На дно морское

      Бесконечное падение вниз.       Глаза видят лишь чистое голубое небо. Уши заложило, но где-то на переферии органов чувств ещё существуют тревожные крики чаек, плеск тёмно-синих волн, разбивающихся о чёрные скалы белой пеной, яркий свет солнца и очертания тонких, почти прозрачных, облаков. Где-то внутри выравнивает свой ритм сердце, разнося глухой звук ударов по всему телу. Удар. Ещё один. Снова и снова.       Удар. Боли нет, только травматический шок и прозрачная вода, застилающая глаза пеленой.       Тело не слушается, солнечный свет уже почти не виден, тёмный монстр внизу раскрывает свою пасть для новой жертвы, темнота ползёт всё выше и выше, желая полностью поглотить тонущего.       Глаза не закрываются, но это уже не важно, скоро чёрные щупальца чудовища утащат вниз, в своё логово, в темноту.

***

      Слава лежал в больничной палате и бредил уже второй день, становясь всё бледнее и бледнее с каждым часом, с каждой минутой. Врачи наблюдали за сердечным циклом больного, подавали лекарства через вколотые в руку трубки. Состояние парня только ухудшалось. Его друзья вторые сутки по очереди дежурили в коридоре больницы, дожидаясь хоть каких-то новостей. Но врачи всё так же молча заходили в палату и выходили из неё. Тишина пропиталась тревогой и смешалась с отчаянием, она ложилась на плечи тяжким грузом, давила на слух. Казалось, эту тишину можно потрогать, даже взвесить на обычных весах.

***

      Глаза застилала темнота, дышать было невозможно, боль тонкими иглами пронзала всё тело. Хотелось снова увидеть голубое небо, услышать крики чаек над тёмно-синими волнами. Подставить солнцу лицо и увидеть свет.       Темнота почти поглотила парня, в какой-то момент ему померещился отблеск яркого солнца, играющего бликами на волнах.       Пасть чудовища, живущего на дне морском, сомкнулась.