За гранью Мира. Начало.

Легкие, почти прозрачные лучи солнца, накрыли верхушки многоэтажных домов. Как бы надевая шапочки, не позволяя замерзнуть. Это было ранее, ранее утро. Да, утро спустя семнадцать лет. Не могу точно сказать, какие были эти года, тяжелые и холодные, или теплые и приятные. У каждого по-разному. Но я знаю точно, что легкими и пушистыми эти годы не казались одной девочке, точнее уже девушке. Все эти годы, многие люди просто проходили мимо нее. Ведь они не знают, что это девочка, помнит каждую минутку своей жизни, с самого рождения. Не так как остальные. Все эти годы, многие люди, редко, но заговаривали с ней. Ведь они не знают, что она видит намного больше чем они, не так как остальные. Все эти годы, многие люди иногда поглядывали на эту девочку. Не зная, что она вовсе и не девочка. Все эти годы… Уже более, менее знакомую тишину нарушили постепенные удары. Удары тяжелых капель дождя, по пока еще сухому асфальту. С секундами их становится больше, а далее и совсем покрывают дорожки, заставляя принимать их темный цвет. Теперь слышно все, каждую капельку. Удары по крыше, окнам, а иногда и стекания вод по высоким трубам домов, оставляя внизу после себя и без того большую лужицу. Птицы не летали, не знаю, может это из-за дождя, а может, и нет. Ведь это был достаточно глухой район города, да и город был не большим. Редко, очень редко тут проезжали машины. За день их можно было посчитать по пальцам, может, даже, и одной руки. Откуда-то послышался скрип. Это пропела старая, и проржавелая от постоянного дождя, подъездная дверь. Оттуда вышла не высокая и тонкая девушка. На ней было теплое, темно-зеленое пальто, с желтым, длинным, хорошо перемотанным шарфом во круг шеи. Девушка мельком посмотрела своими темными, как та самая ночь глазками, на мокрую дорогу, которую с особым вниманием покрывали удары дождя. Она поежилась, еще сильнее зарываясь в любимый, и пушистый шарф на столько, что и кончик носа спрятался, где-то в глубине желтых ворсинок. Эту девушку зовут – Хоа (в пер. с кор.: «цветок») Как уже многие из вас догадались, это и есть наша девочка. Да, это она. Та, уже девушка, которая совершенна не примечательна своей внешностью. Та девушка, которой уж точно не похвалиться своими формами. Та девушка, которая сейчас бежит к давно приметной остановке, не обращая ни какого внимания на удары холодных капель по плечам и темной макушке головы. «Сама виновата… - пронеслось у девушки в голове.» Нет, я ее судить не буду, она права. Грустить меньше надо! Наконец-то Хоа добежала до уже такой желанной ей остановки. Теперь осталось дождаться только автобуса. Который, кстати ходил только один раз «В три часа и семнадцать минут… - снова напомнила себе девушка.» Она давно уже запомнила, и просчитала у себя в голове это время. Медленно поправив одну лямку портфеля, за другой, немного оглянулась. Никого. Совершенно пусто. Компанию ей составляли только капельки, которых стало немного меньше, или, так только кажется. Спокойствие девушки отвлек свист колес тяжелого транспорта по мокрому асфальту. «Ну наконец-то…» Хоа подбежав, спустилась с тротуара, стараясь не наступить на маленькую лужицу, и поднялась по лестницам автобуса. Со стороны это выглядело бы очень забавно. А почему «бы»? Да потому, что девушка сомневалась, что даже водитель, каким-то боком мог увидеть эту нелепую картинку. Немного усмехнувшись своим мыслям, она села на свое уже давно любимое место у окна. Она была благодарна, что сейчас ей чуточку теплее, что сейчас она может насладиться музыкой через наушники, и что всегда в этом автобусе только она. Да, она единственная из пассажиров, пока и мерее только этого района. Иногда у Хоа появлялось ощущение, что это ее личный автобус, которые приезжает только за ней. Эта мысль немного грела душу, и заставляла кончики пухленьких губ приподниматься. Хотя девушки знала, что это далеко не так, но все же любила помечтать. Путь до школы был не быстрый, Хоа приходилось вставать намного раньше своих одноклассников. Ведь дорога составляла: «Ежедневная «пробежка» до автобусной остановки», далее «42 минуты сна», и на конец «10-ти минутная «прогулка» до школы». Прокрутив все это у