Близкий и такой родной +14

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Рейтинг:
G
Жанры:
Драма, Повседневность, Hurt/comfort
Размер:
Мини, 7 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
- Братец, а знаешь, ты лучше всех!
- Знаю, ведь у меня есть пример для подражания!

Посвящение:
автору заявки и тем, кто меня читает

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Небольшие кусочки из жизни двух братьев независимо от времени и места действия))

Паша - http://s017.radikal.ru/i433/1304/fe/3d0d0947a2c0.jpg
Вадим - http://s017.radikal.ru/i400/1304/1a/cc11a0e2ad3f.jpg

Работа написана по заявке:
11 апреля 2013, 20:12
- Вадик, можно к тебе? – заглянул в комнату четырнадцатилетний подросток, понурив голову и теребя в нерешительности край своей домашней растянувшейся футболки.

На голос паренька обернулся юноша восемнадцати лет, который сидел за компьютером и печатал какой-то текст. Он скептически его оглядел, но так как он знал причину его появления здесь, не смог его не поддеть, проговорив при этом слегка насмешливо.

- Опять грозы испугался?

От услышанного предупреждения-довода подросток покраснел до кончиков волос, но признаваться в правде сказанного естественно не хотелось. Поэтому он пробурчал недовольно, хмурив бровки, но все также не поднимая глаз.

- И ничего я не испугался, просто захотелось с тобой посидеть.

- Ааааа, - протянул Вадим с улыбкой на губах. – Я ведь просто предположил, и видишь, совсем не угадал.

- Вот именно, - подтвердил подросток.

- А так как ты просто хочешь посидеть, то тогда заползай. Паш, но только не шуми, мне нужно закончить реферат. Мне нужно будет скоро сдавать эту работу.

- Хорошо, я буду тихонько.

Радостно заявил мальчишка, забыв обо всем, забегая в комнату и усаживаясь на расстеленную кровать. Паша стал осматривать комнату. Он делал так каждый раз, когда его старший брат Вадим разрешал к нему зайти. И каждый раз подросток удивлялся, как в комнате старшего все время что-то да меняется. Вот, например, в прошлый раз, здесь не висело этой страшной тетки.

- Вадик, - позвал он брата, который так увлекся своей работой, что даже не услышал мелкого. – А кто это страшилка?

Вадиму, услышав последние слова, показалось, что он ослышался, но все же обернулся к брату, с непониманием глядя на него.

- Что ты спрашиваешь?

- Я говорю, кто это? – Паша указал на постер, который висел на противоположной стене. – Такая страшная, уф.

Вадим перевел взгляд на стенку, так как прекрасно помнил, что там ничего страшного не должно было висеть, а увидев постер, который самолично вешал сегодня вечером после того, как приехал из института, понял, что его брат имел ввиду. И поэтому пришлось, прикусить нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Ведь это был никто иной, как Мэрилин Мэнсон. Всего его прекрасно знают, но так как его младший брат не любил такую музыку и не интересовался ей ни в какую, что удивительно для его возраста, то понятное дело, что Пашка не знал этого исполнителя. Он увлекался брейк-дансом, так что такие исполнители ему были и вовсе не интересны. И перед тем, как начать рассказывать кто это такой, Вадим еще раз взглянул на это «чудо».

«Н-да, и зачем оно мне надо?» - спросил он сам у себя, понимая, что попросту повелся на слова своего друга, который убеждал его, что музыка Мэнсона, это что-то с чем-то, а для полного восприятия музыки, нужен еще и постер.

- Знаешь…

Вадим только успел открыть рот, как вдруг разразился гром, а затем и заполыхала гроза, отчего Пашка весь напрягся, а затем и вовсе закрыл уши руками, опустив голову почти что к коленям. Вадим покачал головой, зная о том, что его младший братишка боится этой стихии. Поэтому поднялся со своего места и присел рядом с братом, крепко его обнимая.

- Пашка! – позвал тот его.

