Хулиган.

      Рома сидел дома и думал. Очень напряжённо, действительно задумался и придумывал план действий. «Если он не хочет, я его заставлю!»       Лололошка решил сделать ставку на ревнивость любимого. «Нет, ну серьёзно, сколько уже можно!?»

***

— Я дома!       Флекджикей хлопнул дверью, оповещая своего парня о своём прибытии, однако никто не выбежал его встречать и расцеловывать, что напрягало, а из комнаты доносились подозрительные звуки.       Он тихо прошёл к проходу и увидел странную картину: Рома лежал на кровати, а на нём оставлял засосы какой-то парень, закрыв ему рот рукой. — Валера!? Сука, ты охуел!?       Фляшка чувствовал себя странно. И возбуждение и ревность одновременно.       Он подошёл к «насильнику», оттащил его от любимого, и, специально впечатав его в косяк по дороге, буквально выкинул за дверь квартиры. И кинул на голову кеды, уже вторым заходом. — Чтобы я тебя впринципе не видел, пидорас.       Фляшка, разгневанный, вернулся в комнату. «Лишь бы всё пошло по плану, лишь бы пошло по плану!»       Рома потирал кисти рук. — Ух... Д-джони, ты не подумай, я просто хотел попить чай, ну, давно не виделись, а он... — договорить он не успел, потому что любимый поцеловал его, прижав к кровати, и начал спускаться поцелуями на шею, оставляя свои засосы на чужих и вообще старался покрыть белую шейку как можно сильнее. — Ах...       Младший откинул голову, подставляя шею под засосы, неровно вздыхая. — Чтобы я его рядом с тобой не видел. — прошипев сквозь зубы, Джони развернул Рому животом на кровать с зелёным одеялом, и припустил кофту, обнажая плечи и покрывая их засосами. — Как скажешь... Ай!       На шее красовался укус. — Конечно как я скажу. Ты что, собрался мне перечить? Я главный в этой квартире. — приподнявшись, Фляшка начал рассматривать свою работу, подмечая другие места, собственнически проводя руками по ягодицам в чёрных облегающих джинсах. — Хулиган.       Джонни беззлобно ухмыльнулся и стянул с младшего белую кофточку, а затем и чёрные джинсы.       Рома тем временем начал снимать со старшего чёрную майку и штаны. — А смазка-а... — он посмотрел в сторону тумбочки, куда указал Лошка, и взял оттуда бутылёк смазки. — какой ты предусмотрительный.       Намазав прохладную недо-жидкость на пальцы, он аккуратно вставил один, а вскоре и второй. — Ах...       Рома расслабился, получая удовольствие, граничащее с приятной болью.       Растянув младшего, Джонни принялся аккуратно входить в раскрасневшегося Рому.       Тот напрягся и зажмурился, принимая полностью. Голубые глазки заблестели от слёз, а бровки нахмурились.       Фляжка взял любимого за бёдра и начал двигаться, оставляя укусы по всему телу любимого. — Ты только мой. Мой. Никому не отдам. И ебать тебя буду только я.       Рома выгибался и расплавлялся от приятных ощущений, что иногда появлялись при движении старшего. — Ах... Да, да!