себя в голове по несколько кругов и поняв, что совсем забыла про второй пункт «42 минуты сна», задремала. Хоа очень уставала. Не могу сказать, что от учебы, скорее от бессонницы. Девушка могла уснуть только в это время, именно в этом автобусе, и под определенный плейлист. Все остальное время, считая ночь, девушку мучили сны-воспоминания-ужасы. Да, она так их и называла. Ведь когда она засыпала, пока и мерее старалась это сделать, то перед глазами сразу всплывала та ужасная ночь, те люди (если их так можно было назвать), и смерть, смерть мамы. После всего многочисленно раз проигранного, Хоа просыпалась в холодном поту, и смотря на время, понимала, что проспала не более семи минут. Да у кого-то цикл сна составляет восемь/девять часов, а у кого-то семь, семь минут. Но она не горюет, уже уж привыкла. Как вы думаете, что же планирует сделать сегодня наша Ли Хоа? Ну по началу, как все обычные старшеклассники, провести свой любимый и всем сердцем долгожданный, учебный день; ну а позже поехать в церковь. Нет. Она не венчаться туда поедет, и не молится, пока и мерее в этот раз. Чаще всего Хоа посещает церковь потому, что там живет ее тетушка. Конечно не родная. Эта, уже старушка, забрала еле живую новорожденную в ту ночь. Она подошла к плачущей девочке. Она взяла ее с холодного, окровавленного снега. Она вырастила Ли. Поэтому сама Хоа считает ее самым добрым человеком в мире. Так как девушка выросла в церкви, она иногда приходит и проводит там вечера, молясь или даже засыпая на твердой деревянной лавке. Но именно такой лавка кажется только простым посетителям, но не Ли. Даже такая ни чему не приметная дощечка, кажется ей самой роскошной кроватью, на которой она спала. Девушка любила церковную тишину и запах. Да, тот самый запах свечей, сделанных из меда. Он прекрасен. И вот уже успели пролететь такие желанные 42 минуты и девушка выпрыгнув из автобуса, под сильными и колкими каплями дождя, забежала в первое попавшееся заведение. - Дам, давно пора бы уже купить себе зонтик…- пробурчав себе это под нос, осмотрелась. Это оказалось очень приятное кафе, в теплых тонах. Оно показалось девушке на столько уютным, что появилось желание остаться. Ли Хоа, так же стоя у входа, мельком посмотрела на свои часы. -«Так, ну... думаю, что 15 минуточек у меня есть! Так что… - она начала искать свободный столик.» Людей в помещение оказалось, на удивление много, поэтому наконец найдя маленькое место у стойки, уселась перед небольшой висящей плазмой. - Здравствуйте, будем что ни будь заказывать? – послышалось заманчивое предложение симпатичного официанта, от которого девушка была вынуждена отказаться. И не потому, что не хотела выпить чашечку горячего какао, а потому, что у нее попусту не было на это денег. На самом деле Хоа была очень бедна, да и в кого ей быть богатой!? Одеваясь в мешковатые свитера, и джинсы, накидывая самое теплое, что у нее есть. Да, одежда не менялась месяцами, зато она была бережно выстиранная в ручную. Эх…у нее даже не было стиральной машинки. Лишь однокомнатная квартирка, казавшееся ей самой узкой и не удобной во всем районе. Хотя, наверное это и было так. Потому, что дряхленький рабочий столик, если его вообще можно было так назвать, маленький холодильничек в виде небольшого ящичка, шкафа, которого девушке пришлось собирать самой и матраса – не назовешь уж роскошью точно. От мыслей ее отвлек разговор ведущих в новостях, на плазме, так как бармен по непонятному поводу сделал звук немного громче. Казалось, что после его действий все кафе притихло и уставилось в экран. -«Как вы думаете, как можно описать это происшествие? – спросила ведущая у сидящего перед ней мужчины. - На самом деле случай очень непростой. Полиция уже старается разобраться с этим, ведь все оборудования перед боем проверялись. Но уж тем более странно, что Мин Кюно, который и должен бал быть противником жертвы, в это время отсутствовал. Вместо него был кто-то другой. А сам этот на носитель удара, благополучно скрылся. Мы даже не можем найти не единого следа, такое впервые! Мы действительно в замешательстве!» Далее на экране были показаны кадры самого происшествия. Короткое видео, скорее всего фаната. Бокс. Первый