- А? – подросток не поднимал голову, но все же прислушивался к шуму на улице.

- Тебе уже четырнадцать.

- Я знаю, - вздохнул Паша, понимая, к чему клонит его старший брат.

- Точнее уже через полгода будет пятнадцать, - Вадим гладил брата по спине в успокаивающем жесте.

- Угу.

- А ты до сих пор…

- Боюсь грозы и грома, - продолжил Пашка за брата, шмыгнув носом, не поднимая головы. Было обидно за себя и за свои страхи.

Он уже большой, а боится этого больше огня. Почему? Сам не знал и никто в семье не знал, как и что нужно сделать, чтобы мелкий перестал бояться. Но в укор ему это никто не ставит. Иногда просто поддевают его и заставляют смущаться.

- Ну, чего ты сразу нюни разводить? – наклонился Вадим к брату, который все также сидел, скрючившись в три погибели. – Знаешь же, что я специально так говорю, а все равно обижаешься.

- Я не обижаюсь, просто… - Паша все-таки поднял голову и посмотрел на брата грустными влажными глазами, - страшно.

- О, ты признался в этом. Похвально, - Вадим похлопал мелкого по спине. – Молодец, что признаешь свои страхи. Это по-взрослому.

- Правда? – влажный блеск в глазах Пашки сразу же пропал. – Ты правду говоришь?

- Ты ведь знаешь, я тебе вообще никогда не вру?! – тот согласно закивал. – Ну, вот, значит, ты и вправду немного повзрослел. Да, кстати, я тут подумал, что эта «страшилка», как ты это называешь, мне и вправду не нужно. Что-то приобрел я, ее не подумав, только зря деньги потратил.

- Вот-вот, я тоже так думаю. Лучше кого-нибудь другого сюда повесь.

- Верно, так и сделаю, потом, а теперь… - молнии опять засверкали, гром стал еще раскатистее, и Пашка вновь стал напряжен, - ложись-ка ты спать…

- А ты? – подросток даже за руку его схватил, боясь отпустить.

- А я сейчас возьму тетрадку и буду готовиться к другому предмету, сидя рядом с тобой. Так пойдет?

- Да! – как-то радостно завопил Пашка, чуть не оглушив брата своим ором.

На эти возгласы мелкого Вадим покачал головой. Так было всегда, но это стоило того, чтобы Паша успокоился и перестал дрожать, как осиновый лист от страха.

- Ну, тогда залазь под одеяло, а я сейчас только все необходимое возьму.

- Угу, только возвращайся поскорее, - попросил мелкий, устраиваясь поудобнее на кровати, сжимая время от времени уголок одеяла, пока бушевала стихия. – Я тебя жду.

Взяв все, что ему понадобится, Вадим примостился на своей кровати рядом с братом, положив тетрадь и ручку на стул, чтобы в случае чего пользоваться ими. Также рассчитывая в уме, через сколько времени он снова приступит к тому, чтобы закончить свой реферат. Но стоило ему только улечься, как Пашка пристроился к нему сбоку, обняв своими руками за торс брата, пробурчав при этом явно засыпая.

- Спасибо тебе, Вадик, ты настоящий брат!

И что на это можно сказать? Лишь развести руками и с улыбкой подумать: «Ладно, контрольную допишу на перемене в институте, а реферат можно и на ноутбуке добить, там же, взяв все необходимое с собой».

Вадим лег поудобнее, обнимая брата покрепче, чтобы тот не вздрагивал каждый раз от грома и молний, да к тому же отчего-то спать захотелось неимоверно, поэтому тепло, исходившее от брата и его тихое сопение в ухо, только больше этому способствовало. Поэтому парень даже не заметил, как погрузился в спокойный сон.

