Уродливая нереальность

Страх и боль переплелись воедино. Эдди кричал, кричал и кричал, не понимая, что его никто не слышит. Что трещина на стекле, да и само стекло — просто игра его воображения. Что боль лишь внутри его головы и царапины на коже после попытки вспороть себе грудную клетку не больше чем фантом. Что его мир — уродливое искажение мира, существующего на самом деле. Выдумка, чтобы заставить его подчиняться. Но Эдди не собирался подчиняться. Он искал выход, бился о стены снова и снова, взывал к совести молчаливых палачей, которые, как ему казалось, следили за ним. Но никого не было. Эдди остался один, запертый в собственном разуме, и это одиночество уничтожало его лучше всяких пыток. А в углу его стерильной белой комнаты разума копошилось отвратительная чёрная сущность, похожая на комок переплетённых, истекающих слизью щупалец. Эдди боялся подходить ближе, но отчаяние толкало его на крайние меры. Первое робкое прикосновение не заставило мир рухнуть, и Эдди опустился на колени рядом с сущностью. Коснулся снова. Тепло охватило его руку и поднялось выше, чёрные щупальца замерли у его локтя, будто спрашивая разрешения. Впустит ли их Эдди, воспользуется ли возможностью шагнуть дальше в этой истории побега из собственной головы? И Эдди впустил.