Гейл Хоторн

Брожу на окраинах Шлака: как знать, Быть может, судьбу я свою повстречаю? Быть может, другая поможет мне стать Тем, кем был с тобою я, Китнисс родная, Тем, кем был я некогда... Да, говорит Во мне ядовитая ревность, что знает Как это - быть тем, кто теперь не забыт, Но лучше б забытым ему быть, и ранит Разбитое сердце того, кто тебе Стал лишним, как это всегда и бывает С тем, третьим, который мозолит судьбе Глаза, что безжалостно-строго пылают. И кто-то другой за меня говорит Все эти слова, хоть и некому слушать, И сердце всё так же болит и болит, И песни лесные как будто бы уши Не слышат: далёк стал от мира твой друг, Лишь друг, и не больше теперь... И побег ли - Уход мой от мира, где времени круг Замкнулся, когда сами звёзды померкли В тот час, когда самый возвышенный свет Одной, что светила мне ярче всех прочих - Вдруг вспышкой погасла, и лишь силуэт Оставила в памяти - этом непрочном Ларце всех возвышенных наших идей И высших экстазов, восторгов и неги... Мне кажется, Прим из всех прочих людей Была самой лучшей, душевной... Побеги- Ростки новой примулы я посадил Под окнами дома, что часто пустует: Пусть отблеск хоть света, что мало светил Так в жизни, мне грёзу о прошлом рисует. Сияет роса на нежнейших цветах, Рассвета лучи отражая прилежно. И день этот тоже вернётся во прах, Как прежний, как прошлое всё неизбежно. И горько мне пить то вино, что сберёг С надеждой на лучшее в прошлом: надежды Сияли мне, точно живой лепесток Тех примул в росы безмятежной одежде. Надежда всегда умирает, когда Последнее лучшее сердце покинет... Когда наступает зима, и снега Покроют всё саваном, с радостью сгинет В лесах Хоторн - тот, кого мир позабыл, Забытый им тоже, и вряд ли кто знает, Как часто лелеет он ту, с кем бродил, В мечтах, - кого дети и Пит обнимают.