****

«Блин, я не знаю, что писать. Вадик, привет! Мама с папой сказали, что ты скоро приедешь, поэтому, если я напишу тебе обыкновенное письмо от руки, это будет лучший подарок. А то все вокруг через интернет и компьютеры, да я и сам решил попробовать, как это, писать своему старшему брату письмо. Это очень даже забавно. Конечно, я получу твой ответ, наверное, не сразу, так как ты подумаешь, что это шутка или еще чего. Но говорю сразу, это правда. Пишу самолично. Представляю твое удивление, когда ты его получишь, посмотрел бы я на твою моську в этот момент. Ты не смейся и не думай, что я сошел с ума. Просто решил попробовать. Да и… знаешь, еще хочу, чтобы ты… Ты ведь не забыл, что у меня скоро день рождения? Вот, поэтому я буду тебя ждать, а еще я сказал, что если ты не приедешь вовремя, то и этого дня никому из моих друзей не видать, так что вот. Смотри мне, не опаздывай, я тебя буду ждать.

Всего тебе доброго и удачи на экзаменах, я в тебя верю. У тебя все получится.
Твой мелкий. Пашка. Я буду тебя ждать, братик!»


Вадим покачал головой, как делал всегда, когда любовался художествами своего брата, который очень умело рисовал в его тетрадях в детстве, когда капризничал и баловался, за что получал от родителей и вот теперь. Парень с улыбкой читал письмо своего младшего братишки, понимая, что как же он соскучился. Сессия была в самом разгаре, поэтому такие вот письмеца, делали его день попросту счастливым.

Посидев так несколько минут с глупой улыбкой на лице, Вадим все же не утерпел и позвонил домой, надеясь, что его мелкий сейчас не занят. Почему-то захотелось услышать его голос и отдохнуть от всего накопившегося за последние дни. Набрав номер, он стал слушать гудки, и через пару мгновений было слышно радостное и счастливое одновременно:

- Вадик, привет!

- Привет! – губы сами растянулись в улыбке. – Как дела?

- Отлично! – радостно вещал Пашка. – Ты ведь позвонил. А у тебя, как делишки?

- Отлично! Я ведь разговариваю с тобой!

- Ну, чего ты за мной повторяешь? – притворно обидевшись, пробубнил паренек.

- Не повторяю, а учусь, как нужно отвечать.

- Ладно. Что нового расскажешь?

- Да, все нормально. Экзамены, зачеты сдаются. Папе с мамой об этом скажи. Не забудь.

- Не-а, не забуду. Все передам.

- Спасибо. Кстати, только что прочитал твое письмо…

- Ой! Правда?

- Я не буду врать по этому поводу.

- Прости.

- Да, что там. Просто расскажи, ты и вправду решил, что такие письма будут лучше?

- Конечно. Письма – это круто.

- Ну, да, - рассмеялся задорно Вадим. – Может, и мне тебе так написать? Как думаешь?

- Здорово, я бы почитал.

- Тогда ладно, попробую.

- Я буду ждать.

- Угу.

- Вадим! Пошли! Звонок прозвенел! А ты не слышал! – кричали где-то в коридоре.

- Да, да, иду уже, - крикнул парень в ответ, а потом извиняющимся тоном произнес. – Паш, прости, мне пора, сейчас будет зачет.

- Угу, понимаю, - грустно послышалось в трубке. – Пиши письмо и удачи на экзамене.

- Зачете, - машинально поправил Пашку старший.

- Ага, зачете. У тебя все получится.

- Я знаю, - улыбнулся Вадим брату, - ведь ты в меня веришь.

- Да, очень, - послышалось в трубке. – Пока, братишка.

- Пока, братишка, - почти что эхом отозвалось в трубке.

Они разъединились.

- Во чтобы то не стало, я обязательно к тебе приеду, Пашка! – пообещал сам себе Вадим, подхватывая свою сумку с тетрадями, поспешив на зачет в кабинет, складывая на ходу письмо брата.

****

- Ну-ка, мелкий, признавайся, кто та красавица, которая понравилась моему брату? – спросил Вадим напрямую, хоть и прекрасно знал ответ на свой вопрос. Так как на лице у брата были видны все эмоции.

