Выходец Кровавой Луны

Узнав о плане, согласно которому Рейли с Мугиварой собираются вновь посетить Маринфорд, дабы почтить память о покойных Эйсе и Белоусе, я запротестовала. Но узнав, что Ло это не касается и что их отвезут Пираты Куджа, выразила своё мнение, сказав, что мне грубо говоря наплевать, и, пожелав им удачи, поспешила укрыться в своей каюте и отдаться в объятия кровати, ведь мы скоро должны были отплывать. Но не тут-то было. — Рика-чан! — запыхавшись бежала за мной Хенкок, кривясь каждый раз, когда на её пути попадались мужчины, — Вот, держи. Мой тебе подарок. За знакомство, так сказать. — она улыбаясь протянула мне голубую коробку. — Ох, Хенкок, не стоило! Ну вот, — расстроилась я, — а мне тебе подарить нечего. — Об этом не беспокойся. Лучшим подарком для меня будет день, когда ты приплывёшь снова. — Ооо! Круто! Подарок! Рика, а что в коробке? Открой её, открой! — кричал с набитым мясом ртом Луффи. После того, как я в порыве ярости на него наорала он подошёл, сказал "Спасибо", поклонился и автоматически зачислил меня к своим друзьям. Сильный союзник — это хорошо, но когда этот сильный союзник в тихую тырит мясо у тебя из тарелки, его надо бить по рукам. Могу, умею, практикую. — Так что в коробке? — спросила я Императрицу Пиратов, потянув руку к крышке, которую женщина сразу же перехватила, тем самым остановив. — Не надо. По крайней мере, сейчас. Здесь эти... мужланы, от них добра не жди. Откроешь, когда будешь одна. Или хотя бы когда по близости не будет... этих. — она кивнула в сторону Пиратов Сердца, которые никого не стесняясь слились в один клубок и с руганью, с матами дрались за последний доступный им кусок мяса, которого вскоре могло уже не быть, так как Чёрная Дыра по имени Луффи засасывала всё, что можно было съесть. — Ну, ладно. Спасибо тебе большое, дорогая. Я потом обязательно тебе что-нибудь привезу, но уже на своём корабле. Бывай! — я помахала ей рукой и скрылась из виду, запрыгнув в открытый люк. В каюте обнаружилась Элизабет. Она сидела на кровати в окружении золотых статуэток, цепочек, драгоценностей, одним словом, сокровищ, с вполне себе удовлетворённым видом, полируя салфеткой золотого льва. Да, того самого. — Так, — выдохнув и стараясь держаться спокойно, начала я, — я сейчас же отношу это всё обратно. Нет, даже более, ТЫ всё это относишь обратно и просишь прощения. И это, если я не ошибаюсь, цепочка Мариголд? — подняла я валяющуюся на полу цепочку с кулоном в виде змеи. — Стой! Нет! Я ничего не крала! — вопила она, сгребая ценности в кучу и закрывая их руками так бережно, будто собственных детей. — Мне это подарили! Честно! — А ты знаешь, что когда-то, если член экипажа врал своему капитану, ему палец отрубали? — кровожадная улыбочка имела право быть на моём лице. — Да нет же! Я ничего не крала, мне всё отдали добровольно, то есть... эээ... подарили! Да! Иди сама у них спроси! — Не буду. — зевнула я. — Ась? Чего это? — девушка непонимающе уставилась на завалившуюся на кровать и запрокинувшую руки за голову меня. — Мне лень, — лев полетел на пол, — Ой, то есть, да, я, конечно же, доверяю тебе. Вне всяких сомнений, ты не могла так поступить с нашими друзьями. Безусловно, да. — ДА НЕ ВРИ!!! — Ой, да ладно тебе. — СЛЫШ Т... а? — она замтила на небольшом столике, стоящем в комнате, коробку — подарок от Хенкок, — Что это? — Боа подарила на прощение. — Ха! Я могу с такой же лёгкостью сказать, что ты её украла! — И это мне говорит профессиональная воровка со стажем, которая умудрилась непойми как украсть понеглиф, ещё и спрятать так, что бы никто не нашёл. — закрыв глаза, я попыталась расслабиться. — Ох, ты мне льстишь. — засмущалась Элизабет. — Это был не комплимент, ну да ладно. Проехали. Я спать. Если кто-нибудь будет спрашивать, скажи, что меня нет дома. — Да без проблем. Смотри там не помри часом во сне. Я слышала, такое иногда бывает. — воровка опять уселась на кровати, протирая льва. — И тебе сладких снов. **** Пару дней спустя, когда мы были уже в море, я всё же решилась посмотреть, что в коробке. Да, я ещё не смотрела. Просто не хотела. Интуиция подсказывала, что ничего путнего не выйдет. Но ведь невежливо так получиться, если я даже не посмотрю, верно? Ухх, женское любопытство до добра не доведёт. Открыв коробку, я увидела что-то чёрное. Похоже на одежду. Разложив подарок на кровати, я маленько прифигела. Передо мной лежал самый, что ни на есть натуральный костюм танцовщицы. Бывала я как-то в жарких краях Арабасты, так там такие на каждом шагу. Зачем Хенкок подарила его мне? Или это тонкий намёк? Ай, короче, в конце концов, какая разница зачем. Может, просто так, а я ищу везде скрытые смыслы. Примерить или нет? Блин, стыдноватенько как-то мне такое надевать. А вдруг кто-то зайдёт, а я тут чуть ли не нагишом. Ну что эти тряпочки могут прикрыть, а? Ну вот что? В прочем, я всё таки напялила на себя эти лоскуточки. Красуясь перед зеркалом в полный рост, я отметила, что костюм очень даже не плох. Чёрный, завязывающийся на шее лиф очень хорошо сидел, а висящая на бёдрах длинная юбка, которую и юбкой назвать сложно, имела огромные разрезы по бокам — от пояса и аж до низу. И всё это было покрыто этими металлическими побрекушечками, которые то и дело позвякивали. Так же на подоле юбки золотой нитью были выведены замысловатые узоры, приковывающие взгляд. Поскольку я была увлечена разглядыванием себя прекрасной, то, естественно, не расслышала за дверью шаги. Когда открылась дверь, я, подумав, что это Элизабет, развернулась к двери лицом. Но это была не она. — Рика-я, смотри, здесь про Мугивару пишут, — сказал Ло, не отрываясь от газеты. Кровь хлынула к лицу, я схватила первую попавшуюся под руку вещь — золотую статуэтку льва, так лелеимую Элизабет и в которую было вложено столько её трудов. Ло поднял взгляд, глаза его расширились при виде меня, задержавшись на груди. — Опа. Какие боль... В яблочко. Лев, сопровождаемый характерным свистом и моими криками, прилетел Ло в голову. — Ах, ты извращуга! А ну! Выметайся! От сюда! Пошёл! Вон! Сволочь! Скотина! Чтоб тебя! Идиот! Иначе я прямо здесь тебя порешу! Свинья! Животное! Чёртов орангутанг! Хирург Смерти стоял в дверном проёме и уворачивался от летящих в него книг, золота, стульев и прочего, после чего а скоростном режиме дал дёру, постоянно поскальзываясь и спотыкаясь, выронив при этом газету. — ДУРАК!!! Грёбаный изврат! Уже в который раз убеждаюсь, что все мужики — козлы!!!