Как там, в колхозе?

      — Мелочь! Ты дома?        Таня приняла сидячее положение в кровати. Из комнаты был слышен смех Дзё.         — Чёрт, с вами даже на выходных не выспишься! — проворчала она, — Чего тебе, ушастый?        Спринг положил на стол пару монет, по виду старинных. Девушка, недоумевая, взяла одну из них и начала рассматривать. Повертев монеты в руках пару минут, она сказала:         — Это алтын. Они в Древней Руси были в обращении. Где ты их откопал?         — Это Фантайм в город ездил, вот к его мопеду и прицепилась парочка. Где — точно сказать никто не может. Первое, что мне в голову пришло — обратиться к тебе, как к старожилу этой деревни.         — Ну я тоже, конечно, не всё тут знаю, а старую деревню и подавно.         — Но, может быть, у тебя есть мысли?         — Давай подумаем… Монеты прицепились на дороге между деревней и городом, это скорее всего. Я не думаю, что они были на городских дорогах…        Таня закрыла глаза и стала что-то мычать про себя, при этом жестикулируя.         — Чего это с ней? — спросил Спрингтрап у её сестры.         — Пытается предположить, где по большей вероятности могли быть эти артефакты. Ничего, сейчас пройдёт.        Вскоре девчонка восторженно вскрикнула:         — Точно! У нас кладбище старое! По слухам, там ещё века с четырнадцатого хоронили!         — А вот это мне уже нравится, — протянул Спринг, — а как ты думаешь, сможем ли мы там что-нибудь ещё найти?        — Кто знает. Хочешь пойти туда и всё разведать?         — Не я, а три дебила: Плакса, Сирень и Соловей.         — Ну, я бы не сказала, что Фредди прям такой плакса. А задумали, как я понимаю, Дед с Бонькой, да?

***

       — Бррр, — у Фредди побежали мурашки по коже от одного только вида могил.         — Не ной, — проворчал Бонни.        — Я не ною, — ответил медведь, — просто атмосфера жутковатая.         — Ты просто не знаешь реальных жутких мест, — сказала впереди идущая Лиза.        Я не думаю, что Шелепинское кладбище как-то сильно по виду отличается от других кладбищ: небольшая лесная полоска с кучей оград, памятников и крестов. На некоторых могилах росли цветы, лежали конфеты, пряники. Где-то рядом, за деревьями, были слышны голоса и видны копающие силуэты — снова кого-то хоронят.        Девушка остановилась у одной могилы. Здесь была похоронена женщина. Лиза присела рядом и обняла памятник.         — Привет, мама. Ей ответил шелест листвы на деревьях.        Парни в это время рассматривали прочие могилы. Глядя на фамилии, им удалось найти вероятных прадедов и прабабушек Тани. Вскоре Лиза подошла к ним.         — Идём, это только начало кладбища. Я думаю, нам лучше будет идти вдоль по тропе.        Ребята послушно вышли за ней.        Могилы становились всё более и более заброшенными. Очевидно, людям было лень уже идти дальше. Или кто-то не знал, что здесь похоронен кто-то из его рода. Может быть, родня погибшего уехала далеко, и возможности приехать нет. Кто знает.         — Не думала, что наше кладбище такое огромное! — сказала Дед, когда те дошли до каменного указателя: «Шелепино». За указателем могилы шли дальше. Почти раскрошенные со временем.         — А это точно русский язык? — спросил Фредди, глядя на надписи.         — Это старорусский. Так в нашей стране в древности писали.         — Круто! — ахнул Бонни, ну что, копать будем?        — Ты что, кости забрать хочешь? — посмеялась Лиза.         — А почему бы и нет? Потом изучить их…         — Гляди, — заметил Фред, — как бы тебе Спринг и Фокси пиздюлей не дали!         — А за что пиздюлей-то давать? — спросил кролик.         — За то, что ты из вашей лаборатории склеп делаешь! — ответил медведь.         — Ребя…        Лиза не договорила, так как земля ушла у неё из-под ног. Девушка оказалась в яме, выкопанной довольно давно. Парни бросились на помощь.         — Лиза, ты цела? — крикнул Бонни.         — В порядке! — крикнула Дед, — народ, тут темновато! Посветите, кто-нибудь!        Фредди вынул из кармана фонарь, включил его и начал светить в яму.        — Охренеть! — послышался Лизин голос, — тут сундук! Массивный!         — Ага, — отозвался Фред, — только нам не то, что сундук, тебя вытащить проблема!         — К тому же, темнеет! — заметил Бонни. Дед запаниковала, ведь она сильно боялась темноты. А ещё на кладбище, в яме — это т      олько нагоняло страх.         — Пацаны! — крикнула она, — зовите, кто-нибудь, подмогу! К чертям всё, мне страшно!        Бонни побежал в сторону деревни. Фредди остался успокаивать Деда. Через полчаса (кладбище неблизко) кролик прибежал вместе с Фокси с верёвкой.