Услышав вопрос старшего, Пашка почти что покраснел, но пытался не подавать виду. Все-таки это такой вопрос. Очень-очень значительный, и кабы кому такое не расскажешь. А вот старшему брату можно, да к тому же Вадим приехал к нему на день рождения, а это уже многое значит. Хотя тайны Паша делать и не хотел из того, что начал встречаться со своей одноклассницей Зоей. Она ему нравилась уже почти что три месяца, и прошел месяц, как они стали парочкой. Поэтому спустя полчаса Вадим даже пожалел о том, что спросил брата об этом, так как тот не умолкал ни на минуту, рассказывая обо всем, что его волновало и что касалось его девушки. При этом не забывая спрашивать совета по такому очень нужному поводу у более опытного в этом вопросе.

Праздник был в самом разгаре. Все веселились. Взрослые оставили молодежь одних, при этом наказав старшим проследить за младшими, что собственно говоря, те и делали, пока в ход не пошло пиво. В честь праздника, но с разрешения Вадима, имениннику разрешили хлебнуть на донышке этого напитка. Но никто не знал, хотя это было на вряд ли, что у Паши есть и свое пиво, которое он заблаговременно спрятал вместе со своим лучшим другом Васькой в комнате.

А со временем градусы дали о себе знать. И очень так хорошо, что Вадим упустил тот момент, когда его мелкий куда-то пропал из виду, а затем… через десять, а может, и более минут, раздались крики. Девчонки разразились такими криками, что парень, кажется, сумел протрезветь. Квартира была на втором этаже, но это не мешало ему услышать то, отчего у парня застыла кровь в жилах.

- Паша! О, боже, Пашка!

У Вадима сердце ухнуло в пятки от тех криков, поэтому ничего не соображая, он со всей скорости кинулся во двор, а там… Когда он выбежал во двор, он увидел, что вокруг кого-то и чего-то столпилась вся компания, которая только что веселилась у них в квартире, и чем ближе он подходил к ним, тем чаще сердце пропускало удар за ударом.

Кто-то из девчонок уже причитал во всю, обзывая парней идиотами, кто-то шмыгал носом, а кто-то испуганно лепетал, что ни в чем не виноват, и что это случайно все произошло. И вот Вадим подошел к этой обступившей кого-то в толпе. А когда в луже крови, на асфальте он увидел своего младшего брата, то в сердце ударила такая мощная боль, что парень схватился за чей-то рукав. Его братишка. Его мелкий. Его Пашка. Весь в крови. Он весь в крови, в собственной крови.

- Скорую! – пробормотал еле слышно Вадим. – Скорую! Звоните в скорую! – в его голосе прибавлялась жесткость. – Я говорю, звоните в скорую! – он уже кричал на весь двор, чтобы хоть кто-нибудь его услышал.

Ступор, страх прошел, но напряжение не отпускало. Он не знал, как подступиться к брату, он не знал, что делать… Сквозь шум в ушах до него долетали какие-то слова о том, что Пашка решил прокатиться на мотоцикле брата своего друга, а так как не знал, как и что нужно делать, не справился в управлением, почти что влетая в столб. Никто не успел даже среагировать на все это. Как мальчишка лежал на земле весь в крови.

Боль в сердце становилась все сильнее, кто-то из друзей Вадима позвонил родителям, сообщая об этой новости. Так как он был просто не в состоянии этого сделать, да он и не отходил от мелкого, никому не позволяя приблизиться к Пашке.

Скорая приехала быстро. На редкость быстро, хотя Вадиму казалось, что прошла целая вечность. Были голоса родителей, незнакомых людей, кто-то что-то говорил, кто-то что-то у него спрашивал, на что он кивал невпопад головой. Но стоило врачу спросить, кто поедет с мальчиком, Вадим четко дал понять, что это будет именно он.