раунд. Противник наносит удар в живот, а пострадавший скрючившись, падает на пол. -«И так, - снова начала женщина повернувшись теперь к зрителям. – сегодня погиб самый известный в Южной Корее боксер. Чон Чонгук. Недавно стало известно по кадрам видеосъемки, что в перчатке противника находился острый предмет, который и попал в тело известного боксера. Большое излияние крови, последовательно, смерть. Сам убийца скрылся с места происшествия, не оставя ни каких следов. На данный момент полиция старается в этом разобраться.» Все кафе начало перешептываться, охать и ахать. Ведь сам Чон Чонгук, который не проигрывал ни одного раунда в жизни, вот так вот умер. Это конечно какое-то недоразумение. Да и видно, что на видео не тот человек в виде противника, на самом деле, примерно телосложением убийца и жертва были очень похожи, а Мин Кюно, на две головы точно выше Чон Чонгука. Сама Ли Хоа не особо интересовалась миром бокса, но все же знала этого человека. Посочувствовав, она снова надев шарф, выскочила из кафе. А что она еще могла сделать? Да, она не такая, как все остальные, но ничего «воскресающего» сотворить не могла. На черную мокушку, снова начали приземлятся тяжелые капли дождя. -«Ну вот. Зачем зашла? После услышанного, дождь теперь только и усилится.» Поторопившись, Хоа «благополучно» добежала до школы. И зайдя в класс, плюхнулась на свою уже давно полюбленную, последнюю парту. Кинув портфель к себе под ноги, девушка повернув голову к окну, легла на парту. Она часто так делала, стараясь забыться. Иногда получалось, а иногда нет. Ведь парта только по началу прохладная, потом она согревается и уже становится не нужной. Прозвенела уже успевшая надоесть, школьная мелодия, оповещающая, что лекция должна начинаться. - Ну вот, опять скукота! После третьего урока, Ли Хоа направилась в столовую. На еду ее совершенно не тянуло. Эта столовая была для нее, как место для посиделок. Девушка привыкла к чувству голода. Так как из-за бедности часто не завтракала, да и не обедала…и не ужинала. Многие подумают – друзья? Конечно! Не смотря на ее бедность, на ее спокойствие и неразговорчивость – у нее было очень много друзей! Нет. Нет не единого человека, с кем она вообще поговорила в этой школе. Честно. Некоторые думают, что она немая, некоторые вообще не знают, что она существует. Но в общем в обществе создается атмосфера, что она психически не нормально отсталая, кхм…немного того, в общем. Дам. Ну а если подумать, то с первого взгляда она и кажется такой. Сами подумайте. Ли Хоа: ни разу в жизни ни с кем не говорила, она постоянно в наушниках, постоянно одна. А самое главное, она часто поднимает голову и смотрит в пустоту, иногда и надолго задерживая свой взгляд. Как будто ее кто-то там позвал, и разговаривает с ней. Страшно ей богу! Сейчас Ли опять в наушниках, и читая свою книгу, совершенно не была ею увлечена. Да и музыки в ушах не играло. На самом деле она без палевно подслушивала разговор рядом сидящей компании: -«Вон, вон смотри, опять там сидит!» -«Смотри, она такая бледная, словно труп.» -«Говорят, она немая…» -«А что она там читает?» -«Блин, смотри и по близ нее ни кто не сидит, пошли ка тоже в другое место, а!?» На это разговор небольшой компании закончился, и ребята встав, благополучно удалились с поля зрения. Как и всегда! Все от нее просто на просто шарахались, скидывая на то, что она жутко странная…но Хоа не привыкать. Улыбнувшись своим же глубоким мыслям, перевернула страницу, давно уже прочитанного романа. Романа в котором женщине приходилось жестоко выбирать между двумя мужчинами. Так прошел ее очередной день в школе, слава богу хоть последний перед выходными. Ли Хоа, быстро накинула дубленку и шарф, выбежала на остановку. Дождь наконец-то прекратился. -«Ну и на этом спасибо!» - Ли, села в знакомую ей маршрутку и поехала в родной и приятно пахнувший, домик – церковь. - Тетушка~ - Хоа с объятьями бросилась к любимой старушке. – Я так скучала… - Ох, милая, больно уж скучать, недавно ведь виделись… - Ну и что, как ухожу из этого места, сразу начинаю скучать по тебе… - Ох, цветочек ты мой! Как ты? - Все хорошо, тетушка – учусь, тренируюсь много! - Тогда ладно. А