Холодно и жарко

Лафейсон задергался от боли, пытаясь увернуться от нежеланных прикосновений, но сделал только хуже. Рука Тони нечаянно задела шуруп, который прикручивал железную пластинку на глаза, от этого прикосновения у Локи началось кровотечение. — Лежи и не дергайся! — злобно рыкнул мужчина, — Ты только хуже делаешь! «Как тут можно не дергаться, тупой смертный?! " — в подсознании зарычал Лафейсон. — Тони, возможно тут понадобится анестезия, успокоительное, да что угодно! — встревожился Тор, — Он же может умереть от боевого шока! Старк скривился. — Я не врач! Все, что мы можем сейчас сделать, так это вырубить его и показать Стренджу. Тор соглашаясь, кивнул. Но Локи, конечно же, этого не увидел и вот тут ему стало немного страшно. Совсем чуть-чуть. Этот наглый и властный голос одного из смертных его жутко раздражал, а его предложение на счет него так вообще! Да как смеет какой-то смертный так с ним говорить?! Лафейсон судорожно замотал головой из стороны в сторону, пытаясь пошевелить и конечностями, но безрезультатно. Послышались тихие шаги. Кто-то приближался и явно не для благого дела. И как только в голове мага пронеслись эти мысли, брюнет почувствовал сильный удар по голове, а после показалось, что перед глазами пролетела вспышка, хотя, какая тут будет вспышка? Лишь темнота. Только теперь Локи видел ее бессознательно. — Докатились. — шумно выдохнул Тор.

***

Помещение, в котором оказались мужчины было поистине прекрасно. Санктум Санкторум — «святая святых», так называл свою обитель хозяин этого помещения. Обустроено оно было в старинном стиле. Да, Стрэндж был любителем старинных артефактов и вообще вещей других эпох, поэтому в доме можно было найти не только различные погремушки, которые стоили, наверное, больше чем этот дом, но и библиотеку как с очень старинными и ценными, так и с простыми книгами этого времени. Вообще помещение было трехэтажное и весь первый этаж как раз таки и был обустроено под музей-библиотеку, когда как остальные были пригодны для житья. На второй этаж вела широкая лестница с красным ковром. Именно на этой лестнице оказался собственной персоной хозяин здания. — Какими судьбами? — озвучил Стрэндж, вальяжно спускаясь по лестнице. «Сколько пафоса, ничего нового " — скривился, будто целый лимон съел, Старк. — Мы по делу. Стивен иронично выгнул бровь. И все поняли почему. Когда это к нему кто-то приходил, чтобы просто поболтать? Да никогда. Всем всегда что-то надо. — В горах мы нашли человека, он… Ай, — зашипел Тор от подзатыльника Тони. — Тебе лучше самому взглянуть. — спокойно озвучил Старк. Стрендж лишь немного лениво кивнул. — Хэппи! Позади Тора и Тони появился Хоган, держа в руках Локи. Глаза Стивена в удивлении расширились и тот мигом преодолел расстояние между ними. — Кто это? — смочив сухие губы, спросил мужчина, рассматривая бессознательного паренька с ужасными повреждениями и железными пластинами на лице. — Мы не в курсе. Я нашел его в пещере, в горах. — Быстро! Положите его на стол. — повысил голос Стивен, подбегая с деревянному столу и смахивая с него все документы и книги одним движением. Хоган быстро выполнил приказ. Доктор быстро пробежался глазами по магу и нахмурился. Увидев это, Тор спросил: — Ты сможешь его поставить на ноги? Вылечить? — Я впервые сталкиваюсь с подобным. Эти железные пластины, — доктор притронулся к холодному металлу, — вбиты в его череп… Он… — Он жив, и очень даже. — опередил вопрос Стивена Тони. — Но, но это невозможно. Смотря на его состояние… — задумчиво протянул мужчина, — Да любой другой умер бы уже! — Он не любой другой. — зачем-то вслух тихо произнес Тор. И Тони и Стрэндж косо взглянули на него. — В любом случае, если он еще жив, нам нужно срочно отвести его в больницу и провести операцию по удалению пластин, а после и поставить его на ноги. — Мы не можем этого сделать. — сухо ответил Старк, — Мы не знаем кто это и за что с ним так поступили. Кто поступил. Сможешь заняться его лечением тут? Стрэндж уставился на Тони как на душевнобольного. — У меня нет всего необходимого. Нужна капельница и… — Я все предоставлю. Стивен лишь тяжело вздохнул и махнул рукой, мол, давайте, несите, что есть.