую будет носить и которая, он знает, нравится Хизаши, и ему наконец удалось сделать сносный бульон для рамена. К сожалению, когда он приходит домой после своего заключительного урока кулинарии в тот вечер, первое, что говорит ему Хизаши, это: — Нам нужно поговорить. Эти слова мгновенно ввели Шоту в панику. В последний раз Хизаши сказал: «Нам нужно поговорить», после того, как Шота получил тяжелые ранения, обезвредив злодея, убившего девять мирных жителей. Хизаши был зол, что он не жалеет себя, а Шота обвинил Ямаду в том, что тот не верил, что он мог справиться со своей работой героя. В конце концов, им потребовалась неделя, чтобы извиниться и действительно простить друг друга. Итак, Айзава не слишком любит эту фразу: «Нам нужно поговорить». — Хорошо, — говорит он, ставя свою сумку в коридор, не в силах полностью избавиться от настороженности. — Может быть, нам нужно сесть, — отвечает Хизаши, садясь на диван. Шота убирает ботинки, а затем садится на противоположной стороне и задается вопросом, собирается ли Хизаши сказать ему, что он болен неизлечимой болезнью или что похуже. Мгновение они оба молчат. Затем Хизаши берет руку Шоты, смотрит в глаза и говорит: — Ты же знаешь, что я люблю тебя, верно? Больше всего на свете. — Конечно, я знаю, — отвечает Шота, сжимая руку Хизаши. — Я тоже тебя люблю. Сложное выражение проходит по лицу Ямады, и на мгновение Шота думает, что он действительно видит мерцание сомнения в глазах Хизаши. — Значит, ты также знаешь, что я бы сделал все, чтобы заставить тебя остаться со мной, — продолжает Хизаши, что только пугает Шоту еще больше. — И, если я что-то делаю неправильно, я клянусь, я постараюсь изо всех сил исправить все, что угодно. Если я не удовлетворяю тебя эмоционально или… или сексуально, я… — Хизаши, — прерывает Шота, нахмурившись. — Я не понимаю, что ты… — Я все знаю, хорошо? Я не идиот, — говорит Хизаши, расстроенно вздыхая. — Я знаю, что ты нашел кого-то другого. Айзава смотрит на него и задается вопросом, нужно ли ему проверить слух. — Сначала я подумал, что это было просто странно, что ты вдруг приложил больше усилий к своей внешности: бритье, одежда, волосы… Но потом ты начал «зависать с Немури» все время, и… — Хизаши прерывает себя на мгновение. — В прошлый вторник я спросил, когда ты будешь дома, но ты не ответил, поэтому я написал Немури, но она сказала, что ты не с ней, и… и я также нашел вибратор в шкафу, который, я знаю, мы никогда не использовали вместе… — Хизаши… — Начинает Шота, но Ямада продолжает прежде, чем он может вставить хоть слово. — Я не злюсь, ну, я вроде как злюсь, и мне больно, но в основном я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя больше всего на свете, — всхлипывает Хизаши. — И я обещаю, я сделаю все возможное, чтобы исправить то, что я делаю неправильно. Мы можем попробовать консультации по отношениям, или… — Хизаши… — Шота снова пытается. — Я даже сокращу свое радиошоу, чтобы я мог быть дома чаще… — Продолжает Хизаши. — Хизаши, — Шота говорит с нажимом, и Хизаши наконец замолкает, глядя на Шоту с болезненно серьезным выражением лица. — Я не изменяю тебе. — Ты… не изменяешь, — повторяет Хизаши, удивленно моргнув. — Я не был ни с кем другим в сексуальном или романтичном плане, — медленно говорит Шота. — Тогда почему? — спрашивает Хизаши, смутно указывая на чисто выбритое лицо Шоты, и волосы, наполовину собранные в пучок. — Я… — Начинает Шота, а затем останавливается на мгновение. — Я нашел приглашение на торжественное мероприятие, которое ты получил около месяца назад. Там говорилось, что ты можешь привести пару, и ты никогда не спрашивал меня. Я просто… Ты много для меня делаешь, и мне было интересно, делаю ли я достаточно для тебя. Я не хочу, чтобы ты стыдился меня, или… — Стыдиться тебя? — Хизаши вскакивает, и Шота удивленно смотрит на него. — Шота, детка, я не спрашивал тебя, потому что я знаю, что ты ненавидишь подобные вечеринки, и я не хотел, чтобы ты чувствовал давление из-за этого. — О, — отвечает Шота, чувствуя себя немного неловко. — Да, «о», — фыркает Хизаши, поднося руку к щеке Шоты. — Как я могу стыдиться тебя? Если бы я был таким чувствительным, я бы не вышел за мужчину, который спит в общественных местах в ярко-желтом спальном мешке. Шота думает, что в этом есть смысл. — Завтра наша годовщина, — наконец говорит Айзава, заставляя Хизаши удивленно моргнуть. — Серьезно? — Спрашивает Хизаши, слегка хмурится, когда считает в уме. — Черт, серьезно. Извини, Шота, я был настолько увлечен всем, что я не планировал… — Это должно было стать сюрпризом, но Lunch-Rush научил меня, как делать рамен, — прерывает Шота. — Это то, что я делал по вечерам. Я собирался сделать это для тебя завтра, и вибратор, который ты нашел, должен был быть… позже. Но у меня есть и настоящий подарок для тебя. — Я, — медленно говорит Хизаши, широко распахнутыми глазами глядя на Шоту, — идиот. Черт. — Может быть, немного, — говорит Шота, потянув Хизаши ближе и заглядывая ему в глаза. — Но я должен был поговорить с тобой сначала, а не просто делать предположения. Хизаши слегка мнется, прежде чем наклониться и оставить легкий поцелуй на губах Шоты. Затем он снова целует его, немного глубже и настойчивее в этот раз. — Я скучаю по твоей щетине, — бормочет Хизаши, прервав поцелуй и поглаживая большим пальцем гладкую щеку Шоты. — Правда? — Спрашивает Шота, и Хизаши слегка кивает. — И одежда хороша, но я должен сказать, я немного ревную, что все остальные видят тебя так, — продолжает Хизаши. — Люди больше смотрят, когда ты носишь что-то другое, кроме своего спортивного костюма. — Тебе ни к чему ревновать, — фыркает Шота, сжимая пальцы в волосах Хизаши. — Ты тот, за кого я вышел замуж. Хизаши отвечает еще одним поцелуем, на этот раз длинным, глубоким и сладким. — Итак, — говорит Хизаши, когда ему удается отстраниться. — Можем ли мы попробовать этот вибратор сейчас, или я должен ждать до завтра? — Завтра, — отвечает Шота, немного ухмыляясь Хизаши. — Ты так же должен удивиться, когда придёшь домой и найдешь меня за приготовлением обеда. — Полагаю, я могу это сделать, — отвечает Хизаши. Когда Хизаши приходит домой на следующий день, Шота готовит ужин. Однако на его подбородке привычная щетина, и он носит тренировочные брюки Хизаши и старую футболку. Хизаши все еще утверждает, что это их лучший юбилей.