****

Подключенный ко множеству приборов, бледный Паша лежал на больничной койке. Вадим смотрел на брата через стекло, так как его просто не пускали туда, к брату. Краем сознания он слышал, как плакала их мать, как их отец ее успокаивал, как врач им что-то говорил, и…

- Нам нужна кровь первой группы, резус-фактор отрицательный для переливания. Ваш сынок потерял слишком много крови, а у нас сейчас нет ее в наличии. Поэтому…
- Возьмите мою кровь! – сказал четко Вадим, не оборачиваясь ко взрослым, все также глядя на брата.
- Но вы употребляли алкоголь…
- Возьмите мою кровь! – более жестко проговорил парень, уже обернувшись к ним, и глядя в упор на них, добавил. – Это я во всем виноват. Если бы не моя невнимательность, то Пашка сейчас уже вовсю смеялся над шутками. Это я во всем виноват, да к тому же что-то я сомневаюсь, что в моей крови имеется хоть капля алкоголя после случившегося.
Взрослые переглянулись между собой, но решили сделать так, как им сказали. Да и отец Вадима с Пашей тоже решил последовать примеру старшего сына.
После всех проверок, после всего, что требует эта процедура, Вадим лежал рядом с братом, подсоединенный трубками к нему. На мгновенье, как ему показалось, Вадим закрыл глаза, но на самом деле, прошло слишком много времени. А так как парень был под впечатлением от случившегося несчастного случая, что не заметил, как пролетело время. Теперь он лежал на кровати и приходил в себя, при этом не забывая проклинать себя разными словами. В глазах защипало, стало трудно дышать, столько всего навалилось, что хотелось убиться головой о стену из-за того, что не уследил, из-за того, что все произошло по его вине, но… Он повернул голову и увидел, как дышит его брат на соседней койке, как на аппаратуре выбивает его сердечный ритм, а значит…
- Все будет хорошо, парень, - услышал он голос врача. Он был спокоен и в какой-то степени даже доволен. – Ты молодец, парень, спас своего братишку. Мне, кажется, сейчас это уже редкость. Большая редкость. Все в порядке. Твой мелкий в безопасности.
Вадим смотрел на доктора пару секунд, но все равно перевел взгляд на брата. Так было спокойнее, так он был рядом, просто протяни руку, что он и сделал, так как не мог долго не касаться брата. А было ощущение того, что будто прошло целое столетие. Мужчина покачал головой и вышел из палаты, и в это время юноша заговорил:
- Прости меня. Такого больше не повторится, - свой голос Вадим не узнал, он был каким-то глухим и сиплым, но все же… - Ты меня ждешь, всегда ждешь, а я… Наверное, когда это все случилось, тебе показалось, что я тебя бросил, но… мелкий. Пашка. Прости. Я всегда буду рядом, всегда. Только позвони. Только скажи приехать, а сорвусь с места и приеду. Но больше никогда, слышишь, никогда не пугай меня так, как это было сегодня. Иначе… - голос Вадима стал немного озорным, - иначе я больше не пущу тебя к себе в комнату и больше не спасу тебя от грозы. Слышишь? Никогда! А еще, если я тебя увижу, хоть в двух метрах от мотоцикла и даже велосипеда, то не злись потом, что я тебя отругал за это. И если что, то не посмотрю, что ты взрослый, всыплю тебе по первое число, и сидеть ты уже не сможешь даже на мягкой подушке, понятно?
Угрозы все сыпались и сыпались, Вадим не замечал, как по его щекам текли слезы. Это выходил страх и выходила боль. Теперь стало спокойнее, и можно было выдохнуть с облегчением. Хотелось говорить и говорить. За этим многочасовым монологом Вадим вздрогнул. Ему показалось… Или нет? Его пальцы сжали. Несильно, но это было точно оно. Сжатие. Отчего Вадим лишь и смог выдавить из себя.
- Спасибо, братишка. Спасибо, мелкий, что ты есть в моей жизни!


11.04.2013г.