Бойтесь своих желаний

От Автора: напоминаю, что в хронологии второго сезона серии Горизилла и Сендбой поменялись местами, так что Джаггед был в пекарне Маринетт до акуманизации Гориллы. Все события после Сендбоя из оригинальной последовательности серий не учитываются.       — Господи, Алья, осталось всего два дня, а я все еще не выбрала, что мне наде-е-еть, — ныла Маринетт, отбрасывая в сторону очередной наряд. — И я все еще не могу поверить, что мы идем на концерт Джаггеда Стоуна вместе с Адрианом! И места у нас рядом! И-и-и… это же почти свидание. Мы сходили вместе в кино, он держал меня за руку, он сказал, что ему все понравилось, а теперь еще и это! А-а-а-а, это самая счастливая неделя в моей жизни-и-и-и!!!       — Маринетт, уменьши уровень ультразвука, пожалуйста, я сейчас оглохну, — взмолилась Аликс, уставшая выслушивать восторженные писки. — Маринетт?       — Бесполезно, — хмыкнула Алья, глядя на мечтательно пялящуюся на плакат с Адрианом подругу. — Вызываемый абонент находится вне зоны доступа адеквата. Что думаешь насчет этого?       — Хм-м, миленько, но больше в стиле Роуз. Да и кто ходит на рок-концерты в розовом платьице?       — Эм-м, Роуз, — со смешком ответила Алья. — Не только ходит, но и поет там. О, Маринетт, ты очнулась?       Вот уже третий час подружки сидели в комнате Маринетт и подбирали наряды для похода на концерт. Аликс не очень любила все эти девчачьи перебирания тряпок, но поприсутствовать в качестве стороннего наблюдателя и критика согласилась. Да и Алья придумала очередной план по сведению несостоявшейся парочки и постепенно рассказывала его детали, решив на этот раз не ставить в известность Маринетт.       — Слушайте, ну я реально не знаю. Они все классные. Иди в том, в чем чувствуешь себя комфортно, вот и все, — подвела итог обсуждению Кубделл, когда последняя кофточка была отложена в сторону.       — Удобнее всего я чувствую себя в пижаме, — нервно хихикнула Маринетт. — Но второй раз разгуливать в ней по городу под прицелом камер что-то не хочу!       — А зря, девочка, фотки были зачетные. На форуме до сих пор идут споры о том, где можно такую купить, — рассмеялась Алья, фотографируя Маринетт. — Ты то полотенце не передумала на аукцион выставлять?       — Алья, ну хватит. В пятый раз уже не смешно. Мне надоело, что все продолжают вспоминать эту дурацкую историю, — Маринетт грозно зыркнула на подругу и плюхнулась на кушетку. — Даже мадам Шамак устроила мне допрос и просила дать интервью в ее шоу. Все просто с ума посходили!       — Ну и чего ты в таком случае так кипишуешь по поводу наряда? — удивилась Аликс. — Раз не хочешь, чтобы вас считали парочкой, то тебе явно не стоит наряжаться для очередной публичной встречи. Если придешь вся такая расфуфыренная, то это будет выглядеть подозрительно.       — Думаешь? — испугалась Маринетт. Ей очень хотелось красиво одеться на свидан… пардон, дружескую встречу с Адрианом, но в то же время не хотелось привлекать к себе внимание. Они и так эти дни лишний раз заговорить друг с другом боялись, так как весь коллеж внимательно следил за каждым их шагом, словно мечтая поймать с поличным. — Наверное, ты права. Пойду в своем любимом пиджаке.       — Ну вот и отлично, — с облегчением выдохнула Аликс и нервно икнула, наткнувшись на убийственно-осуждающий взгляд Альи. Черт, она опять забыла про план.       — Да и не так уж это важно, ведь у нас же не свидание на самом деле, — вяло отозвалась Маринетт, пытаясь убедить в этом скорее себя. — Главное, что мы там будем вдвоем! Хлоя может сколько хочет сыпать угрозами, но ее место все равно в другом конце зала. А я буду сидеть вместе с Адрианом, и после концерта мы сможем обсудить то, что нам понравилось. И потом даже…       — Коллега, мы ее теряем, — хихикнула Алья, глядя как Маринетт снова впадает в прострацию, погрузившись в очередной сценарий будущей свадьбы. — Предлагаю сделать перерыв на чай и потом попробовать вернуть пациента к жизни.       — Поддерживаю предложение, коллега, — подключилась к игре Аликс, заметив корзиночку с обожаемыми ею макарунами.       По домам подружки разошлись только через два часа, так толком ничего и не решив.       