знаешь, – начала тетушка, присаживаясь с Хоа на скамейку. – Ты мне приснилась сегодня ночью. - Правда? И в каком же образе? - Я точно не помню, но ты была, то в аду, то в раю, что-то постоянно менялось. Не к добру это, цветочек мой, будь сейчас осторожней. Ладно? - Конечно, тетушка. Обещаю, буду еще внимательнее! - Вот и умница, цветочек. После приятного разговора, с тетушкой, Девушка быстренько домчалась домой. Зайдя в маленькую душную квартирку, бросила портфель на кровать. - Так, надо что-то делать с дверью, - Ли проверила дверь на обшарпанные за все время существования этой двери, замки. – Так, с замками понятно, - далее девушка взяла тряпки, лежащие на матрасе, и заложила ими все щели в двери, а потом приволокла старую табуретку и подперла ею выход. – А то знаю я вас, алкашня… Соседи, как вы уже поняли, у нее не ахти. Ну да ладно, живем! Вытащив замороженный в холодильнике-ящике рамен, через балкон (это помещение, чем-то напоминающий балкон, скорее всего у старых хозяев этой «квартиры» вывалилось окно и отвалилась крайняя часть подоконника, поэтому они решили не парится и доломав все окончательно, приделали дополнительные сантиметры пола, за которые девушке тоже пришлось заплатить. Вот и получился вдохновляющий «балкон» в такой же прекрасной «квартире»), девушка перепрыгнула с бетонной доски под ногами на пожарную лестницу, которая с покачиванием проскрипела от ржавчины и веса девушки. Ли аккуратно спустилась по лестнице в общую «кухню» (типа подвала), и найдя в темноте микроволновку, поставила еду на разморозку. - Блин, она сейчас будет отмораживаться сто лет. Где пульт? – девушка начала возить руками в темноте, так как света в этой кухни нет как месяц. В место пульта, Хоа нащупала хрустящую упаковку таблеток. – Так…понятно…алкашня вышла на новый уровень. – отыскав пульт на высокой полке, тыкнула в пустоту, от чего завиднелся фонарик, а потом и включился маленький телевизерек (по другому его не назовешь). – Кулинарное шоу, м…круто. Давайте учите меня готовить! Да, жуя рамен буду представлять, что ем нормальную еду! Супер! – *Кроткий звонок, оповещающий об окончании, приготовления блюда.* – Ну наконец-то. – Ли вынула горячий рамен из микроволновки, и достав одноразовые палочки приготовилась к потчеванию. Положив одну порцию рамена в рот, она ей же поперхнулась. - Ну что. Опять? Вы дадите мне поесть? Или нет? – начала она ругаться, указывая палочками с висящей лапшой в экран телевизора, где сейчас только что, главный помощник шеф-повара упал за стойку с едой. – Видимо нет… - сказав это, она перестала живать и отставив миску в сторону, уставилась в экран. Сейчас на передачи кулинарии, в прямом эфире, камера показала обездвиженного и не имеющих каких либо признаков жизни – помощника Шеф-повара. В стеклянном маленьком экране, были показаны кадры, ну уж точно не для слабонервных. Этот самый парень лежал на полу и дергался, а изо рта прыскала пена, далее обездвижение, и смерть. Показали это все случайно, просто такой выдался угол съемки. Тишина. – Э-это как? – девушка начала нервно показывать на экран. – Э-это что, в-второе убийство за день…Это ведь и-известный, этот…как его. А. Чон Хосок. Пипец! И что…Что будет дальше? * * * На следующее утро, ну для кого утро, а для кого просто продолжение вечера. Причем совершенно не приятного вечера. Странно, но после этих убийств, Хоа стало весьма не по себе. Так как кто-то точно это все очень хорошо спланировал. Не понимая саму себя, Хоа чувствовала себя немного виноватой в этом всем. Ведь она: «Не такая, как все!», и должна что-то с этим делать. Ну…вернее, так считала только Ли Хоа. Глупо, не так ли? - Неужели этот убийца пойдет по всем известным!? – начала рассуждать Ли, сидя на «мягком» матрасе. – Так. Нет. Произошло всего два убийства, хах…я так легко об этом говорю. Боже… После коротких раздумьев, Ли плюхнулась на «кровать» и решила просто не вмешиваться вовсе это. Но лежала она недолго. Вскочив на ноги, со словом: «Время!», она побежала собираться. Одев очередной свитер со школьной юбкой, и дубленку, захватив с собой шарф побежала на улицу. На самом деле время у нее хватало, просто она не хотела ни в коем случае не пропустить