***

        — Вот скажи мне, — недоумевала Полина, — зачем вам это надо было? А если бы тебя не вытащили? А ещё меня от суицида отговаривают!         — Зато что нашли! — сказала Дед, — сама глянь: весь сундук набит золотом и драгоценными камнями!         — Ну да, это поистине грандиозная находка, — согласилась Лора.        — Но стоила ли она твоего испуга? — спросил Фокси.         — Это ещё не испуг, — засмеялась девушка, — в нашем колхозе были вещи и пострашнее.         — Например? — поинтересовался Фантайм, — Самара из колодца вылезала?         — Хах, почти! — Девчонки залились смехом, — Да, Танос?        Таня, смеясь, закрыла лицо рукой.         — Давай, Танюх, — смеялся Голден, — колись!         — А что колиться? — спросила кудрявая, — сначала в пять лет в колодец летом упала, потом в двенадцать зимой!         — И где тут страшно? — спросил неудовлетворённый рассказом Фантайм.         — Не тут, — сказала Полина, — Я, например, как-то ехала с дачи на старой деревне на велике. Спускаюсь с горы на большой скорости. А там на дороге женщина, вся в белом. Я кричу ей, чтобы отошла, ведь затормозить не смогу. И что вы думаете? Проехала сквозь неё! Торможу у склона, гляжу — ни женщины, ни трупа!         — Брешешь! — бросил Спринг.         — Ни разу, — возразила брюнетка.         — Ой, — воскликнула Дед, — а помнишь, как мы разошлись там же? Короче, идём мы с Таней на дачу к Полине. Пришли — никого нет. Звоню ей. Она, как оказалось, навстречу нам пошла по той же дороге. До сих пор непонятно, как мы друг друга не увидели!         — А после рыбалки что было? — напомнила ей Таня.         — Ой, да! Ушла я, значит, с рыбалки раньше всех. Иду в наушниках, музыка на полную. И тут голос: «Эй, ты!» Слов таких в песне не было! Снимаю наушники. Снова: «Эй, ты! Иди сюда!» Мне страшно, беру телефон, звоню Полине!         — Блин, — подала голос Чика, — такое чувство, будто только с вами такое бывает.        — Ну да, — сказала Полина, — Ли с Владой обычно на каникулах в Москву уезжают, а Миша в то время ещё в Ангарске жил.         — ну чё, пацаны, пакуем чемоданы? — пошутил Эннард.         — А я ещё в детстве дома голоса слышала, — улыбаясь, добавила Таня, — причём, тоже детские. Мне казалось, что это игрушки разговаривают.        — У вас точно с кукушкой всё хорошо? — спросила Бейби.         — Может, экзорциста вызовете? — спросила Фаф.         — Зачем? — спросил Миша и засмеялся.        Дальше все обсуждали, что делать с сундуком. Сочлись на том, что его надо отдать в краеведческий музей. Часть денег от стоимости сокровищ должна, по закону, достаться государству, часть — музею, и остальное — нашедшим. Бонни всё-таки получил пиздюлей от «коллег». За мысль, но получил, чтобы неповадно было.

***

 — О, Танько!        На следующий день Таня снова пересеклась со Спрингтрапом, но, на этот раз, в городе.         — Какими судьбами, ушастый?         — Да вот, к Новому году готовлюсь, пока деньги есть, — беспечно ответил парень, показывая сумку с гирляндами, мишурой и прочей праздничной атрибутикой.         — о, я как-то тоже, — улыбнулась девчонка.         — Как праздновать планируете? — спросил он.         — Вообще, мы каждый год у кого-то собираемся и вместе встречаем Новый год, всей семьёй. В этом году собираемся у меня, так что, заваливайтесь!         — А мы-то зачем?         — Ну, как-бы, вы тоже наша семья, — с серьёзным видом взглянула она на парня. Тот поспешил отвести взгляд, будто обжёгся.        «А может, ну его — этот НГ? — думал он, — может, сейчас сказать?»         — Послушай, Тань, — невольно произнёс он.        Девушка снова взглянула на него.        «Давай же! — вертелось в его голове, — просто возьми и скажи! Неужели это так сложно? Давай, Спринг, мужайся!»         — В твоём доме будет места мало для всех нас, — выпалил он, — пусть дом и частный, но по площади такой же, как и обычная квартира. Давайте в нашем особняке отпразнуем?        — Ну, если остальные не против, то я за! — улыбнулась Танько.        Спрингтрап натянул на себя лёгкую улыбку.        «Трухло! — сказал он про себя».