***

      — Мне правда можно пойти? — Адриан неверяще смотрел на отца, который только что дал свое согласие на посещение концерта.       — Да, если ты пообещаешь больше не убегать от телохранителя и не доставлять проблем, — в привычно строгой манере ответил Габриэль. — Не скажу, что я в восторге от этой идеи, но их продюсерская компания является одним из наших инвесторов, так что невежливо будет отклонить приглашение.       — Спасибо, отец, я обещаю, что проблем больше не будет, — радостно засиял улыбкой Адриан. — Да и перед Маринетт стоит еще раз извиниться.       — Маринетт это та девица, которую назвали твоей девушкой? Уверен, что все это не спланировано заранее? — нахмурился старший Агрест. — Как только наглости хватило втянуть тебя в такую историю. Возмутительно! Я запрещаю вам в дальнейшем общаться, что бы она там тебе не наплела.       — Но, отец, она не виновата! Мы случайно встретились возле ее дома, когда налетела та толпа. Маринетт просто хотела мне помочь, а я утащил ее с собой. Это было очень невежливо, я знаю. Она мой друг, но из-за моей глупости про нее теперь всякие дурацкие слухи ходят. Я обязан все исправить.       — Похвальное стремление, сын. Но впредь постарайся вести себя более подобающе, — попросил Габриэль. — И все же, если по вине твоей подруги ты снова окажешься в центре скандала или сплетен, то я исключу ее из круга твоего общения! Тебе все понятно?       — Да, отец. Я обещаю, что подобного больше не повторится, — опустил глаза Адриан, понимая, что это не пустая угроза.       Оба Агреста даже не представляли, насколько мал шанс выполнить данные только что обещания.       

***

      — А-а-а, это круто-круто-круто, — нетерпеливо подпрыгивала на месте одна из студенток коллежа Франсуа Дюпон, сидевшая рядом с Аликс. — Поверить не могу, что попала сюда.       — Да-да, я в курсе. Повторять в двадцать шестой раз вовсе не обязательно, — закатила глаза Кубделл, сожалея о том, что билет не достался Джулике или Натаниэлю. Тогда хоть можно было бы поболтать о чем-то, пока концерт не начался.       Из знакомых среди девяти других счастливчиков были только Адриан и Маринетт, но они сидели двумя рядами ниже в самом начале ВИП-ложи и, судя по всему, вполне были довольны обществом друг друга. Гориллоподобный телохранитель молчаливой статуей стоял чуть в стороне и не пытался как-то мешать общению подопечного, разве что периодически злобно зыркал по сторонам.       Хлоя, как и ожидалось, тоже попала на концерт, но сидела совсем с другой стороны и сейчас вынуждена была буравить злобными взглядами ненавистную одноклассницу, не в силах изменить что-либо. Аликс оставалось только наблюдать за всем этим и периодически отправлять отчеты Алье.       — Знаешь, я до сих пор поверить не могу, что отец отпустил меня сюда, — довольно улыбнулся Адриан, откинувшись на спинку сиденья. — И ведь это уже второй раз, когда мы попадаем на концерт Джаггеда Стоуна вместе. Здорово, правда?       — Ага, второй раз вместе, — мечтательно протянула Маринетт, но тут же одернула себя, побоявшись ляпнуть еще что-то. — Уверена, тут будет классно. Я встретила по дороге месье песню, и он пообещал мне нового Джаггеда… Ой, я хотела сказать, что встретила по дороге месье Джаггеда и он сказал, что написал новую песню. М-мы будем одними из первых, кто ее услышит.       — Серьезно? Это же круто! — восхитился Адриан. — Получается, что вы с ним часто общаетесь? Ведь ты делала ему обложку для диска, у вас в пекарне снималось шоу, и теперь ты уже второй раз попадаешь к нему на концерт. Знаешь, я даже завидую немного.       — Ой, что ты, нет. То есть, да. Точнее не совс-сем… — окончательно запуталась Маринетт, у которой мозг почти отключился из-за того, что Адриан снова взял ее за руку.       — Ладно-ладно, я пошутил. Это здорово, что такой известный человек оценил твой талант. Я уверен, что в будущем это может помочь твоей карьере. Пообещай мне, что если когда-нибудь ты войдешь в команду месье Стоуна, то прибережешь для меня местечко на всех его концертах, — задорно подмигнул Адриан, настроение которого было просто отличным. — Кстати, Натали сказала, что с той пробежкой по городу все улажено. Больше никто не будет писать про нас глупости. После концерта нас наверняка поймают журналисты, но ты можешь не переживать. Я расскажу всем, что мы просто друзья, и от нас отстанут. Ты рада?       — Кто, я? Д-да… к-кон-нечно, — еле выдавила из себя Маринетт, фальшиво улыбаясь. Прекращению слухов она была действительно рада, но вот такого громкого и публичного отфутболивания себя во френдзону никак не ожидала. Это конец!       — Ой, начинается, — обрадовался Адриан и повернулся к сцене, не заметив реакции собеседницы.       Джаггед Стоун пел уже примерно шестую песню, когда Маринетт наконец-то пришла в себя и прониклась настроением зрителей, радостно подпевавших кумиру. Она смогла убедить себя в том, что решение Адриана в чем-то правильное. Это позволит ей чаще находиться рядом, не вызывая подозрений или надоевших шепотков за спиной от клуба поклонниц Адриана. Они будут чаще общаться и тогда он, возможно, поймет какая она классная и разглядит в ней девушку. Самое главное, чтобы больше никаких скандалов не было, иначе месье Агрест может запросто запретить им общаться, как поначалу было с Нино.       Решено. Пока что они будут для всех парочкой хороших друзей, а вот потом… Потом она что-нибудь придумает!       — Друзья мои! А сейчас произойдет то, чего вы так долго ждали! — задорно проорал в микрофон Джаггед, пока на сцене быстренько меняли декорации. — Недавно я написал новую песню. Песню, которая, я уверен, не оставит равнодушным никого. Она посвящена одной милой юной леди, что сделала для меня и моего творчества немало хорошего. И теперь…       Пенни, стоявшая за кулисами, слегка нахмурилась. Джаггед говорил не по сценарию. Конечно, он часто так делал, но сегодня интуиция подсказывала, что это неспроста. Покосившись на видеоинженера и заметив его виноватый взгляд, она поняла — грядет катастрофа!       Грянули вступительные аккорды, позади певца опустился огромный экран, зрители восторженно взвыли. Пенни почти до крови прикусила губу и зажмурилась, уговаривая себя, что бояться нечего. Они ведь несколько дней репетировали, и Джаггед легко повелся на уловку о том, что в клипе представлены другие люди только потому, что видеоряд с Маринетт еще не готов!       «Прости. Он мне угрожал» — прочитала она по губам пристыженного видеоинженера, как раз в этот момент выводившего на экран первую партию фотографий. Парижские пейзажи, залитое солнцем небо, коллеж Франсуа Дюпон. Это было начало конца.       Когда? Когда этот вечный скандалист и лентяй умудрился все это провернуть?! Ка-а-ак?! Э-эй, Бражник, или как там тебя, где твои бабочки, когда они так нужны? Вот почему какой-нибудь очередной злодей не может напасть именно сейчас? Ведь это единственный способ прервать выступление, отвлечь людей и избежать грандиознейшего скандала! Ну, можно еще добежать до распределительного щита и вырубить к чертям электричество, но она уже не успеет это сделать. Адвокат! Ей срочно нужно связаться с адвокатом. Сначала она обо всем договорится и уже потом будет думать каким именно способом прибить работодателя с особой жестокостью.       