приезда тяжелого транспорта. И почему же? Нет, не потому, что она может опоздать в школу. Сегодня выходной! Но девушка и не думает расслабляться. Она идет заниматься своим любимым делом. Хах, нет она не певица…да и не танцовщица, не художник, как обычно это заведено у девушек ее возраста. Она – занимается тяжелой гимнастикой, редко ходит на уроки атлетики. Неожиданно, правда? (нет). А вы думаете, она фигней страдает, что ли!? Ну для начала, у нее есть подработка – так сказать работает в пиццерии, принимает заказы, редко, но иногда занимается и доставкой. Как вы уже поняли, она сильно копит и все накопленные деньги, легко отправляются на оплату тренировок. Поэтому Хоа никогда не пропускала тренировки. Даже если болела, то на занятиях выкладывалась в полную силу, до последних капель энергии Ли проводила в зале. Она любила свое дело, и отдавалась ему всей душой. Но, к сожалению призовых мест, еще не занимала. Умения у нее были, и не плохие, но их перекрывали яркие наряды партнерш, которые уже переспали со всей администрацией. В этом Ли Хоа, была полностью уверена, потому что оставаясь допоздна в зале, часто слышала стоны исходящие из кабинета глав тренера. Весело! Но Хоа все равно не покладая рук, старалась. Как сейчас, переодевшись в свою обычную форму, майка и шорты. Ли не одевала купальник для тренировок. Почему? Во-первых, она не любила открытую одежду, и всячески старалась ее не носить. А во-вторых, у нее не было таких денег, чтобы купить то, что толком то и не нужно. Сейчас уже прошел весь выходной день, в зале уже никого нет. Только Ли, включив музыку в наушниках, благополучно растягивает связки, для прыжков. Она не мазохист, но боль тренировок, она иногда даже любила. Далее обмазав руки в муке, девушка запрыгнула на турники, начала раскачиваясь и всячески закручиваясь, с легкостью перескакивала с одного турника на другой. Давно вызубренные движения, давались с особой легкостью, но она повторяла их снова и снова. - Переставай! На занималась уже! – после сказанных слов, Ли Хоа спрыгнула и приземлилась на ноги. – Слишком поздно для таких интенсивных тренировок. – Девушка, как стояла, так и стоит на месте, удивленно хлопая глазами. Сам глав тренер, который всегда был не доволен ею, и заставляя работать больше и больше – отпускает ее домой? Не веря его словам она так же стояла бездвижно. – Оглохла? - Но… - пыталась что-то сказать Ли, но тренер подойдя, быстро развернул девушку к выходу, предварительно дав ей, ее спортивную сумку. - Поторапливайся! Давай…давай… Тренер проследил, чтобы гимнастка вышла из здания, а позже, развернувшись, пошел в свой кабинет. Хоа медленно шла к остановке. - И когда мы успели перейти с тренером на не формальности? – девушка вопросительно вскинув брови погрузилась в свои мысли. – Холодно… - поежившись, девушка остановилась. – Блин! Так у меня вся одежда в раздевалке! – и вот Ли, одетая в майку и шорты, по минусовой температуре, сломя голову бежит обратно в зал. Блин, ну а кто скажет, что она не психопатка!? Автор унижает свою же героиню…докатились! Дойдя до раздевалки, Ли остановилась. Странно, что дверь у глав тренера открыта, девушка невольно, с достаточно большого расстояния заглянула в кабинет. Но после увиденного, села на холодный пол и закрыла рот ладошкой. Ох зря она это сделала! - Нет, нет боже. Этого не может быть! – И так, сегодня, заслуженный тренер Южной Кореи, Ким Намджун, совершил самоубийство в своем же кабинете. – Убийство, снова. Или самоубийство!? – девушка пыталась прийти в себя и позвать на помощь. – Мужчина! – обратилась она к охраннику. – Тут… * * * Девушка опять стоит в темной и тихой кухне, а рядом разогревается рамен. Ли уставилась в пустоту, мыслей в голове куда-то улепетались, и, походу не собирались возвращаться. Тренер, который довел ее до совершенства…Тренер с которым они очень редко ссорились…Тренер, который, не смотря на всю свою озабоченность к ученицам, никогда ничего у нее не выпрашивал…Тренер, который сегодня вечером… Хоа боялась не то чтобы произнести вслух, даже просто подумать об этом. Нет. Этого не может быть… - Это не конец… - прошептала она, все так же стоя в тихой кухне… - Ты права… - ответил кто-то.