Спустя семь лет...

      Адриан и Лила выбирали коляску для малыша, который родиться через семь месяцев и даже не догадывались о том, что Аделину отвезли не туда куда нужно было.

***

–Мам, а если папа узнает, что меня нет в интернате? Что тогда будет? –Аделина нервничала, она боялась, что отец узнает, что она у мамы и заберёт её обратно. –Не бойся, милая. Если и узнает, то только тогда, когда нас уже не будет в Париже, –сказала Маринетт, смотря в ноутбук. –Не будет в Париже? –не поняла девочка, –А где мы тогда будем? –В Мадриде, –ответила девушка, продолжая смотреть на монитор ноутбука и что-то печатая. –Как?! Мы летим в Испанию?! –Да, милая. –Н-но я думала мы останемся здесь, в Париже. –Ахахаха, –расмеялась Маринетт, –Котёнок, как мы останемся в Париже? Тогда папа нас точно найдёт. –Но у меня здесь друзья! –чуть повысив тон, сказала блондинка. –Найдёшь новых друзей, –как-то безразлично сказала синевласка, –Адели, пойми меня, мы не можем остаться в Париже. Папа найдёт нас, да и у меня там раб. –Работа?! И ты работаешь?! Серьёзно?! Я думала, что хотя бы ты будешь со мной время проводить, а оказалась ты такая же как и папа!!! –на глазах появились слёзы, Лина посмотрела на мать разочарованым взглядом и выбежала из номера.       Маринетт побежала за Аделиной. Выбежав из номера, она нигде не увидела блондинку. Синевласка пошла к лифту, когда она подошла лифт открылся и из него вышла женщина, блондинка с голубыми глазами, на ней были одеты белые брюки, белая блузка и жёлтый жакет, на ногах белые лабутены (я думаю вы догадались кто это). Блондинка посмотрела на Маринетт высокомерным взглядом, Маринетт же посмотрела на неё с раздражением. –Маринетт Дюпен-Чееееееен, –протянула голубоглазая особа, –Ой, не так, Агрест, верно? –Всё злишься на меня, что Адриан выбрал не тебя, а меня? –на лице синевласки появилась ухмылка. –Я всегда тебя ненавидела, Маринетт. И я уже давно смирилась с тем, что Адриан выбрал не меня. И вообще, вы ведь в разводе, верно? Что с тобой случилось после этого, вернулась в пекарню к родителям? Хотя, я тебя не наблюдала в Париже. –Не угадала. Ты похоже забыла, что пекарня TS уже давно закрыта. И да, ты совсем не меняешься, всё так же продолжаешь гнобить меня тем, что я дочка пекарей. –Ну да. О, ещё кое-что, откуда у тебя деньги? У нас очень дорогой отель и…–её перебели. –Надо же, Хлоя, это жакет бренда «Lady noir»? –увидев знакомую вещь, спросила Агрест. –Да. Оу, Маринетт, ты хочешь такой же жакет? Извини, но он тебе не по карману. –Хлоя, ты даже не знаешь автора этого бренда? –Нет, разве это обязательно? Мне просто нравится «Lady noir». –Это мой бренд, Хлоя, — высокомерие Буржуа сменилось удивлением.–Извини, мне пора, –Маринетт зашла в лифт, из которого только что вышла Хлоя.       Двери лифта закрылись. А Хлоя ещё несколько секунд продолжала стоять с выпученными от удивления глазами.

***

      Аделина, выбежав из отеля, решила пойти в парк, надеясь, что мама её не найдёт. Она шла по дороге, думая о разговоре с мамой. Она разочаровалась в родителях. Оба работают, не кому нет до неё дела. Обидно… Дойдя до фонтана, Адели по искала в кармане монетку, найдя 1 франк и закрыв глаза, загадала желание «Хочу, чтобы мама и папа снова были вместе», после чего бросила монетку в воду. Увидев не далеко стоящую скамейку, Адели подошла к ней и села. На телефон пришло уведомление, блондинка посмотрела на дисплей телефона, это было сообщение от мамы:

«Котёнок, прости меня. Давай по говорим? »

