Я всегда любила тебя или Ты больше не увидишь звезды

       Яркое пламя полыхает на мертвой земле. Я вижу, как ты стремительно направляешься к врагам. В твоих руках идеальное оружие, что создала Висмут. Оно сверкает, но я вижу только туманную даль.        Я упираюсь глазами в подол грязного и рваного платья. Слёзы стекают по щекам и падают на голубую ткань, впитываясь. Железные доспехи еле держатся на моих плечах. В руке лежит сломанный меч, теперь уже больше похожий на нож. По предплечью бежит алая жидкость. Я вытираю заплаканное лицо, пачкая его окровавленными ладонями. — Эй, Ляпис, мы уходим, — на плечо ложится тяжёлая рука. — А, — поворачиваю голову в сторону голоса, — Хорошо, Гранат, я сейчас.        Победа. Долгожданная победа! Все должны радоваться, но потери не дают этого сделать. Прижав колени к телу, я сижу на мягком диване, наблюдая за тем, как перебинтованная Жемчуг еле слышно передвигается по комнате. — Оу, Лазурит, ха-ха. Что ты тут делаешь? — Долго ещё сидеть так будешь? Скоро на войну, ты чего? Давай собирайся, — с улыбкой на лице произносит та. — Жемчуг, ты где? Аметист входит в помещение. — Аметист, а ты что, уже готова? Вот и славно! Фиолетовая только опечаленно глядит на подругу и берет её за руку. — Идем, тебе пока нельзя вставать. — Прости, Ляпис. Я не заметила, как она вышла из своей комнаты. — Ничего, — шепчу я себе под нос. Многие сошли с ума, многие лишились рассудка. Некоторые получили тяжелые ранения, а я потеряла самого близкого мне человека.

Прошлое

       Погода была наилучшей. Птицы, поющие красивые песни, перескакивали с ветки на ветку. Деревья качались из стороны в сторону. Прохладный ветерок приятно щекотал кожу. — Ляпис, тебе нравится? — ты поворачиваешься ко мне и ласково улыбаешься уголками губ. — Очень. — Я недавно нашла это место, оно действительно прекрасно, — ты затихаешь, но тут же говоришь, — Но ты намного лучше.       Твои мягкие губы касаются моих и ты притягиваешь меня к себе, зажимая в крепких объятиях. — Я тебя люблю. — Ага. Возвращаемся домой поздно вечером. Но остальные ещё не спят. Кто-то сидит в интернете, а кто-то — слушает музыку. — Мы вернулись! — кричишь ты, проходя к другим. Мне ничего не остаётся, как последовать за тобой, ведь твоя рука сильно сжимает мою, не желая отпускать. — Наконец-то! А я уже хотел идти вас искать! — звонкий голос мальчишки раздается по кухне. — Все в порядке, мы просто засмотрелись на звезды. — Серьёзно? А меня не позвали! — спустя четыре года, Стивен остаётся таким же глупым мальчиком, но я рада, что все именно так. — В следующий раз — обязательно, — ты легко смеешься, а потом треплешь его по волосам. — Ну хорошо. — Мы спать! — Ты снова кричишь. — Хорошо, спокойной ночи, — доносится голос Гранат откуда-то из недр помещения.        Ты глядишь на меня злыми глазами, ставишь стаканчик с недопитым коктейлем на тумбу и снова возвращаешься ко мне. — Не говори так! — Это правда. — Я не монстр, ты же знаешь! — Знаю, — спокойно отвечаю на твой вопрос. — Тогда почему?! — молчишь, — Почему ты так говоришь обо мне?! — ярко-зеленая радужка твоих глаз светится в темноте. — Потому что это правда, — на мои слова ты подползаешь ко мне и хватаешь за талию. Воздух вырывается из моих лёгких и я рвано выдыхаю. Спиной упираюсь в изголовье кровати. — Ты не можешь выбрать? — Я не могу выбрать, — конкретно отвечаю ей. — Ляпис, я так не могу, — твоё дыхание сбитое, — Почему так? За что именно я? — Не знаю. — Почему я…- думаешь, — Я не хочу тебя убить. — Не убьешь, все хорошо, — поглаживаю тебя по спине. — Сегодня я снова слечу с катушек! Что я буду делать, если проснусь завтра утром и увижу только разорванный кусок гнилого мяса вместо тебя?! — Этого не будет, — я вовлекаю тебя в тёплый поцелуй, ты берёшь инициативу и я еле держусь, чтобы не задохнуться от нехватки воздуха. Отстраняешься и ложишься лбом на голубую ткань. — Я боюсь… — ты дышишь в моё плечо, опаляя дыханием шею, — Лучше бы я умерла, чем каждый день чувствовать это. — Перидот, не нужно так говорить. — Скажи, ты на самом деле любишь меня? Такого монстра вообще способен кто-нибудь полюбить?! — шепчешь у самого уха, охрипшим голосом. — Перидот, успокойся. Все будет хорошо. Обнимаю тебя. Мы меняем положение. Теперь ты лежишь рядом со мной. Держа дрожащую руку на моей талии и судорожно выдыхая воздух в синие волосы. Твоя болезнь неизлечима и тут уже ничего не попишешь. Просыпаюсь утром и чувствую, как острые когти вдавливаются в моё тело. Грозясь задеть ребра и жизненноважные органы. Пытаюсь пробудить тебя водой, перебирая пальцами в воздухе. Прохладная жидкость прикасается к твоему носу, а по лицу и от неожиданного холода, ты просыпаешься. — Черт, черт, — осторожно втяшиваешь когти и из новых ран тут же течёт кровь. Я чувтвую себя паршиво. Ты прибегаешь с бинтами и начинаешь останавливать кровь и дезинфецировать раны. — Прости, прости, Ляпис, я не хотела. — Я понимаю.

***

       Все так паршиво. Весь мир такой мрачный и однотонный. Могила, ещё одна и ещё, да их просто миллионы! Земля под ногами, пропитанная кровью наших родных и близких, напоминает самые ужасные моменты войны. Мне так плохо, так невыносимо больно! Хочется кричать и я делаю это. Громко, очень громко! Сгибаюсь пополам, держа руки поперек тела. И просто кричу, в конец срывая свой голос.        Передо мной очередное серое надгробие. Я кладу небольшой букетик цветов на твердый камень. Слёзы стекают по моим и без того красным щекам. Я вспоминаю твоё яркую, лучезарную личность. Твою прекрасную улыбку. Эмоции, что светятся у тебя на лице, когда ты мчишься туда, откуда к нам приходят новые огромные войска безжалостных салат Родного Мира. Ты рада, что это все сейчас закончится. Ты рада, что скоро погибнешь и не причинишь мне боли. Ты рада, а я нет. Я ведь всегда любила тебя, просто никогда не говорила. Я так сожалею, что ты так и не услышала меня этих слов.

Мне очень одиноко и плохо без тебя, Перидот…