kitten

Хосок не обманул, когда говорил, что Намджуна почти нет дома. Мужчина оставил его в огромной квартире, коротко объяснил где что, уложил в постель, поцеловал в лоб и ушел. И вот уже почти неделю не появлялся. Не то чтобы Паку было очень плохо. Он был предоставлен сам себе, много читал, много смотрел фильмы и много думал. Думал, что будет, когда Ким вернётся и захочет получить то, ради чего мальчика и забрал. Чимин знал, что произойдёт, как бы не убеждал себя в обратном, а потому с каждым днём становился всё более нервным, бесцельно мотался по квартире и сам ведь накручивал себя. А книги у него в доме были интересные. Только ему не дают насладиться очередной, вырывая прямо из рук. Джун падает на диван рядом и смотрит на книгу в своей руке, а потом на страницу. — Хороший выбор. Он поворачивается к мальчику и наклоняется ближе, а тот в страхе наоборот отшатывается, падая на спину. Мужчина смеётся, но не двигается. — Боишься меня? Чимин отрицательно мотает головой. Мотает и не выдерживает. — Пожалуйста, не надо. Простите. Я всё понимаю, но у меня не было выбора. Точнее, нужно было тогда дать вам меня убить. Я не смогу, не смогу с вами, пожалуйста, простите, что потратил ваше время, я… — Котёнок, закрой свой очаровательный ротик и слушай. Намджун хмуро смотрит на юношу и тот затыкается, всё ещё опираясь локтями на диван. На его грудь опускается папка. — Это твоё личное дело. Мне Хосок его подсунул. Я прочитал. Пак сглатывает, но взять его не решается. Ким тяжело вздыхает. — Посмотри. И Чимин смотрит, смотрит и видит всю подноготную о себе. Где родился, как жил, видит информацию про смерть отца, про то, как мать считала его виновным в этом, то, как она закрывала глаза на все действия своего нового мужа, дату рождения его сводного брата и по совместительству дату начала ада парня в собственной семье. Видит даже справку от школьного психолога, которой никто не придал значения. Когда блондин закрывает папку, то видит, что Намджун так и сидит рядом с закрытыми глазами и массирует переносицу. — Я пошёл спать. Устал, как собака. Он просто встаёт и уходит по направлению в свою комнату, а Пак не знает, что сделать. Почему мужчина ничего ему не сделал? Почему не прогнал? Почему не убил, в конце концов, за то что потратил его время? Ответа ни на один из этих вопросов просто нет. Юноша медленно поднимается, на носочках подходит к комнате Кима и аккуратно нажимает на ручку. Не заперто. Джун лежит на огромной постели и, кажется, уже спит. Чимин сам не знает, зачем, сам не может себе объяснить своих поступков, но также бесшумно заходит в его комнату, несколько минут тупо стоит над его кроватью, а потом аккуратно присаживается на краешек. Он колеблется. Не знает, хочет ли этого действительно, а главное не знает, не столкнут ли его на пол с утра, когда увидят. Ким вдруг тяжело вздыхает. — Ну, точно котёнок. Либо дай мне отдохнуть, либо ложись. Не буду я тебя насиловать, успокойся уже. Мальчику вдруг становится неловко. Он стыдливо опускает голову, порывается уйти, прекрасно понимая, что не хочет мужчина его общества, но почему-то сам не может себя заставить. Сильная рука обнимает его поперёк талии и дёргает на себя. Пак тихо вскрикивает, а в следующую секунду испуганно смотрит в глаза нависающего над ним мужчины. — Но у меня такое чувство, что тебе очень этого хочется, а? Джун смеётся, а потом падает на постель рядом, обнимая юношу и перекладывая его голову на свою грудь. — Расслабься. Просто поспи. Это ненормально. Чимин знает его всего ничего, общался с ним в сумме максимум часа два, но почему-то только послушно кивает и закрывает глаза в крепких объятиях, представляя, что всё не так, что он любим и нужен, что о нём заботятся. Именно это ему и снится. Что у него есть парень, почему-то именно парень, хотя юноша никогда не задумывался о своей ориентации, который любит его, целует и кутает в свой шарф, когда Чим мёрзнет. Почему-то у этого «парня» лицо Намджуна, но всё это такое неважное сейчас. Когда Пак открывает глаза, то понимает, что улыбается. Он оглядывается по сторонам и видит спину Кима, сидящего на краю кровати. Только протяни руку и коснись. Мальчик не знает почему, может наваждение после сна не прошло, но он протягивает руку и касается рельефной спины, обтянутой домашним свитером. Джун вздрагивает. — Проснулся? — Да, — тихо отвечает он. Блондин укутывается в одеяло и садится рядом, поджимая под себя ноги. — Может хочешь что-нибудь сказать? — Спросить. Мужчина удивлённо косится на него, но только кивает. — Спрашивай. — Я… вам нравлюсь? Хотя бы немного. — А что это меняет? — Я хочу остаться у вас. — Ты знаешь, зачем я забрал тебя? — Да. Ким хмыкает и поворачивается к мальчику лицом, тоже поджав под себя одну ногу. — Докажи. — Ч-что?.. — Что хочешь остаться. Пак не думает. Просто не даёт себе шанса. Он поддаётся вперёд и касается губ Джуна своими. А тому два раза говорить не надо, и он тут же перехватывает инициативу, целуя жадно, кажется этим и отвечая на его вопрос, опрокидывая мальчика на кровать и прохладными руками касаясь его спины, снимая футболку к чёртовой матери. Тот дрожит в сильных руках, его на полном серьёзе бьёт крупная дрожь, но он ни слова не говорит против, только короткими ноготками впивается в плечи мужчины и жмурится от страха. Он боится. Боится сделать что-то не так, потому что изнасилование отчимом — это одно, а Намджун — это совсем, совсем другое. Но Ким вдруг останавливается, оставив юношу в одном нижнем белье, накрывает одеялом их обоих и прижимает его к себе, мягко поглаживая ладонью бедро. — Я хочу, чтобы ты спал со мной. Чимин было кивает, но тот продолжает. — Чтобы ты спал со мной так. В минимальном количестве одежды. Пак вздрагивает, долго молчит, а потом тихо спрашивает: — А вы? Мужчина смеётся. — А я подумаю в зависимости от того, как ты будешь себя вести. — А можно ещё кое-что? — Что? — Поцелуйте меня ещё раз, пожалуйста. Намджун довольно поднимает его лицо за подбородок и наклоняется, впиваясь в губы.