***

      Как только Джаггед закончил свою трогательную речь о том, что эта песня посвящается особенной девушке и особенному юноше, чьи чувства он полностью поддерживает и дарит им эту самую песню, Маринетт присоединилась к всеобщему писку восторга и вскочила. Ей, как и всем вокруг, было интересно, кто же эта таинственная парочка, имен которой так и не назвали. В глубине души она мечтала, чтобы и про них с Адрианом когда-нибудь подобное сочинили, так что не сразу обратила внимание на подозрительно знакомые места, демонстрируемые на огромном экране.       Песня действительно оказалась классная, и Маринетт сама не заметила, как начала подпевать. Больше всего ей понравилась строчка «и мы будем вместе не только в этой песне». Она уже хотела спросить у Адриана, нравится ли ему концерт, когда на экране неожиданно появилась одна из успевших надоесть ей фотографий. Та самая, с фонтаном. Затем из парка, из метро, из торгового центра и кинотеатра. И все это под аккомпанемент почти баллады о любви, борьбе и обещании всегда быть вместе(1).       Пока Маринетт и Адриан нервно переглядывались, с потолка спустили на тросах две огромные куклы-марионетки в подозрительно знакомых нарядах. Мелодия стала более плавной, и куклы закружились в импровизированном танце, а в их глазах зажглись яркие сердечки(2).       Фотографии на экране уступили место отлично сгенерированным 3д-моделям, в которых только слепой не опознал бы Адриана и ту девушку с фотографии. Их лица становились все ближе и ближе, а танцевавшие в воздухе куклы стали повторять их движения. Джаггед выдал самый мощный аккорд, куклы поцеловались, над сценой взлетел огромный фонтан фейерверков, а настоящие Адриан и Маринетт в шоке замерли на своих сиденьях не в силах пошевелиться, когда на них направили мощный прожектор. Счастливая толпа с воем и восторженными визгами лицезрела на экране крайне ошарашенную парочку, чьи лица не очень-то походили на описанных в песне влюбленных(3).       Сияющий улыбкой Джаггед довольно внимал восторгам фанатов и искренне недоумевал, почему Пенни и какая-то малознакомая девица с планшетом рядом с ней пытаются убить его взглядом. Ведь это успех!