      Вздохнув, Аделина убрала телефон обратно в карман. Рядом кто-то подсел, но девочка не обратила на это внимания. –П-привет? –не уверенный голос откликнул её. –А, это ты? — блондинка посмотрела на сидящего рядом человека и узнала в нём Жюля. –Как дела? –У меня нет настроения разговаривать с кем-либо, — Лина отвернулась от него. –Ты по говорила с Лилой? –НЕТ, НЕ ПО ГОВОРИЛА! А ЗНАЕШЬ ПОЧЕМУ? ПОТОМУ ЧТО ОТЕЦ ОТПРАВИЛ МЕНЯ В ИНТЕРНАТ! –девочка заревела, Жюль не ожидал такого. Подвинувшись к ней ближе, обнял её, а она положила голову ему на плечо.–Меня мама забрала, а папа не знает. Мама хочет уехать в Испанию, а я хочу остаться здесь, в Париже.       Морель не знал, что сказать. Они продолжали сидеть в обнимку где-то минуты две, пока Аделину не откликнулись. –Котёнок, прости меня. Я была не права. Давай поговорим? — сказала девушка с иссиня-чёрными волосами, Жюлю она показалась знакомой, хотя он видел её первый раз. –Я не хочу разговаривать с тобой! Зачем ты вообще приехала? Лучше бы я в интернат отправилась! –повысив тон, сказала блондинка, не обращая внимания на людей, проходящих мимо и наблюдавших за этой сценой. Вдруг зазвонил телефон, это была Лила.

–Алло? –Алло. Адели, ты добралась? –Д-да. –Как там? Тебя кто-нибудь обижает? –Нет, всё хорошо. –Точно? –Д-да, точно. Извини, меня зовут. Поцелуй за меня папу.

–Милая, прости меня. Давай вернёмся и поговорим, пожалуйста? –Маринетт сожалела о своих словах, нужно было как-нибудь по-другому объяснить ей всё. Она не хотела снова потерять дочь. –Хорошо, давай поговорим, –Адели неуверенно подошла к матери. Попрощавшись с Жюлем, девочки вернулись в отель.       Вернувшись в свой номер, Адели и Мари продолжали свой разговор. –Милая, прости меня пожалуйста, — в который раз извинилась Мари. –Нам нужно уехать в Испанию. Да, у меня там бизнес, но это не значит, что я буду редко проводить с тобой время. Я буду стараться уделять тебе больше времени, чем работе. –Правда? — Адели с надеждой посмотрела на маму, а та кивнула.– А как же мои друзья? Пусть их всего двое, но я буду очень сильно скучать по ним. –Мы будем приезжать к Ляйфам в гости, но только раз в три месяца. Хорошо? –Хорошо, — вздохнула блондинка.–Мам, а спой колыбельную, как семь лет назад, пожалуйста. –Хорошо, котёнок, –Маринетт сидела на большой мягкой кровати, облокотившись на изголовье кровати. Адели села рядом, положив голову на плечо синевласки.

Ой у гаю, при Дунаю Ой в гаю у Дуная Соловей щебече. Соловей щебечет, Він свою всю пташину Он всех своих птичек До гніздечка кличе. Зовёт в гнездо. Ох-тьох-тьох і тьох-тьох-тьох Ох-тёх-тёх и тёх-тёх-тёх Соловей щебече. Соловей щебечет. Він свою всю пташину Он всех своих птичек До гніздечка кличе. Зовёт в гнездо. Ой у гаю, при Дунаю Ой в гаю у Дуная, Там музика грає. Где музыкант играет, Бас гуде, скрипка плаче, Бас гудит, скрипка плачет, Милий мій гуляє. Милый мой гуляет. Ох-тьох-тьох і тьох-тьох-тьох Ох-тёх-тёх и тёх-тёх-тёх Там музика грає. Где музыкант играет, Бас гуде, скрипка плаче, Бас гудит, скрипка плачет, Милий мий гуляє. Милый мой гуляет. Ой у гаю, при Дунаю Ой в гаю у Дуная, Тужу самотою. Горюю в одиночестве. Плачу, тужу, ще й ридаю Плачу, горюю, еще и рыдаю Милий за тобою. По тебе, милый. Ох-тьох-тьох і тьох-тьох-тьох Ох-тёх-тёх и тёх-тёх-тёх Соловей щебече. Соловей щебечет. Він свою всю пташину Он всех своих птичек До гніздечка кличе. Зовёт в гнездо.

      Закончив петь, Маринетт услышала тихое сопение. Она смотрела на дочку, разглядывая каждые черты лица. Как же она изменилась за эти семь лет. Вскоре девушка сама уснула.

***

      Лила лежала на диване в гостиной, держа в руках большой белый планшет. Она смотрела различные детские вещи на каком-то сайте. Адриан присел рядом с любимой на диван. –Ты звонила Адели? Как она? –Всё хорошо, просила передать тебе поцелуй, — Лила села и потянулась к блондину, чтобы поцеловать, после вернулась в лежачее положение. –Как ты себя чувствуешь? — спросил зелёноглазый, положив руку на живот любимой. –Нормально, правда подташнивает иногда.       Посидев ещё немного и мило побеседовав, пара решила отправиться спать, так как уже поздно. Когда Адриан вернулся из ванной в спальню, ему на телефон пришло уведомление. Подойдя к тумбе, стоящей возле кровати, блондин прочитал сообщение от неизвестного номера.

Встретимся завтра в кафе «Red Rose*», в 15:00. Это очень важно.